Новости

Говорят, некто в кабаке "Зелёный маяк" ищет наёмника для щекотливого дела.
Февраль 05, 2017
Стань частью истории
Январь 03, 2017

Акции

...и о персонаже
Поддержи любимый форум!

Связь с нами

Администраторы: Джерман Д'Альтор, Кайл Фероу
Технический администратор: Ноэль де Вер
Проверяющий анкеты: Иллира Боромар

Текущая дата: весна 1404 года


FRPG Энирин

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » FRPG Энирин » Библиотека (новая версия) » РЕЛИГИЯ, МИФОЛОГИЯ. Мифы и сказания


РЕЛИГИЯ, МИФОЛОГИЯ. Мифы и сказания

Сообщений 1 страница 20 из 21

1

***

Содержание

- О Погибели
- Гоблинские ямы Йо-Раша
- Гронд
- Легенда о Аире
- Легенда о корабле-призраке
- Легенда о Крайге-пьянице
- Легенда крови
- Сказание о Матери Волчице Скальте и вожде Фенрире
- Легенда о медовухе
- Легенды о Народе холмов
- Легенда последнего дождя
- Легенда о проклятых
- Легенда о "Сердце Дракона"
- Легенда о Смерти
- Легенда о сотворении стихий
- Легенда о строении мира
- Миф о Колесе года
- Пиратская легенда о морских женщинах
- "Сказание о Флоде из клана Пасти Дракона"
- Такагери
- Утёс Молний - легенда о Фальтене

0

2

Легенда о строении мира

Драконы всегда занимали умы непросвещенных простолюдинов. Эта легенда - одна из многих, обычно рассказываемых матерями детям по вечерам.

Небесный свод лежит на плечах четырех Драконов, каждый из которых видит трех остальных. Небо и земля состоят из четырех частей, которые называются: сторона льда, огня, жизни и смерти. (Север, юг,  восток, запад соответственно).
Первая сторона – это царство ледяного Игурона, бога-дракона. Своим дыханием он замораживает мир, погружает все живое в долгий сон. Он сохраняет на века.
Вторая сторона  - царство огнедышащего Акамары, который дыханием своим уничтожает все живое, превращая плодородные земли в раскаленные пустыни.
Игурон и Акамара всегда смотрят друг на друга, готовые в любую минуту сорваться с места и закружиться под облаками в танце смерти. Иногда, когда один из братьев засыпает, то второй приобретает дополнительную силу. Так бывает летом, когда спит Игурон, и зимой, когда сонные оковы падают на очи Акамары.

Третью сторону неба поддерживает Накар, дракон жизни (природы). Его дыхание – божественная благодать. От него произрастают цветы и деревья, рождаются все живые существа. Накар бесконечно добр, он любит своих детей, но их у него так много, что он не успевает помогать всем и всегда.
Четвертую сторону на своих плечах держит  –  Мракор, таинственный дракон смерти. Его дыхание – сильнейший яд, от которого гибнет все, что порождается братом его, Накаром. Так он и сидит, напротив брата, следит за каждым его движением. И как только Накар отвлечется, тут же привносит смерть его созданиям. Осенью, когда Накар отдыхает от трудов, коварный Мракор своим дыханием уничтожает все, что попадается ему на глаза. Но весной, когда усталость и сон сковывают черного дракона, Накар, с новой силой, отдохнувший и свежий, начинает возрождать своих любимых детей.
Когтями своими впились они в твердыню мира, словно корни, поддерживая ее, оберегая от разрушения. Иногда, когда кровь в их жилах застывает от неподвижности, они раскрывают свои огромные и крылья и машут ими, создавая ветра и ураганы. И всегда можно определить, какой из Драконов пошевелился. Если ветерок ласковый, как материнский поцелуй – это Накар, отец всего живого, чья зеленая чешуя переливается всеми цветами радуги на рассвете. Если хладный воздух колет и морозит – это Игурон распахнул свои синие кожистые крылья. Трудно дышать, страшно идти, все воет вокруг, грозится убить? Это черный Мракор напоминает о своем постоянном контроле. А если нестерпимый жар приносит ветер, то Акамар, огненный дракон с красной чешуей шевелится в своей стороне.
Так и борются братья-драконы, проходят века, а они все глядят друг на друга, стараясь уловить момент, чтобы показать свою силу.

0

3

Легенда о сотворении стихий

Еще одна "страшилка", которую любят вспоминать темными холодными ночами, греясь у камина и попивая горячий чай.

И была изначально тьма. Глухая и холодная пустота. И не было ничего вокруг, что могло бы нарушить эту мертвую идиллию. Но по истечению превеликого  количества времени появилось то, что пророчило начало конца небытия. То, что
должно было наполнить этот мир  совсем другой формой существования. И  свершилось знамение… В бархатных складках абсолютной тьмы сверкнула искра, и родился он…

Огонь.
Огонь – есть сила, не знающая покоя, вечно изменяющаяся и изменяющая, светоносная. Огонь творит вечность и мимолетность…
В нашей памяти есть одно из ярчайших проявлений огня внутри нас, она и вечна, и мимолетна… Память может сделать вечное - мимолетным, а мимолетное - вечным, изменяет, но и сама непрерывно изменяется, то в ярости, то в страхе, то в восторге… Ярость, страх, восторг в нас и есть огонь.
История мира - история войн, а война есть огонь…
Даже творчество есть огонь...
И наступила тишина, наполненная языками пламени. И долгим было молчание.
И когда, казалось, огонь устал от молчаливого танца, в котором было всё, кроме  силы, способной прервать его, остановить немыслимые изменения, тогда прозвучало слово:

Вода.
Всепроникающее спокойствие. Постоянство движения. В большом и малом - сила воды. Не изменять, но отражать увиденное - задача памяти человеческой, и сила воды сделает это. Ибо покой памяти и покой забвения дарует вода.
И вечность длилась битва воды и огня, и много чудесных видений было рождено ею. Но пустота и бездушие царили над огнем и водой, и не было силы отделить реальность от видений...
И ещё одно слово пришло в пустоту и наполнило её собой, и исчезла пустота, заполненная им:

Воздух.
Небо. Вихрь. Даль. Пространство. Движение. Смех. Душа мира и душа человека. Движение души.
И образовалось пространство…
Легкий звон, не звук, но трепетание пронзил всё сущее. И когда даже бесконечного терпения не могло уже хватить, чтобы переносить этот звон, легкий вздох оборвал его. И обрело форму всё бывшее там. И появился Мир, и проснулись в нем существа, и обрели они Память Творческую и Память Созерцающую, Душу Движимую и Душу Постоянную - Силу Жизненную.
И увидели люди мир вокруг себя и проговорили:

Земля.
И даровала она жизнь.

0

4

Легенда о Смерти

На заре времен, когда небо было синее-синее, а трава зеленая-зеленая, жила была Смерть. И знали все жители мира, что приходит она в определенный час и забирает с собой старых, отживших свой век. Каждый знал когда ему умереть и заранее готовился к этому времени.
Дольше всех жили эльфы, но им и этого не хватало. Они хотели жить еще дольше. Они хотели жить вечно.
Однажды подходил час смерти одного старого эльфа, который не хотел умирать. Может он еще сыновей своих не женил, может мир не успел повидать, или что-то не успел сделать — он не хотел умирать. Когда Смерть пришла к нему он сказал:
— А не рано ли?
— Пора, - улыбнулась та.
— Но я не успел сделать свой гроб, - сказал эльф, которому хотелось пожить еще дольше. Ведь длинная жизнь она начинает нравиться. Да, вначале, прожитая жизнь угнетает воспоминаниями, а когда она продолжается, продолжается и продолжается, то настает тот момент когда не хочется чтобы она заканчивалась. Эльфу не хотелось умирать.
— Ладно, - сказала Смерть, - приду позже, а ты пока делай гроб.
Время идет, а эльф все еще не начал делать свой гроб. Опять пришла Смерть за ним.
— Ну как, готов пойти со мной?
— Нет, я хочу чтобы мой гроб был из столетнего дуба, никак найти не могу, - опять начал увиливать старый эльф.
— Ладно, ищи дуб. Чтобы к моему следующему приходу гроб был готов. Иначе заберу без гроба.
Эльф говорят после этого не стал ждать, пошел и сделал гроб. Но гроб сделал такой, чтобы можно было его запереть. И вот прошло некоторое время и Смерть опять пришла к старому эльфу, которому уже давно пора сидеть среди родственников и пить мед.
— Ну, что? Готов? - спрашивает Смерть у старика.
— Да нет. Вот сделал гроб, да маленький получился. Дай время сделать другой гроб, попросторней.
— Как это, мал? Нормальный гроб! - рассердилась Смерть.
— Ну посмотри сама, мал он. Не гоже мне лежать с согнутыми ногами.
Смерти это порядком надоело. Она сама легла в гроб, растянула ноги:
— Ну и где он мал? Хороший гроб.
Это и нужно было эльфу. Он быстро захлопнул крышку, запер и пустил в море.
Люди, эльфы, гномы и прочие перестали умирать. Шли войны, ранили друг - друга, но не умирали. Боги насылали на жителей мира болезни, они болели, но никто не умирал. Все мучались. Тогда говорят многие герои отправлялись за Смертью. Ее нашел один из драконов.
После этой истории драконы получили возможность жить дольше всех. Смерть вернулась и смертные возрадовались, но после этого она перестала приходить в своем образе к старикам. Она стала приходить в виде духа. Перестала она и отмерять одинаковое время для каждого смертного, теперь она начала забирать и в младенчестве, и в рассвете сил, и при старости. Говорят, что отмеренный путь записан у каждого на лбу, но не каждому сие дано прочесть.
А эльфам Смерть тоже долгую жизнь даровала. Чтобы им предстояло жить в скукоте и унынии. Говорят, пока не осознают и не придут к ней с извинениями.

0

5

Легенда о "Сердце Дракона"

Давным-давно, задолго до того, как первые предки дроу отделились от своих собратьев-эльфов, прежде, чем высокие шпили замковых  башен вонзились в сияющую синь небес, нетронутый край гор и равнин знавал иных господ. Раз в столетие, в строго определенный день (позднее потомки назовут его днем Дракона), час в час, высоко в небе затевали битву драконы, сыны четырех Богов. Сплетаясь своими могучими телами, нанося друг другу страшные рваные раны (когтями, зубами...), подобно вихрям взбесившихся стихий носились они в заоблачных далях, пока, наконец, кто-то из противников не падал вниз, истекая кровью, и не разбивался о землю...

С земли битву драконов не было видно - слишком высоко летали драконы, но вечером, когда западная часть горизонта окрашивалась кровью погибших, над лесами и полями прокатывался страшный плач, громкий крик... Гулким эхом отдавался он в скалистых утесах, проносился над степями и холмами... И сердца живых замирали от невыразимой скорби.
Крик был столь громким, что слышать его уже было мученьем. Казалось, что этот похоронный плач звучал вечность... Драконы оплакивали погибших.

И вот однажды, израненный дракон-победитель тяжело опустился на землю. Его грудь вздымалась с величайшим трудом, воздух с хрипом покидал могучие легкие. И не было сил взмыть в небо, и не было сил вернуться к праотцам своим. Печальным взором проводил он солнце, со страшным криком встретил он кровавый закат...

А на утро люди нашли холодное и неподвижное тело. Волшебник, бывший в то время проездом в ближайшей деревне, извлек еще горячее сердце из остывшего трупа. С помощью сильнейшего заклинания удалось ему вдохнуть жизнь, вернуть душу... Сердце ледяного дракона было заключено в прекрасный синий камень, который навсегда должен был хранить память о Великих Битвах.

По его велению сотни слуг выбили в горных утесах проход и замуровали под толщей скальных пород сей ценный артефакт.
Прошли века, промелькнули тысячелетия... А камень, некогда ставший спасителем, превратился в темницу... Бьется душа, но выбраться нет сил.

И по сей день, хранят горы таинственную пещеру, и ждет ледяной дракон того, кто сможет освободить его. И подарить ... нет, не забвение. Но покой.

0

6

Легенда о Крайге-пьянице

Старик лет под 60 сидел за столом всеми любимого трактира «У судьбы за пазухой» и раз за разом вливал в себя очередную кружку мерзкого пойла. Многие смотрели на него с неодобрением и перешептывались. Старик услышал это и на весь зал сказал : «Эх вы, я просто следую традициям героя Крайга» Многие недоуменно переглянулись, а кое-кто крикнул «А кто это такой?». Тот усмехнулся в свои густые усы и дождался, пока воцарится тишина. И его басистый голос вскоре поведал.
-Было это в темные времена. Разбойничали все, кому не лень, монстры ходили прямо по улицам. И над славным городом Илсэ нависла опасность – ужасный дракон цвета ночи пожирал людей и поджигал дома. Много героев и храбрецов сложили свои головы, пытаясь избавить город от напасти. Но пламя, которое с легкостью плавило самые прочные доспехи и превращало в пепел плоть, никому не оставляло шансов.
В один день по пустым улицам шел пьяница Крайг. Он возвращался из трактира с полупустой бутылкой крепкого пива и напевал какую-то песенку. Пару раз, близко познакомившись с брусчаткой дороги, известный в прошлом лекарь оперся спиной о столб и мирно задремал, оглашая тишину своим богатырским храпом. Дракон пролетал над улицей и увидел спящего человека. Оооо, очередной глупец. Ну полетим, познакомимся с моим ужином. Лапы дракона уперлись в соседние дома, а длинная шея склонилась к пьянице: «Эй, просыпайся, твоя смерть пришла, хехе.»
Крайг лишь послал того, куда подальше и отмахнулся, дав кулаком по носу. Дракон немного опешил. Да он же пьяный в стельку. Монстр немного подумал и превратился в человека. Подойдя к спящему, он слегка толкнул его в плечо. Тот упал и резко встал, размахивая во все стороны кулаками и отборно матерясь. Наконец Крайг разлепил свои веки и увидел дракона.
- О, а ты кто, друг? Спасибо, что разбудил, а не то меня бы дракон сожрал. Давай, пойдем, я угощу тебя выпивкой.
Дракон улыбнулся во весь рот: «Конечно, я с удовольствием с тобой выпью. Только пойдем ко мне, у меня там выпивки завались.»  Крайг обнял того, обдав ядреным перегаром, и начал жаловаться на свою нелегкую жизнь весь путь к пещере, где дракон обретался. Войдя под ее своды, пьяница бухнулся на каменный пол и затянул песню «Во славу Энирина». Дракон пошел и принес много различного алкоголя, желая напоследок поиздеваться над глупым человечишкой. Бывший лекарь опытным движением вскрыл огромную бутыль пива и разлил ее по бокалам.
- Ну давай, друг. За то, чтобы этот дракон подох и больше никому ничего не сделал.
Тот, улыбнувшись, ответил : «Давай. Чтоб эта скотина подохла.» За следующий час они прикончили не только эту бутыль, но и еще пять штук-близняшек первой. Дракон уже начал жаловаться Крайгу на людей, что они жестокие, нет, чтобы попросту давали ему человечинку. Пьяница согласно кивал и все наполнял бокалы раз за разом. Но дракону это в конце концов надоело. «А теперь ты умрешь, ик. Я хочу есть, ик. И ты, ик, станешь моим ужином, ик» - он превратился в свою истинную форму и, шатаясь, навис над беднягой. Тот мелко затрясся, но сказал: «Хорошо, только давай напоследок выпьем. У меня есть одна штучка, называется «бормотуха», тебе должно понравится.» На морде отразился мысленный процесс, и он согласно кивнул «Ладно, давай, только я опять превращаться не буду, заливай прямо в пасть» Дракон открыл свой рот. Крайг достал из-за пазухи бутылочку и влил все ее содержимое. Тот закричал «ААААА, что это за адское зелье? У меня пожар внутри, мне надо его выпустить!!!» Дракон попытался выдохнуть, но из-за алкогольных паров он попросту взорвал сам себя. Лекарь спрятался за камнем и осторожно выглянул. «Вот, я же хотел ему сказать, как врач, что выпивка никогда до добра не доведет, ик. Эх, ну ладно, посплю и пойду домой.» Крайг улегся и мирно задрых на земле. Потом его нашла городская стража, посланная убить дракона. Они растолкали его, и он рассказал им, как храбро победил ужасного монстра. Ему не поверили, но останки дракона говорили сами за себя. Пьяницу наградили, и лекарь мирно дожил свои года в роскоши и достатке.
Вот, это история про Крайга, пьяницу, который случайно, во время одного из своих алхимических экспериментов изобрел легендарную «бормотуху», погубившую ужасного дракона. Эй, хозяюшка, принеси-ка еще мне ее, вдруг и я еще успею однажды победить какого-нибудь монстра, ик.
Старик сполз под стол, люди с улыбками заботливо перенесли его на лавку и накрыли покрывалом.

(с) Ариман Талскар.

0

7

Легенда о медовухе

Жил в Энирине давным-давно один пивовар по имени Вухтар. Славным был он своими напитками в каждом городе и в каждой деревушке, и о напитках его ходило много слухов. Многие поговаривали, что пивовар колдун и зелья варит, чтоб у мужей славных здоровье загубить. Однажды и до него дошёл этот слух, и пообещал он тогда, что жизнь отдаст, да всё равно найдёт такой напиток, чтоб и лечил, и голову хмелил. Оставив на братца своего таверну, он собрал сумку и ушёл, в поисках чуда напитка. Где он только не был, и что ему только не предлагали, но всё не то. Бывало, казалось вот оно, то, что искал, но утром, вчера столь вкусным и бодрящим, напиток казался омерзительным соком дьявола. И хотелось бутыль с ним разбить к чертям. Пивовар тот уже почти потерял веру в силы свои, как однажды увидал он деревушку среди древних, большущих, вековых деревьев. Поспешил пивовар туда, не смотря на пивной живот, бежал он быстро, ещё бы, ведь нечто загадочное тянуло его туда. Казалось, вот она цель его двухлетних странствий, за этими деревьями, у белобородых мужчин в халатах. Вухтар падал, запинаясь о сучья, вставал и бежал дальше и почти добежал. Остановился он дыхание перевести, да суму поправить, как послышались ему странные звуки. Как будто жужжали тысячи жуков. Нет, не жуков, а диких пчёл. Осознав за мгновение всю опасность ситуации, скинув сумку, он побежал что есть мочи в деревню. На этом история обрывается и начинается через некоторое время. Вухтар пришёл в себя и осмотрелся. Тьма стояла вокруг и вселенная давила, на глаза мешая их открыть. Через боль он пальцами поднял опухшее веко и вновь осмотрелся. Он явно был в помещении и лежал на кровати, мягкой как облако. Над ним склонился седобородый старик и вымолвил с усмешкой:
- Какой же тебя леший завёл по пасеке расхаживать? Пчёл наших напугал, окаянный. Вот они тебя и обработали.
- Да откуда ж мне знать, что улья у вас подземные. Сук я нечаянно задел, - оправдывался пивовар, весь красный и опухший. Прошло время, и герой пасек выздоровел и пришёл в те же формы, что был и раньше. Вот тогда он и поведал о своей цели и клятве, старейшине деревни лекарей. И поведал ему тогда старец, что нет на свете полезнее напитка, чем мёд, на свете не сыщешь. Изготовленный из полезного, целебного пчелиного мёда, что делает его поистине уникальным и полезным напитком, он обладает непревзойденной мягкостью и во вкусе имеет томлённые и медовые тона. И поведал замученному пчелами пивовару старец о искусстве медовства. Заготовь в бочке мёда, да с дрожжами смешай, после в землю вкопай и жди от пяти до двадцати зим. Для вкуса можешь добавить ягоды, так же хмелю, либо пряности. Ещё много хитростей рассказал хмельной старик, но не дошли они, до дня сегодняшнего.
Всем чем мог, Вухтар отблагодарил добрых старцев и направился в обратный путь. Прошло время, и пивовар добрался до таверны своей, и сделал все, так как старик велел. Ждал год. Ждал второй. Захворал пивовар болезнью не лечимою, и смерть была недалеко, как будто за спиной стояла. И решил тогда Вухтар найти более быстрый способ приготовления мёда. Ночи не спал, а всё же придумал варить мёд, и получилось через месяц у него что-то похожее вкусом. И пришёл его день последний, совсем худо стало. Наполнил кубок тогда, и приехал на алтарь к богам неизвестным. Поставил кубок, присел, помолился, и только хотел было насладиться в последний раз вкусом жизни, вкусом мёда, как упал замертво. А кубок тот нашли через двое суток, монахи. Приняли они тот напиток как дар божий и раскрыли секрет варения, и назвали напиток этот - медовуха. А о настоящем изготовлении мёда так никто и не узнал, умерли те старцы, и секрет, остался не раскрытым. И где-то около заброшенной деревни зарыта бочка с мёдом и бродит уже двадцатый год. И пока есть эта легенда, есть надежда, что однажды один искатель найдёт это сокровище и преподнесет миру.

(с) Плэс Ти'Линн.

0

8

Легенда о корабле-призраке

Моряки и капитаны издревле пытались совершить путешествие вокруг света. Но им мешали сильные встречные ветры, длительные штормы и непрогялдные туманы. Первым взял роковой рубеж вирмилонец Габриэль Диаш. В августе 1121 года три корабля под его командованием отправились из Вермилона в заветную "Страну грёз", расположенную где-то за горизонтом. Вначале плавание проходило вполне сносно, но чем дальше отплывали моряки от изведанных мест, тем сильнее поднимался ветер. Боясь, что суда разобьются о прибрежные скалы, Диаш вывел их в открытый океан. Ветер перешел в шторм. Страшная буря трепала корабли, относя их к югу. Когда океан несколько успокоился, Диаш приказал взять курс на восток. На судах начался ропот: потеряв надежду на спасение, моряки требовали возвращения домой. Но Диаш поклялся "всеми дьяволами", что обогнет этот проклятый мир...
Несколько недель корабли шли на восток, но горизонт был пуст. Тогда Диаш повернул корабли на север, и, достигнув наконец широкой, открытой бухты, он был вознагражден: берег плавно поворачивал на северо-восток... Его корабли, пусть и не совершили кругосветное путешествие, но обогнули материк, опровергнув мнение некоторых ученых того времени, о "бесконечной суше". Измученные долгими скитаниями в океане,  матросы Диаша все же взбунтовались и отказались плыть дальше. Диаш вынужден был уступить. Корабли повернули обратно, в Вермилон.
Судьба же Габриэля Диаша оказалась поистине трагичной. По возвращении в Вермилон его спутники шепотом рассказывали о своем несчастном плавании. На набережных порта распространился слух, что Диаш проклят Богами и обречен навечно плавать у "края мира". Не прошло и двух лет, как эти слухи осуществились. 29 мая 1124 года, во время очередной экспедиции, корабль  Диаша пропал без вести... Гибель Диаша в воображении людей превратилась в "исполнение воли Богов". Возвращающиеся из долгих плаваний моряки клянутся до сих пор, что видят во время шторма корабль-призрак...

(с) Дориан Гроуз.

0

9

Сказание о Матери Волчице Скальте и вожде Фенрире

...найденное искателями приключений на руинах вблизи Джера, и рассказывающая одну из легенд о происхождении оборотней...

В древние времена одним из крупных северных племен правил славный вождь Вельдур из клана Белендир. Богатырская сила и воинская доблесть позволили ему заслужить безоговорочное влияние среди других вождей, но не одно это каждый раз обращало в бегство его врагов и обеспечивало победу даже над превосходящим числом противников. Род Вельдура всегда пользовался покровительством Хранительницы Лесов, Великой Волчицы Скальты. Тотем богини в виде оскалившейся волчьей головы одним своим видом наводил ужас на вражеских воинов и придавал двойную силу и смелость бойцам Вельдура. Раз в месяц он приносил к святилищу богини лучшего кабана, которого удавалось убить на охоте, а после каждой победы над врагом отдавал в жертву богини молодую девушку из стана противника.
Так продолжалось долгие годы, но вот, вождь состарился и почувствовал приближение скорой кончины, враги же не дремали и силы их росли день ото дня. Тогда он пошел к святилищу Скальты, принес ей богатую жертву и стал молить богиню даровать покровительство его наследникам и его народу, чтобы и после его смерти враги все также испытывали ужас при одном упоминании славных ярлов и берсерков Вельдура. И тогда Волчица ответила на его зов, они лично явилась перед коленопреклоненным вождем и молвила: «Здравствуй, славный вождь Вельдур. Верой и правдой служит ты мне все эти годы, а я помогала твоему народу выходить победителем из самых сложных битв. Но времена изменились, моя сила постепенно тает, а мои леса занимает человек. Я могу даровать покровительство твоим наследникам, но для этого ты должен отдать мне лучшего из своих сыновей». Сказав это, Скальта удалилась, оставив вождя наедине со своими думами.
Решение было непростым, но выбора у Вельдура не было, потому что он боялся навлечь гнев богини на свой народ. Тогда он собрал трех своих сыновей, Сильмара, Вергентира и Фенрира и сказал им: «Народу нужен сильный вождь, способный заработать благословение Богини и привести своих людей к дальнейшим победам. Вы трое – великие воины, но лишь один из вас может стать лучшим. Пусть вождем станет тот из вас, кто выйдет победителем из двух тяжелых испытаний и заработает благословение Матери Волчицы. Да будет так».
Первым испытанием была охота на кабана. Каждому из своих детей он дал по копью, луку и колчану стрел и отправил в самый дремучий из лесов Скальты. Долго ходили браться по лесу, но ни одной живой твари не встретилось им на пути. И вот, на третий день раздался страшный треск и из бурелома прямо на них выскочил огромный вепрь. Никто из братьев ни разу в своей жизни не видел вепря столь чудовищных размеров – его шкура была толщиной хорошую корабельную доску, из каких делали драккары, да и на прочность им, а острые как бритва клыки длинною в локоть моли с легкостью насквозь проткнуть человека. Вепрь тут же бросился на Вергентира и сбил его с ног, увидев, что дела их плохи, Сильмар бросил копье на землю и тут же залез на высокое дерево, оставив Фенрира один на один с чудовищем. Но тот не растерялся, когда вепрь бросился на него, он один конец копья упер в землю, а второй направил прямо в пасть надвигающейся твари. Вепрь сам насадил себя на острие копья. По возвращении домой братья отнесли раненого Вегентира в шатер отца, и, хотя поступок Сильмара был позорным для любого воина, Фенрир и словом не обмолвился о нем.
Вторым испытанием был поединок. Каждому из оставшихся братьев дали по три круглых деревянных щита и топору. Бой проходил в круге, образованном лучшими воинами клана и ни на одном из братьев не было никакой брони. Сильмар был крупнее Фенрира и сильнее его физически, поэтому он бросился в бой и сразу же расколол на две части щит брата. Фенрир сменил щит и вновь они сошлись. Однако и второй раз Сильмар с легкостью разбил его щит, бросившись в атаку и оттеснив Фенрира к краю круга. У него остался только один щит. Когда братья сошлись в третий раз, Сильмар уже довольно улыбался, предвкушая скорую победу. Как он и ожидал, в третий раз Фенриру также не удалось избежать сокрушительного удара и щит разлетелся вдребезги, оставив его беззащитным. Однако, когда Сильмар готов был последним решающим ударом покончить с братом, Фенрир вдруг ловко проскочил у него под рукой и со всей силы вогнал топор ему в спину. Убив Сильмара в честном поединке, он отомстил ему за предательство.
В качестве последнего испытания Фенриру предстояло отправиться безоружным к логову Скальты и принести ей дары в надежде заслужить благословение Богини. Он взял с собой коня, на которого водрузили тушу убитого кабана и топор, окропленный кровью Сильмара и отправился к логову Матери Волчицы. Скальта жила в просторной пещере в горах к северу от земель клана. Когда Фенрир дошел до него, начинал падать легкий снег. остановившись перед входом, он отпустил коня и положил на землю дары. Вскоре появилась сама Скальта.
«Здравствуй юный Фенрир.» - Заговорила она. - «Ты знаешь зачем пришел сюда?» «Знаю.» - Ответил Фенрир. «Твой отец обещал мне тебя в замен моего благословения для твоего народа.» - Сказала Волчица, приближаясь к юноше. Но Фенрир не отступил и не испугался. «Я знаю». - ответил он, - «Я следил за ним, когда  он пошел к тебе с этой просьбой, и я готов защищать свой народ даже ценой собственной жизни». «Как волчица защищает своих детей?» - Спросила Скальта. «Как волчица защищает своих детей.» - ответил Фенрир и опустился перед волчицей на колени. «Тогда встань, юный Фенрир. Только ты достоин быть правителем своего народа, я не могу убить тебя. Однако не просто так я пожелала, чтобы ты пришел ко мне. Силы мои тают и даже при желании я не могу дать твоему народу столько же, сколько давала раньше. Что уж там, моим собственным владениям скоро понадобится новый защитник. Я верю в твоих людей Фенрир, но память человека коротка, через несколько поколений люди забудут обо мне. Мне нужны наследники, Фенрир. защитники для моих лесов и твоего народа...» С этими словами Скальта вдруг встала на задние лапы, шерсть вдруг исчезла, морда превратилась в лицо и перед изумленным воином предстала красивая молодая женщина. «Идем Фенрир, я дарую тебе свое благословение.» - сказала Скальта и повела Фенрира в пещеру.
Через несколько недель, когда Вельдур уже успел оплакать своего самого достойного сына и приготовился передать свой венец Вегентиру, рано утром в лагере раздалось приветственное пение рогов. Стража встречала возвращение Фенрира, принесшего благословение Скальты и новый тотем. Вскоре он был объявлен новым вождем и несколько дней весь клан праздновал это знаменательное событие.
Шли годы и действительно, Фенрир оказался мудрым, смелым и удачливым правителем, набеги на соседей были столь же, если не более удачными, чем при его отце и богатая добыча так и шла в руки его воинов. Но соседние племена, обеспокоенные удачами молодого правителя, начали объединяться, чтобы вместе уничтожить племя Фенрира, да и детей у вождя еще не было. Более того, он отказывался брать себе жену, и это настораживало старейшин рода. И вот, на шестнадцатом правления Фенрира произошло событие, которое удивило и напугало всех обитателей полевого лагеря вождя. Утром в лагерь вошли и остановились прямо перед шатром Фенрира пятеро огромных белых волков. Воины схватились за оружие, не зная нападать ли на животных или оставить их в покое, но Фенрир подошел к волкам, погладил их по головам и, повернувшись к воинам объявил: «Возрадуйся, народ Скальты, Матери Волчицы, ибо это мои дети и ваши защитники.» И с этими словами волки обернулись в людей и преклонили колени перед отцом. Так дети Скальты и Фенрира присоединились к людям, став их помощниками, наставниками и защитниками. И хотя с собой они принесли грустную весть – Мать Волчица ушла далеко в горы, дабы окончить свою жизнь в тишине и покое – все равно народ Фенрира радовался, теперь благословение Скальты всегда было с ними.
Дети Волчицы и вождя постепенно смешались с людьми племени, так что через несколько поколений почти все его воины несли на себе Благословение Скальты, а само племя Фенрира стало именоваться Племенем Белых Волков. Долгие годы они жили в процветании и гармонии. Когда же мир стал меняться, и новые правители пришли в земли, которыми некогда безраздельно правила Мать Волчица, они просто ушли, смешались с людьми, переселились в другие земли и до сих пор хранят данное им наследие ибо в отличие от людей, память волков не так коротка и десятки поколений предков до сих пор живут во всех детях Народа Фенрира, также как и их вера.

(с) Эсмарх.

0

10

Гоблинские ямы Йо-Раша
гоблинское сказание

http://enirin.ru/uploads/0006/f5/43/24347-1.jpg

Каззеруг – вождь маленького, но очень гордого племени гоблинов, известного как Йо-Раш(что на гоблинском языке означает "кровавый глаз, лежащий на земле"). Однажды воины Каззеруга потерпели поражение в битве с отрядом эльфов, и вождь задумался. Думал он долго и наконец, так ничего и не придумав, позвал троих шаманов и они стали думать вместе.
И шаманы предложили использовать магию для усиления племени. Спустя долгие месяцы проб и ошибок, они наконец получили необходимый результат. Они вырыли в земле ямы и наполнили их колдовским варевом. Воинам было приказано опуститься в эти ямы и лежать в вонючей жиже до тех пор, пока боль не станет нестерпимой. Затем гоблина доставали из ямы и относили в становище, где он следующие несколько дней находился между жизнью и смертью. Многие гоблины умирали, не выдержав колдовства, но другие вырастали в двое и становились намного сильнее, однако их разум почти полностью атрофировался. Эти воины и стали основой могущества Йо-Раша.
Затем шаманы стали экспериментировать на животных, но столь потрясающих результатов они уже не достигли, однако получили множество устрашающих монстров, некоторые из которых оказались очень плодовиты. Племя усилилось стократ и захватило много окрестных земель. Болота Печали и поныне заполнены чудовищными тварями, а ямы, как говорят,  и поныне функционируют день и ночь, создавая все новых и новых уродцев.

(с) Дориан Гроуз.

0

11

Легенда о Аире

Загадка, над которой уже многие столетия бьются виднейшие учёные-историки  и философы, любые попытки разгадывания которой неординарными решениями, способными поколебать прочные общественные устои, настоятельно пресекаются Святой Инквизицией. Почему одни люди владеют магией, а другие нет? Почему у одних линия предков, владеющих заклинаниями, тянется так далеко, что не докопаться ни одному архивариусу, а в другом нет даже искры магии?
Боги создали Энирин. Это факт. Боги ли принесли в него магию, позволяя людям постигать то, что не дано было постигнуть разуму, не вникающему в тонкие материи? Вряд ли. К сожалению или к счастью, не одни боги управляют нижним миром. Властителям и судьям нужна если не свита, то хотя бы те, на кого можно положить после слов «Не королевское это дело!». Поэтому в помощь себе они создали демонов – существ, имеющих плоть и кровь, но, по сути, сгустков магии, которой их создатели вдохнули в них жизнь. Сильнейшие после богов, демоны несли в себе часть сил своих создателей, и, подобно им, были разрушителями, были созидателями и только наблюдающими.
В нижнем мире демоны повели себя так, как диктовала им их природа. Кто-то предпочёл не выделяться из основной массы, а кто-то предпочёл встать во главе народов, ведя некоторых к процветанию, как людей, а некоторых – к деградации, как гоблинов. Но своенравный Энирин не потерпел того, чтобы им повелевали без последствий. И тоже оказал своё влияние на демонов. Очень скоро, по их меркам, они научились думать и чувствовать как люди. Юные и вольные боги любви не могли это не заметить.
Главный пантеон спохватился слишком поздно. К тому времени уже слишком многие люди и нелюди имели в своих жилах если не половину, то хотя бы треть демонской крови. Самым ужасным было то, что в них зародилась искра магии, которую олицетворяли их отцы. Всё могло бы кончиться мирно, если бы не решились отцы раздувать эти икры – каждый по своим причинам. По мере того, как с удивлением и восторгом познавал человек то, что раньше было сокрыто от него, росло недовольство богов. Один за другим стали исчезать сначала демоны-созидатели, не желавшие начинать войну. Следом за ними – остальные, кто был слишком упрямым и своевольным, чтобы их можно было оставить на свободе.
Однако исправить ничего не удалось. В то же время демонская кровь, несущая в себе магию, уже передавалась из поколения в поколение. Оттуда и пошла консервативная традиция сочетать браком магов с магами, чтобы не разбавлялась кровь. О предках, позволивших этому свершиться, постепенно стали забывать. В итоге вышло так, что в нижнем мире остались те демоны, кто сумел спрятаться как следует и те, кто не стал идти против Вершителей. Но если вторым было всё равно, то первые несли в себе бессильную ярость и на богов, и на людей, за свою неудачу. Так слово «демон» стало приобретать другое значение – символ злобы и коварства.
В узком кругу людей до сих пор ходит легенда, что демоны-созидатели, которые бессмертны по своей сути, живут своей жизнью в городе Аир, что в пустыне. Не один отряд горячих искателей приключений уходил на его поиски. Кто-то возвращался ни с чем, кто-то не возвращался, но в кругу избранных легенда жива.

(с) Вероника Гроуз.

0

12

Пиратская легенда о морских женщинах

С тех пор, как миру явила себя богиня пиратов Ташир и её аватара пиратка Чин По, среди морских разбойников появилось множество легенд о морских душах, удачливых пиратах, отмеченных милостью богини и, конечно же, новых аватарах Ташир, называемых пиратами морскими женщинами. И на самом деле, хоть и разнятся имена аватар, но объединяет их одно – в любой легенде они предстают исключительно представительницами прекрасного пола.

«Они рождаются среди обычных людей – на твёрдой земле. Они могут быть окружены любящими родственниками, они могут быть богатыми аристократками или даже королевами… Они могут быть разными. Но их душа с момента появления в этом мире принадлежит морю. Они любят его – беззаветно и искренне. Им не нужны ни иная любовь, ни власть, ни богатство. Они рвутся в море, они живут среди бушующих волн и среди них и умирают.
Женщины моря.
Те, кто несёт в себе часть силы, мудрости и души богини Ташир.
Те, чей дар – слушать сказания волн.»

Эти слова передаются пиратами из уст в уста. Любой морской разбойник слушал о морских женщинах, а некоторые даже клянутся, что встречали их. Так это или нет, никто не может сказать наверняка. Ташир более не нуждается в распространении своей власти – и без того каждый пират возносит ей свои молитвы. Кто знает – быть может прямо сейчас аватары этой богини бороздят морские просторы, слушая шёпот волн и неся в своём сердце великую мудрость… А, быть может, Чин По была первой и единственной женщиной, удостоенной милости Ташир.
Но, так или иначе, мужчины–пираты ныне относятся к пиратам–женщинам на равных. Кто–то потому, что просто боится прогневать возможную аватару гневливой богини. Кто–то потому, что искренне верит в то, что без воли Ташир ни один человек – будь то мужчина или женщина – не сможет выйти в море. А кто–то из–за того, что оценивает людей лишь по их деяниям.
Суждений очень и очень много. Но суть их одна – в море выйдет только тот, кто достоин этого. А морские женщины… Быть может, они миф. Но миф, вселяющий надежду на то, что Ташир не забывает о своих почитателях.

(с) Ксанка Синица.

0

13

Утёс Молний
легенда о Фальтене

С этим утёсом связано много мифов и легенд Энирина. Некоторые из них – самый обычный вымысел, некоторые – правда, но настолько приукрашенная поколениями бардов, что и правдой–то давно быть перестала… Но есть и такие сказания об утёсе Молний, что являются неоспоримой истиной, проверенной, подтверждённой и даже занесённой в научные фолианты. И одно из этих сказаний – предание о «живых молниях» или же птицах грозы.

Утёс Молний – не неприступная гора, покорить вершины которой можно только при наличии магии, волшебных эликсиров или немыслимого в своей недоступности простым смертным снаряжения. Утёс представляет собой гору, над землёй возвышающуюся лишь метров на четыреста, и подняться на него при желании можно и без особых усилий. Но вот выглядит утёс Молний необычно. На нём расположено множество идеально ровных платформ, на каждой из которых может с удобством разместиться небольшая группа человек.

Говорят, что у подножья утёса Молний ранее стоял небольшой, но богатый город под названием Фальтен, чьи жители считались фантастически удачливыми купцами. Они торговали со многими близлежащими городами и деревнями, и каждая их сделка была настолько выгодной для них, насколько же убыточной – для их партнёров. Однако все эти сделки не преступали закон, и поймать на обмане везучих купцов никто не мог. Но вот однажды один торговец из Фальтена, везя свой товар на ярмарку другого города, встретил на пути супружескую чету среднего возраста в окружении немногочисленной свиты. Судя по внешнему виду, муж и жена были людьми зажиточными, и купец Фальтена, недолго думая, предложил им свой товар. «Возможно, они купят его за большие деньги, нежели простой люд на ярмарке» – решил купец. Так оно и вышло. Супруги, не торгуясь, предложили купцу выгодную цену за некоторые его вещи. Но часть товара их не заинтересовала, а ехать со столь малым на ярмарку купец не хотел. Приложив весь свой талант торговца и удачу прирождённого фальтенца, купец убедил супругов приобрести остатки его товара, опять–таки выторговав для себя выгодную цену, и оставив своих покупателей с носом. Радуясь, что ухитрился продать свой товар, не доезжая до ярмарки, купец с туго набитыми монетами кошелями возвратился домой. А ночью неожиданно разыгралась нешуточная гроза, равных которой даже самые старые фальтенцы никогда не видели. Молнии били в тогда ещё безымянный утёс, у которого стоял город, били в крепостные стены Фальтена… Люди в ужасе бежали из города, оставляя всё нажитое добро. Многие погибли тогда, поражённые молниями или сгоревшие в огне пожара, который разбушевался от попадания молний в деревянные дома…
Когда наступило утро, и гроза затихла, выжившие люди увидели, что от их города осталось одно пепелище, заваленное камнями. В утёс молнии били с такой силой, что откалывали от него камни так же легко, как от сухих дров откалывают щепки. Фальтенцы вынуждены были уходить с обжитых мест, ставших руинами. Они разбрелись по всему Энирину, и до сих пор на свет появляются дети, которые становятся наделёнными потрясающей удачей в торговых делах купцами.
О том же, кем и почему был уничтожен Фальтен, бытует множество историй, но до сей поры наиболее верным считается то утверждение, что на фальтенцев прогневались сами боги. Говоря, что супружеская чета, приобрётшая товар у едущего на ярмарку купца, на самом деле являлась принявшими человеческий облик небожителями, которых торговец смог обхитрить, невзирая на их истинную сущность. Оскорбленные боги призвали разрушительной мощи грозу и обрушили её на Фальтен, покарав город удачливых купцов, смогших обвести вокруг пальца самих всевышних… С тех пор «покалеченный» утёс, возле которого располагался Фальтен, называют утёсом Молний – в память о катастрофе, послужившей причиной таких разрушений.

Но на этом наша история не заканчивается. Двое богов – муж и жена – чей гнев пал на Фальтен, были осмеяны своими братьями и сёстрами. «Что вы за боги, раз вас смог обмануть простой смертный торгаш!» – смеясь, говорили им прочие небожители. Не выдержав позора, супружеская чета покинула свои небесные чертоги и, бросившись на землю, превратилась в двух огромных птиц, каждое пёрышко которых являло собой небольшую, но смертоносную молнию. Осмеянные боги поселились на вершине утёса Молний, сокрыв его низкими грозовыми тучами, и с этого самого дня никто не видел пик пострадавшей от гнева небожителей горы.
Со временем у божественных супругов родились дети – птицы молний. Они могли подниматься на вершину утёса, но предпочитали жить на платформах, выбитых молниями. Они вили гнёзда и высиживали яйца, из которых на свет появлялись точно такие же птицы, внешне ничуть не отличимые от своих прародителей, но… все они, в отличие от первых птиц–богов, были не наделёнными разумом… Птицы молний представляли собой самых обычных животных, что населяют Энирин – они добывали себе пропитание охотой, сражались за своих самок, не подпускали к своим гнёздам чужаков… И с тех пор, как первые дети–птицы божественных супругов поселились на утёсе Молний, приближаться к нему мало кто рисковал.

(с) Ксанка Синица.

0

14

О Погибели

Движется по спирали жизнь в мире, движется бесконечно. У всего есть начало и есть конец - в том числе и у мира. Сотни тысяч лет существует он - но когда-нибудь и его путь закончится. Придёт Погибель - и начнётся Начало Конца. Жизнь в мире завершится тогда, когда этого захочет Погибель. Она может решить, что ещё не настало время - и Конец будет длиться тысячелетия, но может сказать - завтра - и утро не наступит.
И мир будет ввергнут в Ничто, дабы быть перекованным и отлитым заново. И новая жизнь воцарится на его просторах. Не похожая на ту, что есть сейчас. Это будет нечто новое, столь чуждое тем. кто живёт ныне, что наш слабый разум не сможет осознать и представить то, каким станет наш мир.
Он уже множество раз умирал - и возрождался заново. И наше пришествие - не последнее - ещё не закончилось его течение - ещё неоднократно будет приходить Погибель - и уничтожать мир - а с ним и самое себя. А после придёт Творец - возродит мир - и исчезнет в Никуда. Но Творец и Погибель - это не одна и та же сущность - они разные - и они чужды друг другу. И никогда им не суждено встретиться друг с другом - ибо тогда жизнь оборвётся навеки.
Из учения Ордена Конца

В каком же обличье придёт Погибель? Какими силами он обладает? Что позволяет ему безнаказанно уничтожать мир раз за разом - и даже боги пред ним бессильны?
Многие умы нашего Ордена ломали головы над этими вопросами - и нашли на некоторые из них ответы. Знайте же, ученики мои, что Погибель в этот раз придёт в обличье человека.
Что? Вы удивлены? Почему именно человек? Вы считаете, что это ложь? Наша сестра, открывшая это, дала обоснование - все расы находятся каждая на своей стороне. Дроу обязательно жестоки, демоны обязательно полны желания порабощать, светлые эльфы обязательно милы - и только люди не могут принадлежать к определённой стороне, они выше всего этого. И Погибель изберёт своим вместилищем именно человеческое тело. Он не будет вселяться в младенца - его вместилищем станет созревший человек, ибо Погибель не может меняться - даже переменить одежду - она всегда неизменна - ей ни к чему изменения - как ни к чему они тому, у кого одна миссия - и кто по завершении её умирает. И мир сразу ощутит, что пришла Погибель - он содрогнётся в судорогах и в душах его обитателей поселится ужас - и только наши сердца будут полны ликования.
Так возрадуемся же, сёстры и братья, и помолимся за то, чтобы наш повелитель явил себя миру как можно скорее!
Из речи Эйбота Вилле, главы Ордена Конца, перед молодыми адептами 14 марта 1144 года

Что есть сила Погибели?
Что есть её предназначение?
Что есть Конец?
Какой будет следующая жизнь?
Как боги попытаются противостоять Погибели?
Вопросник Ордена Конца при переходе на высшую ступень обучения

У всего есть начало,
У всего есть конец
И даже боги
Отнюдь не бессмертны.
И сам Энирин
Не вечен совсем -
Вот придёт день
И гибель настанет -
Не будет ни горя,
Ни злобы живущих -
Мир вновь отольют
В том горне смертельном -
И когда чаша сия
Переполнится горем -
Придёт вновь Погибель.
Фрагмент баллады неизвестного адепта Ордена Конца

Почему приходит Погибель? Согласно исследованиям, она может придти и когда мир ещё совсем юн - и когда его солнце стало большим, красным и холодным. Что является главной причиной прихода Погибели? Только ли злоба и ненависть живущих? Или же призывы тех, кто хочет подарить миру радость, избавив его от живых, снедаемых своими страстями?
Наш мир давно погряз в злобе и жестокости, его давно пора очистить от скверны - и именно поэтому мы призываем нашего повелителя, дабы он дал миру то, чего он заслуживает своей терпимостью - очищение.
Из трактата "О приходе Погибели" досточтимого Харри Уола, главного исследователя в Ордене Конца 13 века

(с) Гастон (с разрешения правообладателя).

0

15

Миф о Колесе Года.
Одно из людских сказаний

Уже и не помнит те года, когда сезоны приходили в Энирин спонтанно, и не сменяли один другой, как ныне, в мудром и справедливом порядке, а боролись за право главенства. Четыре духа - Эльбус, соответствовавший знойному лету, Марис, правящая ледяными стужами, Хормус, покровитель цветущих радостей весны и плодородная Умма, властительница осени - денно и нощно сходились в спорах. Марис закутывала мир своим холодным белым плащом, но Эльбус знойным дыханием растапливал его, Умма заставляла деревья плодоносить раньше времени, а Хормус повелевал цветам распускаться, а животным искать себе пару. Но не могли животные взрастить свое потомство, не могли и семена взойти побегами, ибо менялись сезоны бездумно и быстротечно.

И тогда мудрый Цериус, бог равновесия, появившийся прежде всех богов, решил установить порядок в Энирине. Он позвал к себе четырех духов, и предстали они перед его взором. И тогда сказал Цериус: "Умирает живое, и неживое умирает, и тому виною ваши споры. Отныне и в веках отдаю я каждому из вас по четвертой части всего года, и даю вам власть царствовать три месяца. И чтобы навеки закончить ваш спор, я заключаю вас в Колесо Года!" И появилось меж рук бога Колесо; тьма была одной его стороною, и свет был другою. И дух Марис был заключен в белый опал, Хормус попал в ловушку изумруда, Эльбус стал огненно-красным рубином, а тюрьмою Уммы стал желтый топаз. И приняло Колесо в себя четыре камня, в которых томились духи сезонов; светлая половина приняла к себе Хормуса и Эльбуса, а темная - Умму и Марис.

В тот день жителям Энирина было явлено видение: сам Цериус, властитель равновесия, обратился к ним, держа в руках Колесо: "Се, грядет Колесо Года, и отныне сменяться будет лето осенью, а осень зимою, за зимою придет весна, а за нею опять лето". И завертелось Колесо в его руках, разделенное на четыре части, и все живое прославило мудрость бога. Пало Колесо на землю, и люди приняли его как первый свой календарь, ибо мудро был разделен год. Четыре праздника придумали они для четырех духов сезонов, и еще два отвели для смены тьмы светом, и еще двумя рассекли темную и светлую части пополам.

(с) Мириам Розенмонд

0

16

Такагери

Все началось в жемчужном городе*, откуда происходил родом будущий герой. Юноша, живший на улице, вынужден был промышлять воровством. Его часто видели на рынке, но никто никогда не видел, чтобы он покупал какой-либо товар. Однако только самые искусные могут всю жизнь прожить за чужой счет – мальчик был весьма посредственным вором, но очень ловким и быстрым ребенком, поймать которого было очень трудно. В один день источник средств для существования иссяк – рынок закрылся, после того как кочевники стали грабить торговые пути. Их сильный организатор не давал ни единого шанса даже великим нииримским воинам, славившихся в то время на весь Энирин. Голод толкнул на необдуманный шаг, и вор решил войти в дом искусного старого мастера, который уже давно никого не тренировал. Многие слышали лишь звук битого стекла древней вазы и звук клинка, покидающего ножны. В этот раз мальчик не успел скрыться, но что ни делается все к лучшему. Мастер, наконец, нашел своего ученика. Годы тренировок сделали из юноши мужчину, а из вора сделали воина. Расправившись с остатками разбойников, которые когда-то лишили его средств к существованию мужчина получил имя Такагери*. На следующий день он получил звание мастера и признание среди других Нииримских умельцев.

На этом сведения о юности мечника заканчиваются и промелькивают лишь обрывки, повествующие о его приключениях. Говорят, этот воитель был единственным, кто мог своей техникой противостоять магам. Как именно никто не знает. К тому же ходит много слухов о смерти первого среди равных мастеров Ниирима. Известно только то, что после смерти Такагери вложил свою душу в клинок, который ищут уже более двухсот лет.

Кто душу средь пустынь найдет
Могущество тот обретет.
Учитель могучий спасет от удара
Для воина нет величайшего дара.

Очевидно, в этих строках из древнего фолианта речь идет о магических свойствах меча, хотя кто знает. Многие источники говорят о том, что клинок есть олицетворение мастера и в нужный момент самостоятельно отражает атаку. Мы продолжим повествования о Такагери, как только появится дополнительная информация.

*Жемчужный город – имеется в виду Ниирим.
*Такагери – разящий меч (древненииримский)

0

17

Легенда Последнего Дождя

Большинство легенд, повествующих о судьбах дампиров, складываются в дождь и рассказывают о дожде. Эта не станет исключением. История о тёмных сторонах человеческой натуры, об эгоизме и высокомерии вампиров, о предрассудках, управляющих чернью, и об одной крайне несчастной любви. Эта история не о первом дампире мира, но о первом дампире, познавшем «ярость крови».
Случилось это в одной из неприметных деревень, где люди жили под защитой своего барона. Милостью природы не видели они ни снегов, ни метелей. Днём сеяли, пахали, убирали, по вечерам засиживались в тавернах, слушая заезжих менестрелей. И мерно текла бы их жизнь и в наши дни, если бы не завела судьба в эти края вампира. Он был из дворян. Сильный, быстрый, смертельно опасный, не привыкший получать отказа на свои прихоти, возжелал он одну крестьянскую девушку в ночь. Те немногие, что осмелились встать на защиту невинной, были убиты… Высокородный покинул деревню, оставив семя в человеческой женщине. И вскоре на свете стало одним дампиром больше. Легенда не сохранила его имени. Говорят, он и сам его не помнил. Жители же звали его «Этот». Презрение, минувшее обесчещенную женщину, обрушилось на бедного мальчишку. Его ненавидели все: дети, взрослые, даже собственная мать, видевшая в нём вампира. Лишь нечеловеческая сила и выносливость позволяли выжить юному дампиру в ночных схватках с самыми смелыми защитниками деревни.
Он рос изгоем. Чужой среди чужих… Единственное, что любил дампир, так это дождь. Ведь когда прозрачные капли орошали сухую землю, улицы пустели, даруя мальчику свободу. Он мог часами подставлять изувеченное страданиями лицо прохладным слезам неба.
Годы набирали свою силу в молодом теле дампира. Он рос тихим, не держа ни на кого зла. А в день совершеннолетия желал покинуть родные края, дабы отыскать своё счастье в пути. Но всё изменила великая сила, разбившая и соединившая тысячи и тысячи судеб. Имя ей «любовь»…
Началось всё с приезда в деревню историка, у которого была прекрасная дочь Итиль, совсем недавно вошедшая в пору девичьего цветения. Всем забавам она предпочитала сокровища, таившиеся в книгах. Кроме того, ей тоже нравился дождь. И в первый дождь в неизведанном ещё для неё месте Итиль увидела юношу, шагающего сквозь косые иглы. Этот день и стал зерном, породившим беззаветную любовь  между дампиром и человеком. Несмущённая происхождением своего друга, Итиль открывала ему далёкие миры, что крылись на ветхих книжных страницах. Яркие образы несли с собой любовь, дружбу, честь, преданность, даруя дампиру надежду на существование чего-то лучшего, чем то, что он успел познать в этом мире. В ответ же юноша защищал хрупкую Итиль от деревенских напастей. Чувства не разрушила и жажда крови. Ведь познав любовь, дампир познал и этот вечный зов, манящий хищника к своей жертве. Но светлое одержало победу. К сожалению, лишь в этот раз… 
История совершила круг и вернулась к началу: в селение прибыл барон, хозяин этих земель. Он был заносчив и высокомерен. Окруженный толпой лицемеров, аристократ кичился чистотой своей крови. Больше хмельных напитков он любил лишь женщин. И желанием его стала прекрасная Итиль. В роковой вечер дампир привычно шёл к дому любимой, но вместо милого лица он заслышал молящий крик. Люди барона уже увозили девушку. Охваченный яростью дампир ринулся следом. Отчаян и силён был он в бою у ворот замка, но воины аристократа пленили полукровку. Барон приказал заковать его в темнице, дабы казнить на рассвете. Гнев дампира был неописуем, но не мог он порвать стальные цепи, сковавшие его руки. Пришла ночь, и луна залила мир своим бледным сиянием. Вскоре её заволокли рваные чёрные тучи, начался дождь. Сквозь решётчатое окно дампир видел прозрачные капли, падающие на землю. Ярость сменила боль. Он был беспомощен и ничем не мог помочь своей Итиль. Дампир канул в бездну отчаяния. Однако чем дольше он думал о своей любимой, тем больше проявляла себя жажда крови. Всё четче виделось ему мгновение, когда он вонзал клыки в девичью плоть и начинал пить сладкий нектар жизни. Кровавая пелена застелила разум, не помня себя, он издал рык хищника, выходящего на охоту. И надёжные ранее цепи разлетелись на множество мелких звеньев. Он чувствовал свою жертву, кровь звала его. Хищник устремился к цели, и не было в этом мире ничего, что могло бы его остановить. Клеть пала под единым ударом, стражники оросили своей кровью каменные стены, несколько пролётов лестницы, и дампир оказался на вершине башни. Массивная дверь в покои барона также уступила. Взору полукровки предстала его любимая в разорванном платье и аристократ. Спаситель опоздал… Но кровавая пелена слишком сильно затмила его разум. Теперь была одна цель – кровь Итиль. Последнее препятствие, барон, было сметено молниеносным ударом. Более ничего не мешало: перед хищником стояла его жертва. Звериный рык заглушил умоляющий возглас. Клыки впились в шею девушки, и кровь хлынула в горло дампира. После нескольких глотков ярость покинула хищника, уступив место разуму. Он в ужасе отшатнулся от возлюбленной, но было слишком поздно. Взор потухших глаз служил юноше укором. Крик, полный боли и отчаяния, прорезал округу…
- Любимая, прошу, прости. Я скоро приду, – шептали его губы.
Слёзы текли по щекам, а ладони сжимали кинжал, чьё остриё смотрело точно в грудь юноши. Вскоре дампир нанесёт последний удар. А пока он сидел на крыше башни и любовался своим последним дождём…

(с) Лезвион Сэллент

0

18


http://narutoyourway.anihub.ru/uploads/000f/08/06/33242-1-f.png
Сказание о Флоде из клана Пасти Дракона
вольный пересказ Скайта, шамана из клана Боевой Песни


   Темные времена захлестнули земли орков, погрузив их в пучину войн и хаоса. И каждый орк был готов сражаться со злом, но не каждый мог увидеть зло, разглядеть его, ибо сокрыто оно было от простого взгляда. И искали зло шаманы пять лет, и не нашли его. Под сердцем одного из них таилось зло, но Яшлах, прозванный Мертвым Предателем, не раскрыл сие знание братьям своим. И вели кланы войска друг на друга и сражались днем и ночью, считая, что сражения покончат со злом. Но лишь больше становилось мертвых среди орков и все шире была усмешка Темного, что одарил Яшлаха частичкой себя самого. Ночами он без устали нашептывал в уши вождей мысли о войнах, заставляя тех просыпаться с единственной мыслью - вести клан на смерть. И сражения эти обернулись для орков погибелью и все меньше становилось их и все слабее становились они.. Пока не пришел он..
 
Избранный не был не воином, не шаманом, но был он умен и статен.. Охотясь в лесу, орк, названный Флодом, наткнулся на яйцо драконицы, которую клан забил на днях. Отвлекла мать убийц от сына своего, но погибла, спасая его. Понял это Флод и поклялся, что скроет он яйцо у себя, а когда придет время покинет клан, чтобы не учинили сородичи расправы над ним и над детенышем. Минуло два года и яйцо треснуло, являя крылатого ящера, которого выхаживал орк. Флод назвал его Дранош и вспомнил клятву, понимая, что пришло время покинуть пределы родного племени. И подался Флод в горы и блуждал он в них три года, в то время как все сильнее разрасталась Тьма в сердцах орков и все страшнее были сражения на их земле. И сколь бы далеко Флод не забредал в горы, знал он, что и его коснется длань Темного, когтями вцепившегося в орочье племя. Тем временем Дранош вырос и лишь боялся одного он - летать. И не мог орк-учитель помочь ему в этом. Боялся, что дракон погибнет, не сумев освоить полет. Но однажды случилось страшное и сорвался Флод вниз и упал бы, если бы не подхватили его лапы дракона. То был старый дракон Флайфет, который был отцом Драноша. На последних годах своей жизни решил он открыться Флоду, чтобы наделить его силой, способной противостоять Темному. И вырвал он свои глаза из глазниц и околдовал их, взамен беря глаза Флода. И понял орк, что способен он видеть зло в сердцах других и благодарил он дракона. А после скрылся Флайфет в самой глубокой пещере вместе со Драношом и там уснул вечным сном.
 
Флод оставил Драноша в горах, а сам вернулся в племя свое, неся радостную новость о том, что нашлась управа на силу темную, но родичи орка не верили ему. А когда вышел шаман к нему и воздел руку к нему, понял Флод, что одержим тот темной силой и убил Флод шамана. И темный дух покинул его тело, являя свою сущность всем, кто был там. И рассказал тогда Флод о том, что силу ему дал дракон и испугались орки, но был Флод убедителен в речах своих и поняли те, что зря истребляли они драконов, что мысли эти Темным подкинуты были, чтобы скрыть тьму внутри других. И улыбнулся тогда Флод, ибо было ему хорошо от того, что племя приняло его и поверило ему. И раздался рев в небе и спустились на землю драконы и Дранош стоял среди них, глядя на Флода. И общались они два дня - орки и драконы, и поняли, что бороться с Темным можно лишь сообща. И принял каждый дракон по всаднику-орку и смешали они кровь, чтобы дать оркам видеть зло в сердцах людей. Но лишь Флод среди них лучшим был в поиска зла, ведь в его глазницах сияли очи Флайфета. И выбрали тогда орки Флода главой клана и нарекли себя Пастью Дракона и поспешили в поход они.
 
Вторглись орки в земли, объятые тьмой и смешали планы Темного, истребляя тех, кто внял словам его злобным. Бились с ними долго и неистово, пока не понял Темный, что клан могуч и опасен. И собрал тогда Темный всех своих соратников и призвал из недр земли чудовищ черных и заставил тех, кто слушал слова его, сражаться против братьев своих. И грянула последняя битва и летел впереди всех Флод и ярче солнца сияли его очи и сжигал врагов в пламени Дранош и братья его выжигали полчища Темного. И понял тот, что не сломить ему орочье племя, но решился на отчаянный шаг, сам выйдя на поле боя. И велик был Темный и черно оружие его и разил он всадников лишь коснувшись ладонью своей. И понял Флод, что лишь он сумеет расправиться с ним и прижался он к дракону и направил того в атаку. Быстрее ветра мчались они и наконец достигли Темного, вступая с ним в поединок. Но не мог огонь причинить ему вред, а оружие не оставляло следов на нем, и понял Флод - настала погибель его. И раскрыл он широко глаза и взглянул в небо синее и солнце заметило очи Флайфета, давая их обладателю неведомую силу. Столб огня ударил во Флода, наделяя того силой испепеляющей. И двинулся орк на Темного и сокрушил его силой немеренной. Но не мог Флод вернуться обратно, ибо жгла его мощь первобытная. И истаял Флод пеплом и погиб в тот же миг Дранош, сердцем привязанный к нему. И один за другим гибли всадники, но и темные воины гибли с ними. И вскоре стало пусто на бранном поле и последний всадник поднял знамя с клановым знаком и рухнул на землю со смертельной раной. И боялись орки подходить к месту битвы и смотрели издалека как реет знамя Пасти Дракона и нарекли то место священным на долгие годы, вспоминая что здесь погиб Флод, сжегший Темного, и весь его клан.

(с) Рорк-гхор

0

19

Легенда о проклятых.

http://www.10pix.ru/img1/2224/5230554.jpg

— Самые страшные убийцы — это те, кто полагает, что жертвы заслуживали такой участи. (с)
О них демоны слагают легенды и по сей день. О них рассказывают молодым воинам, восхваляя их, как иные люди превозносят своих героев. И если бы демоны верили в богов - они бы стали идолами, которым поклонялись.
Не знающие жалости и сострадания, не умеющие чувствовать и проявлять милосердие, они несли смерть везде, где бы не появились. Старейшины тёмных эльфов и по сей день помнят те страшные времена на рассвете Энирина, когда из Бездны пришли Они. Их было тринадцать. Тринадцать всадников - Хаккарова дюжина, которые чуть больше, чем десятилетие терроризировали свободные народы. Демоны величали их мор`тан`ш сура, что означало - смерть несущие. Дроу же называли их посланниками Тьмы, а люди - проклятыми. О них боялись упоминать, ибо верили, что это влечёт за собой их скорое появление...

Иллюстрация. Иллюстрация.

Они пришли из Бездны одними из первых, раз и навсегда завоевав для своего народа дурную славу по всему Энирину. От Элендиара до Тортуги и от Бурых гор до свободного Архейна - нашлись бы немногие, которым удалось избежать их прихода. Они появлялись всегда из ниоткуда и уходили в никуда, точно призраки немого величия Тьмы, породившей их. Они не знали жалости ни к чему живому. Смерть следовала за ними по пятам, унося тысячи невинных жизней. Те храбрецы, что вставали на защиту своих деревень обагряли своей кровью их кривые клинки. И погибая, их проклинали с той яростью, на которую способны лишь невинно загубленные души. Дети, женщины, старики - никому не удалось избежать кровавой расправы, ставшей первой ступенью на алтаре могущества демонов.
Они были безмолвны и неслышны, навевая ужас лишь одним своим видом. Закутанные в чёрные плащи, скрывающие лица широкими капюшонами, со стальными перчатками на руках, они восседали верхом на норовистых скакунах. Всюду, где проходили копыта их лошадей, оставался лишь хаос и разруха. И лошади тоже гибли, загнанные своими всадниками, ибо не было на землях Энирина ни одного коня, способного вынести бешеный темп проклятых. Их заменяли другими, и они снова продолжали свой путь. Что сталось с теми отрядами смельчаков, которым короли обещали несметные богатства в обмен на головы пришельцев? Никто не знает, да только ни один из этих глупцов не завершил этого задания. Всадники были неуловимы, как если бы, убивая, они исчезали с покрытых пылью дорог, чтобы потом вновь появиться перед очередными жертвами их кровавого безумия.
Никто не знает, кто скрывался за просторными капюшонами. Демоны и сами могут лишь предполагать, называя имена своих героев, но сказать наверняка невозможно. Действовали ли они сами или были посланы кем-то более могущественным? Нет ответа на сей вопрос. Да только всадники ушли. Столь же внезапно, как и появились в этом мире. Тринадцать долгих лет, вошедших в историю как память о кровавых летах, они сеяли ужас и боль, разрушая всё, что было дорого жителям Энирина. А потом пропали, точно их никогда и не было, оставив после себя лишь жуткую память.
Уже после них в мир просочились и другие демоны, которых проклинали и боялись, памятуя о Хаккаровой дюжине, уничтожившей не одну тысячу жизней. Но среди демонов не было тех, кто в своем совершенстве убивать мог бы сравниться с проклятыми. Ни до, ни после них история летописей не знала подобного ужаса. Но кто помнит о том, что было больше, чем тысячу лет назад? Демоны и сами не помнят уж ничего, кроме мифов. История легендарных всадников канула в лету, покрылась пылью времени, обросла множеством мифов и выдуманных реалий. Стала легендой. Дурной сказкой, которую матери рассказывают на ночь своим малышам.  «Вот не ляжешь спать, позову проклятых, заберут тебя» или  «Коли не съешь кашу, мигом заберут тебя, так и знай, они видят всех непослушных деток».
Легенда, длинною в целых тринадцать лет, длинною в тысячи загубленных жизней, ставшая детской страшилкой.
Легенда, воспринимаемая ныне не иначе, как со снисходительной улыбкой.
Легенда, которая когда-нибудь оживёт вновь, и тогда проклятые завершат то, что начали много сотен лет назад. Реки окрасятся кровью, и всякий непокорный будет обречён на страшную участь во славу народа демонов...
Из воспоминаний Редгера фон Риса,
июнь 1374 года.

(с) Люцифера

0

20

Легенда крови

Перед вам находится легенда, повествующая о вайлерах далекого прошлого, когда на карте еще не существовало нынешних королевств и империй, а маги являлись всего-лишь странствующими самоучками, показывающими фокусы на различных ярмарках. Свое название она получила из-за страшной войны, унесшей многие тысяч жизней, из-за коварного предательства, уничтожившего тогдашнюю гильдию, из-за смерти всех невинных жертв, брошенных на алтарь жажды власти одного человека.

Пролог
Воздух не зря называют стихией свободы. В бескрайних просторах неба нет ни каменных стен, ни темниц, ни промозглых крепостей и кажется, что не существует границ для тех, кому он покорен.
Вайлеры, воздушные маги, властны над сплетениями вольных ветров, порой они парят над землёй словно птицы, в то время как маги-представители других школ прикованы к ней, бессильные что-либо с этим сделать. Говорят, что первыми пользователями волшебства, которым в полной мере подчинился воздух, были оборотни, раса странников, имеющих два обличья. Во время полнолуния они освобождались от всех запретов и границ, отдавали свои сердца и души вечной охоте и были больше других схожи с мятежной, вечно меняющейся сутью воздушной стихии. Легенды молчат о том, кто стал вторым или третьим в этом негласном соревновании, а может быть никакого первенства и вовсе не существовало, тем не менее, доподлинно известно, что к рядам вайлеров особенно охотно тянулись эльфы, вампиры, полукровки... Магия воздуха стала коньком рас-долгожителей, вечных скитальцев. Тех, кто не знал покоя и всегда нуждался в крыльях за спиной.

Легенда
В незапамятные времена вайлеры, предпочитали действовать в одиночку, в редких случаях несколько магов формировало небольшой кочующий отряд. Они не тратили время на написание учебных пособий, просто занимались практической магией, веками упорно шлифовали свое искусство. Лишь незадолго до смерти древние вайлеры начинали устно передавать накопленные знания ученикам. До сих пор жива удивительная легенда, согласно которой ветер нашептывает вайлеру дату его смерти ровно за три года, три месяца и три дня, впрочем, вероятно, это всего лишь сказка.
Из-за простоты передачи азов магии, которая, в сущности, превратилась в пласт навыков, готовых к усвоению и оттачиванию, и вездесущности странствующих магов воздуха, которые всегда присматривались к толковым молодым волшебникам, вайлеров скоро стало несколько больше, чем представителей иных школ.
Долгое время вайлеры просто жили, странствовали, учили и не затрагивали ничьих интересов, но скоро в привычный уклад должны были прийти перемены. Когда прошло несколько сотен лет с того момента, как маги разбрелись по всему миру, участники одной из самых крупных странствующих групп волшебников, в числе которых был известный даже в те времена оборотень Аннунор, начали думать об объединении братьев по стихии. Такое единство дало бы им возможность продвинуться в познании воздушной магии намного дальше. Амбиции скоро переросли в желание действовать, и маги начали искать союзников. Несмотря на необычность идеи, в основе которой лежал непривычный для странствующих вайлеров подход, близость когда-то заоблачных перспектив, о которых рассказывал всем желавшим слушать сам Аннунор, пленила многих. Несколько десятков лет, и высоко в горах начали появляться первые школы, позже названные обителями. Там знания начали упорядочиваться мастерами, получившими свой статус за выдающиеся умения и талант. Началось плетение искусного и совершенного магического узора... Считается, что фундамент для первой школы был заложен ранней весной, тринадцатого числа, под лазурным мартовским небом. С тех пор ежегодно отмечался Пресветлый день, праздник весны, рождения, лёгкости...
Селясь в горах, вайлеры стремились оказаться как можно ближе к своей стихии. В обители вели кривые, узкие тропинки, что должно было облегчить оборону школ. Учителя не собирались развязывать конфликты, но во времена постоянных войн проявлять беспечность было невозможной роскошью. В горные школы устремились не только оборотни, но и гонимые вольными ветрами люди, обращенные вампиры, любознательные вентури. Лишь эльфы-вайлеры, неоднократно посещавшие обители и заключившие с магами-мастерами крепкий союз, не жили в обителях, предпочтя академии, расположенные в Сельмерионе. Расовые противоречия стирались, каждый ощущал себя частью единого организма, семьи. Ветер пел в горах, и в песни этой слышалась радость и свобода.

Жизнь в обителях довольно долго шла своим чередом - появлялись новые заклинания, отгремели первые выпуски, был создан прототип устройства, позволяющего летать по-настоящему, а не парить в нескольких метрах над землей, благодаря ученикам-вентури завязались торговые отношения между школами и болотами Печали. Воздушные маги не чурались менять свою силу на еду или золото.
Тем не менее, несмотря на появление школ и их растущую популярность, многие воздушные маги жили по старинке, в одиночку, и большинство принадлежало к оборотням. Не в силах усмирить свою звериную натуру или покинуть стаю, в которой они успели найти своё место, дикие вайлеры продолжали сами постигать искусство сплетения воздушных чар. Самостоятельно пробивавшиеся в дебрях дремучего леса заклинаний, в сравнении с дисциплинированными горными магами они были почти недоучками. Так произошёл негласный раскол магов воздуха на две касты, каждая из которых жила своими традициями и принципами. Подобно многим расколам, он положил начало катастрофе.

В эпоху войн, вожак крупнейшего клана оборотней, Райлах Дикий Волк, принял решение создать свое королевство. Дикий волк был талантливым полководцем, искусным дипломатом и великим вождем, но он не стал направлять свои достоинства в мирное русло. Несколько десятков лет подряд воины Райлаха захватывали другие кланы и общины, поглощая их земли. Вождь не проявлял агрессии по отношении к другим расам и правители тех времён расценили действия Дикого Волка как звериное желание стать сильнейшим, посчитали, что оборотни разберутся без их вмешательства. Королей и князей прошлого занимали собственные враги и земли.
Со временем разбросанные по пустынным землям общины и кланы исчезли, согнанные под одну границу, но вождь не истреблял щенков и женщин, не вменял оборотням свою диктатуру только потому, что был жаден до мелкой, хаотичной власти. На место слабых шаек, грызущихся из-за добычи и самок, пришла Стая, жившая по кодексу Райлаха, дисциплинированная и единая. Разнообразие звероформ стало самой сильной стороной армии будущего Свободного королевства. В зависимости от принадлежности к тому или иному виду, боец попадал в определённую категорию – отряд защиты, нападения или разведки, где проходил дополнительное обучение. Отдельным звеном стали маги. Сотни ищеек прошлись по завоёванным землям, собирая «диких» вайлеров, леаров и шаманов в кулак, под командование Вождя. Полученный результат впечатлял – в то время не каждое королевство могло похвастаться таким числом преданных ему магов, пусть и в большинстве своём не прошедших академического обучения. Закончив сбор, подготовку и вооружение войск, Райлах нанес первый удар.

Объединённая армия промчалась по землям как туча саранчи по полю, полному сочных зелёных побегов. Они захватывали каждое мелкое поселение на своём пути и везде внедряли свою систему. В то время множество талантливых воинов было обращено в зверей и подчинено воле Вождя. Райлах планировал постепенно взять под контроль ближайшие земли и объединить их под именем Свободного королевства. Он отлично понимал, что на данный момент ближайшие мелкие короли и предводители кланов не могут сопротивляться мощи его армии. У них, изнурённых собственными междоусобными войнами, бедных, недостаточно организованных, просто не было сил на то, чтобы бороться со столь опасным врагом, а к объединению ради победы они совсем не были готовы.
Вождь был умён, и его воля распространялась по захваченным территориям быстрее чумы. Глашатаи вождя сеяли сомнение и смуту в душах жителей деревень и сёл. Так ли хороши их нынешние хозяева? Они не смогли защитить их, душат налогами, отбирают урожай… Не лучше ли подумать о переходе к более заботливому другу – не хозяину – который будет готов не требовать и отбирать, а сотрудничать и давать? Все равны по праву рождения, почему нужно повиноваться и служить тому, кто считает тебя рабом, а себя господином?
И местные жители, сначала боявшиеся захватчиков, начинали метаться. А потом Райлах присылал им еду, выделял сильный отряд для охраны каждой деревни, очищал засорившиеся колодцы, возвращал крестьянам право на собственный надел земли, на заготовку зимних дров из прежде «хозяйских» угодий... Его солдаты не насиловали женщин, не били слабых, не убивали детей, а вот свою работу выполняли исправно. Прошло время, и деревенские парни не только без страха, но с радостью и гордостью стали идти под начало Дикого Волка.
Под началом Стаи ходило уже более семи деревень, с которых в основные земли шли товары и так называемая «добровольная дань» - собранные на пожертвованиях деньги и средства храмов. Используя все приходящие ресурсы, Райлах, вместо того, чтобы праздно сидеть на нажитом, продолжал наращивать силу. И когда бойцы снова стали свежими, его орды повернули к Кенирану. После довольно продолжительной осады, армии Вождя захватили стены города, перебив всех его защитников. Правитель замка был убит, его армия разгромлена до основания. В тот же день Райлах, надев изготовленную мастерами железную корону, назвал себя королём, провозглашая становление Свободного королевства. В этом и всех следующих захватах маги воздуха были передовой ударной силой. Они использовали свои умения наряду с лучниками, они были разбросаны по корпусам защиты, они проходили через линию вместе с группами разведки, выбивая твёрдую землю из-под ног врага. Вайлеры стали ярчайшей жемчужиной в железной короне вождя, которого прозвали Райлахом Кровавым.
Прошёл месяц после осады, и войска Дикого Волка потянулись дальше, выполняя новый приказ. Вождь велел расширять границы. Ему хотелось, чтобы маленькое королевство росло…
Выполнив свою цель, он не стал, вопреки ожиданиям и надеждам своих новых соседей, снимать военное положение. Чем дальше заходило дело, тем яснее становилось, что останавливаться он не собирался. Полководца влекли кровь и боль врагов, влекло богатство и слава, но более того дурманило кровь желание привнести в захваченные земли единую, совершенную систему, под которой однажды преклонил бы колени весь мир.
Скоро Вождю стало мало земель, лежавших возле Сторожевой гряды. Глаза Райлаха всё чаще обращались туда, где простирался Альтанар. Мечты о том, чтобы завоевать предел чужого королевства завладели им и, наконец, решив, что он достаточно силён для такой атаки, Вождь приказал ордам двигаться к восточным границам.
Однако Альтанар был куда мощнее мелких, разрозненных княжеств. Глаза и уши, в своё время подосланные в Свободное королевство, донесли вести о грядущем вторжении, и армия Райлаха были достойно встречена. Грянуло первое сражение. Войска Свободного королевства и силы Альтанара схлестнулись, клинки и сгустки магии сверкали десять дней и ночей, и сила армии Вождя пошатнулась под яростью тех, что не желали подчиняться псу, возомнившему себя королём. За одним поражением пришло второе, за вторым третье. Когда орды Свободного королевства оттеснили обратно за восточную границу, к Райлаху прислали предложение о перемирии. Он ответил отказом, неосмотрительно указав на своё желание продолжить попытки завоевания чужих земель, и за такой самоуверенностью последовало наказание. Уже поверженного не единожды Райлаха Кровавого больше не боялись.
Постоянные атаки войск Альтанара, теперь стремившихся не просто оттеснить врага, но избавиться от него, не давали бойцам возможности останавливаться, чтобы зализать раны, и воины начали уставать. Сначала оборотни поджимали хвосты, потом скулили, и совсем скоро начали скалить зубы. Начался Великий раскол. Вождь терял контроль над деревнями, отдельные группы оборотней начали уходить, и за удивительно короткий срок Свободное королевство перестало существовать, оставив только легенды да песни о былом величии Вождя.
Что стало с Райлахом – неизвестно. Говорят о том, что он выжил и тайно ушёл в горы, где жил отшельником до самой смерти. Другие рассказывают, что в действительности оборотень и сам был вайлером и, отсидевшись, примкнул к одной из обителей, а его потомки правят гильдией и теперь… Впрочем, где красивые сказки, а где истина – не известно.
Скоро после падений Райлаха полководцы и правители вспомнили об обителях, пустивших корни в горах и воздушных магов, шедших впереди поверженной ныне армии. Правители Альтанара не знали разницы между горными и дикими вайлерами, и волшебники, засевшие в неприступных школах, представились им адептами Райлаха, а обители – крепостями, копившими в себе новые силы для нападения. Не было ни переговоров, ни официального объявления этой маленькой войны, просто войска, которые пошли в горы по приказу короля. Вскоре обители заслужили звание крепостей по праву. Маги, профессионально обучавшиеся владению этой стихией, были исключительно искусны в сражениях и буквально сдували наступающих со своих гор. Казалось, что они достигнут того, что не удалось Вождю, но со временем по скорлупе защиты пошли трещины. Воины обителей не могли справиться со всё прибывающими войсками в одиночку.
Аннунор, когда-то видевший ещё самое зарождение обителей, в те годы был главным магистром своей школы. Он пользовался поддержкой и уважением всех обителей, и когда оборотень выступил с предложением попросить о помощи извне, остальные магистры отозвались согласием. Были отправлены письма с голубями и гонцами, и после этого у оборонявшихся не осталось иного выбора, кроме как молить богов о заступничестве и ждать. Проходили недели, недели складывались в месяцы, и обители терпели поражение одна за другой, ни одно королевство не отзывалось на призыв вайлеров. Только эльфы прислали несколько отрядов лучников и мечников, которые, впрочем, не могли резко изменить хода войны.
24 сентября началась осада самой крупной, первейшей обители, куда на тот момент стеклись все выжившие маги, способные пробираться через горы. Наступавшие не рвались больше в бой, они не спешили, намереваясь провести голодную осаду школы. Когда прошло две недели с момента осады, всем, даже упорно стоявшим на обороне стен защитникам казалось, что падение последнего оплота вайлеров неизбежно.
Помощь пришла неожиданно. Посреди ночи орды темных эльфов обрушились на осаждающие отряды армии Альтанара и оттеснили их от обители. Дроу помогли магам воздуха отбить несколько крепостей, даже выделили воинов, чтобы помочь охранять свободные от захватчиков школы… Тогда чародеи и не подозревали, что впускают в стены обителей своего злейшего врага.
Предательство, обрушившееся на защитников внезапно как лавина, сметающая всё на своём пути, положило конец сражению и уничтожило надежду. Дроу не просто перестали помогать вайлерам и оставили обители, перед тем, как покинуть школы они убили и Аннунора, и оставшихся в живых магистров в каждой из школ, а потом открыли ворота, впуская в крепости захватчиков...
Этот день был назван Багровым понедельником. Маги воздуха и теперь помнят о давнем предательстве. Дроу – единственная раса, представители которой не принимаются в ряды членов гильдии воздуха, которая будет позднее основана эльфом мечтателем Нарбелетом.
Однако это случится много позднее.
Теперь же маги земли, вошедшие в крепости в первых рядах армии, сломили сопротивление последних учеников Аннунора. За считанные минуты крепости были окончательно повержены. Мощные стены, буквально стёртые в порошок, осыпались каменной крошкой, из самого горного песка вырвали маги земли воздушные колыбели.
Чудом уцелевшие горные вайлеры группками разбрелись по миру, а потом разнесли их вольные ветра по одному, по двое, и они вернулись к истокам. Могущество магических школ было забыто, а песни и сказания, которые сохранились в памятях сражавшихся, превратились в сказки. И вот уже казалось, что не было ни Пресветлого дня, ни Багрового понедельника, что ничем не отличались шелудивые щенки Райлаха от молчаливых горных часовых.

(с) Лезвион и Ханна

0


Вы здесь » FRPG Энирин » Библиотека (новая версия) » РЕЛИГИЯ, МИФОЛОГИЯ. Мифы и сказания


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC