FRPG Энирин

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » FRPG Энирин » Прошлое » Миссия: Запад


Миссия: Запад

Сообщений 41 страница 56 из 56

41

[NIC]Элебор Сантивал[/NIC][STA]Флавиэль[/STA][AVA]https://i.paste.pics/e9def913afd3e5679e8a7784d30daf82.png[/AVA]
Набрав воды в чашу, Альвир двинулся к Веалае, не сводя взгляда с вверенной ноши. В окружающем дуб желобе вода пошла рябью, хотя, разумеется, никакого ветра в комнате не чувствовалось. Тем не менее, чем ближе младший жрец находился к матери Элебора, тем очевиднее становилось, что новый приступ эльфийки неминуем. Воздух буквально завибрировал, разгоняемый неосязаемой, но отчетливо ощутимой волей. Первым всё понял младший из Сантивалов. Наплевав на церемонию, он вскочил и бросился наперерез Альвиру, однако и он, и жрец вдруг отлетели к дубу, отброшенные почти мгновенной и мощной ударной волной. Веалая заливисто рассмеялась. Любой, даже тот, кто раньше никогда не слышал её голоса, сразу бы понял, что эльфийке он не принадлежит. Смех, то хриплый, то оглушительный и чистый, заполнил молельную, многократно отражаясь от стен и потолка. Веалая гремела неестественно низким басом, и тут же, без остановки, закладывала уши непереносимым, почти птичьим стрекотом.
Дареон бросился к брату, помогая встать. Из губ Элебора, стекая по подбородку, сочилась кровь, в фиалковом отблеске храмовой воды отливающая сливовым. В остальном он выглядел вполне целым, хотя что у него, что у Дареона в широко открытых глазах читался непередаваемый шок. Аллатор, мертвенно бледный, замер, не сводя взгляда с жены.
Один лишь Гельторос, казалось, нисколько не удивился происходящему и, бросив короткий взгляд на лежащего без сознания помощника, шагнул прямо в ручей. Держа обеими руками посох, он ткнул им в водную гладь, словно бы надеясь извлечь из неё какую-то опору. Стараясь перекричать Веалаю, жрец, напевая, стал читать молитву на причудливом языке. В нём угадывался тилья, но столь отдаленно, что и в глухом уголке Дол"Вимара едва ли бы поняли. Тем не менее, действия Гельтороса принесли неожиданный успех. Подчиняясь звукам его дрожащего голоса, на посохе начали проклевываться почки, а дуб, казалось, ожил, протягивая ветви-руки в направлении жреца. Смех Веалаи вдруг прекратился.
- Умолкни, паршивец! - зашипела она, вздернув вверх ладонь. Радужка глаз эльфийки на мгновение загорелась бирюзовым огнём, а в следующую секунду корни дуба метнулись к жрецу. Будто бы сотканные из стали, они навылет прошли сквозь тело старика и, окровавленные, вышли из груди, сверкая рубинами и поднимая уже недвижимого Гельтороса к потолку. - Довольно с меня этих кривляний.
Веалая повернулась к семье, но Сантивалы так и не двигались с места, застыв в нерешительности, и тогда одержимая, никуда не спеша и наслаждаясь каждой секундой, удостоила вниманием остальных присутствующих. Взгляд сияющих голубых глаз останавливался на каждом не более чем на пару мгновений, но, казалось, эльфийке и их хватало, чтобы что-то решить для себя. Наконец, она насмешливо склонила голову, приседая в реверансе. Голос её уже не скакал, но в нём, несомненно, ощущалась затаённая мощь и превосходство.
- Прошу прощения за неудобства и беспорядок, дорогие гости. Это всё, - она махнула рукой в сторону Гельтороса, - скоро уберут, да и мы сами, пожалуй, перейдём в более уютное место. Но нас, кажется, так и не представили должным образом. Аллатор, любовь моя, потрудишься?
Глава семейства с лица которого не спела сойти бледность, говорить не спешил, только лишь наблюдая за женой.

+2

42

Дурацкие хитровыделанные жрецы снова всё сделали по-своему, ни с кем не совещаясь и никого не слушая. Зачем нужен был этот сложный и и определённо сильный ритуал? Гельторос решил проводить свой экзорцизм немедля, покуда коварный колдун не отговорил хозяев отложить дело на потом? Или просто решил затеять его из любви к прекрасному и возвышенному, не задумываясь, какое впечатление это произведёт на «пациента»?
Маг вскочил на ноги не первым, но немногим позже того момента, как вещи и эльфы в зале стали переворачиваться. Старик выступил вперёд одновременно с его движением, всем своим видом укореняя в мозгу Сельвиара самые вредные и дурные подозрения. С большим удовольствием он бы сейчас зарядил молнией в его многомудрую задницу, чем в лоб опасной чародейке.
Последняя, впрочем, быстро избавила присутствующих от дилеммы. Кровь жреца пролилась в воду, заставив Реля невольно вздрогнуть. Он сжал пальцы в кулак так, что ногти глубоко впились в ладонь, выжимая каплю крови уже из неё – уже чтобы удержать себя на месте. Инстинкт подсказывал, что напасть сейчас – значило самым верным способом застолбить себе место подле Гельтороса: Веалая (или Гъярхор, или они вместе) только что отразила одну атаку и прямо сейчас, вполне вероятно, более чем готова к ещё одной. Между тем фон понемногу успокаивался, а колдунья от кровопусканий перешла к рассматриванию присутствующих на «мистерии», Хаккар бы её подрал.
– Прошу прощения за неудобства и беспорядок, дорогие гости, – наконец выдала женщина, демонстративно небрежно натягивая шкуру потревоженной хозяйки дома. Получалось, по правде говоря, так себе – немного мешало подрагивающее на дубовых кольях старческое тело.
Сельвиар лихорадочно думал. Что бы делал в такой ситуации специалист? Вопрос трудный, когда ты не специалист, а ситуация уже случилась, но самое первое и разумное, что приходит на ум – поскорее убрать из-под удара всех посторонних... По большей части он переживал только по части одной из них. Хотя для сохранения репутации крайне желательно уберечь хоть кого-нибудь из Сантивалов. Но, в любом случае, потом-то что делать? Кажется, из доступного арсенала к «ситуации» подходило только что-то вроде «сжечь, сжечь то, что останется, противно проклясть пепел, развеять пепел на взморье», но уверенности в пригодности такого метода не было совсем. Беспомощная злость, вызванная неспособностью быстро сориентироваться и разработать тактику, покатилась от желудка вверх и застряла где-то в горле, заставляя пальцы ещё сильнее и напряжённее сжаться.
Медленно Релеменил отступил назад на пару небольших шажочков, приблизившись обратно к Линдэлин и Ларгосу. Внимание Веалаи пока было приковано к мужу – во всяком случае, маг на это очень надеялся. Не отрывая взгляда от одержимой, он прошептал:
– Не колдуй, – это уж точно переместит фокус туда, где ему находиться совершенно не следовало. Увы, пока что самое умное, что он сумел придумать – довольно тривиальное решение прикинуться мебелью до поры. Рель и сам тихо, но глубоко вздохнул, стараясь вернуть максимум самообладания; иначе, как он предполагал, он тоже стал бы слишком заметным, слишком заманчивой целью.

+2

43

Всё еще погруженная в мысли о брате, эльфийка в числе последних заметила изменения в атмосфере мероприятия. Впрочем, леди Илинелльдар, чутко улавливающая настроение собеседников в переговорах, почти всегда во время действа более динамичного и по совместительству смертельно-опасного, превращалась в милую и удобную мишень, которая едва успевала подняться из-за стола и удивленно моргнуть, в то время как Релеменил успевал разнести половину трактира и уже приступал к немного невежливым расспросам кого-нибудь под ногами о причине появления в стене за её спиной арбалетных болтов.
Если быть точными, то в данной ситуации белокурая головка Линдэлин вскинулась лишь после того, как тело её жениха рухнуло неподалеку.  Дернувшись было помочь, она так и замерла, охваченная страхом – чуткий слух мага уловил звуки, не то что не слишком приятные для слуха, но абсолютно, напрочь неестественные для любого эльфа. Даже для охваченного очередным изысканием синдорея (всем ведь известно, что в баловстве всякой дрянью они и темных эльфов превзойти способны). Но обернувшись, Анадорна поняла, что последнее предположение оказалось наиболее близким к истине. С трепетом ужаса девушка неспешно поднялась на ноги, оглянулась на Сантивалов, в робкой надежде, что это временное помешательство привычно им и скоро пройдет. Но нет, их лица выражали общее настроение, пожалуй, даже ярче, чем её собственное. А уж после того, как странно завороженные синие глаза запечатлели в сознании печальный конец жреца, эльфийка настолько медленно поднесла ладонь к распахнутому рту, что сразу после этого её разум начал протестующее быстро вырабатывать мысли разного толка. Как полезного, так и не очень. Так, Линдэлин снова обернулась к возмутительнице спокойствия, несколько раз сдержанно выдохнула, пытаясь унять невольную панику и задалась десятком вопросов разного рода, начиная от: «Так она действительно одержима?» и заканчивая: «Насколько восприимчиво иное сознание к иллюзии, влияющей напрямую на восприятие окружающей реальности?». Не то, чтобы Анадорна относила себя к тем бойким девицам, которые в потасовках всегда стремятся вперед, спасают мир, спасают самостоятельно себя (это, пожалуй, самый болезненный пункт для неё в этом перечне) и вообще являются незаменимым объектом поклонения в любой компании. Отнюдь нет. Просто, несмотря на ужас перед происходящим, Линдэлин не могла остаться в стороне, понимая, что её магия в данном случае самая безопасная для безболезненной нейтрализации Веалаи. Ведь помимо банального нежелания еще одного убийства, в голове эльфийки настойчиво свербила мысль, что будет крайне досадно переносить свадьбу или даже расторгнуть столь выгодную помолвку из-за смерти матери жениха. Досадней этого будет только смерть жениха и всех присутствующих от рук радующейся сейчас отнюдь не пополнением семейства матушки. Но как же страшно!
- Не колдуй.
«Релем…»
Линдэлин хотела кивнуть, коснуться руки и сказать еще вариантов пять возможного согласия, но заставила себя не шелохнуться, сосредоточившись на бешеном стуке сердца. Напряженные и мелко подрагивающие кисти после усилия расслабились, хотя пальцы правой руки так и остались нервно дергаться. Девушка несколько раз бесшумно вздохнула, готовясь к продолжению действа, посреди которого будет крайне нежелательно упасть в обморок.

+2

44

[NIC]Элебор Сантивал[/NIC][STA]Флавиэль[/STA][AVA]https://i.paste.pics/e9def913afd3e5679e8a7784d30daf82.png[/AVA]
Повинуясь короткому кивку Аллатора, двое гвардейцев начали медленно отступать к входной арке, но от Веалаи скрыться это не могло, хотя колдунья не отводила взгляда от Релеменила и Линдэлин. Невидимая сила дернула воинов к стене, их клинки сами собой выскользнули из ножен и мягко, почти нежно прильнули к незащищенным шеям, не позволяя сдвинуться ни на йоту.
- По-хорошему не хотим, значит, - хмыкнула эльфийка и небрежно отмахнулась от мужа. Глава семейства Сантивалов тут же рухнул как подкошенный. Дареон и Элебор кинулись было к нему, но Веалая кокетливо погрозила им пальчиком, и братья будто бы наткнулись на невидимую стену. - Нет-нет-нет, дорогие мои. Папочка не слушал мамочку и теперь наказан. Что же касается вас, вы же будете послушными маленькими эльфами?
Последний вопрос уже адресовался продолжавшим наблюдать за происходящим Релеменилу, Линдэлин и Ларгосу. Служитель Единого шагнул вперёд, приковывая всё внимание к своей фигуре.
- Гъярхор, мы не собираемся плясать под твою дудку. Оставь Веалаю в покое и покинь святое место!
Одержимая скривила губы и, удивленно приподняв брови, оглянулась по сторонам.
- Кажется, Сильветтара совсем не против, - засмеялась она, отчего вода в источнике снова пошла брызгами. - Советую и тебе не высовываться, жрец. А вы, голубки, так и будете шептаться или все же представитесь? Совсем невоспитанная молодежь пошла.

+1

45

Нет, определенно, называть своё имя демону Линдэлин собиралась в последнюю очередь. И не из-за гордого отрицания власти одержимой над собой. Отнюдь. Просто чародейка прекрасно знала, что имена так же имеют власть над своими носителями и умный колдун с подходящим направлением может использовать это знание против них. Самый безобидный пример: магическое сообщение. Достаточно краткого знакомства и имени получателя, чтобы Линдэлин, маг звука, могла отправить мысленное послание любому живому и разумному существу. Что может сотворить демон с отличной от энириновской магии, девушка представляла себе слабо. Однако даже самое скромное предположение (кроме  ответа «ничего»), ей не нравилось. Но и грубить Веалае, которая расшвыривала сейчас эльфов по залу, будто тряпичных кукол, здравомыслящей эльфийке не хотелось.
Неуверенная пара шагов вперед, дабы привлечь внимание демона к себе и отвлечь от мыслей о «голубках».
- Не надо, прошу!
Голос звучал мягко, робко, в нем слышалось немного испуга – то, что нужно, чтобы не вызвать агрессию и потешить самолюбие такого властного и страшного существа. Конечно, вряд ли возникшую проблему получится решить хваленой дипломатией, да и имея некоторый опыт за плечами, Линдэлин отнюдь не была не то что Тельрионом, но даже не Элебором с его шелковыми речами. Однако, хотя бы попробовать… Очень аккуратно и осторожно…
- К чему это всё? – девушка перевела сожалеющий взгляд на Аллатора, посмотрела на гвардейцев, хотя и без того было ясно, что она имеет в виду. Руки  медленно, с раскрытыми ладонями протянулись вперед. – Мы усвоили твой урок и не хотим лишних жертв. Скажи, что тебе нужно?

+1

46

Наедине с собой, внутри своей головы, маг вынужден был признаться в том, что просто растерялся и прямо сейчас был в таком же беспомощном состоянии, как и все остальные эльфы. Злобный азарт, почуявший запах крови, уже, правда, заставлял прикидывать, как долго он смог бы продержаться в дуэли с одержимой ведьмой? Конечно, здравый смысл ощутимо громче подсказывал, что начинать поединок при посторонних он не готов, да и без них – особого желания также не испытывает.
И хотя разрешение патовой ситуации путём превращения её в драку не было единственным его эффективным приёмом, в настоящий момент он находился позади всех остальных «пташек», что одна за другой вступали в диалог с воплощённым стихийным бедствием. Взгляд Сельвиара всё так же был обращён прямо к нему, хотя мысли уже перебегали от старательных попыток осмысления к тому, что лежало у него под ногами – шляпе и посоху, которые он положил на пол, когда преклонял колени перед проклятой церемонией. Разумеется, они тоже были замечены кем не надо. Отсюда вопрос из уст Веалаи обращался из требования следовать ноте этикета во что-то ещё менее приятное (хотя за пределами молельного зала мало бы кто поверил, что такое вообще возможно).
Смотреть на свой посох Рель и не думал – иначе бы тот выписал в воздухе такой же крендель, как мечи гвардейцев. С тем лишь отличием, что меч едва ли сможет сотворить что-то более зрелищное, чем какой-то фонтан крови из разрубленной артерии. Пока только прикинул, каким должно быть движение руки, чтобы хаккарская палка вспорхнул с пола прямо в ладонь.
Течение мыслей понемногу успокаивалось, приходило в норму. В голове складывалось то, что можно было назвать набором гипотез о дальнейших событиях. Каждая из них подразумевала, разумеется, вступление на сцену колдуна в тот или иной момент; к сожалению, просто раствориться в воздухе и улизнуть он пока что не мог. Пока следовало лишь дождаться, ответит ли колдунья Линдэлин...
Или, быть может, по ту сторону колдуньи тоже ждут, пока он исчерпает запасы терпения и сам сделает шаг вперёд?

+2

47

[NIC]Элебор Сантивал[/NIC][STA]Флавиэль[/STA][AVA]https://i.paste.pics/e9def913afd3e5679e8a7784d30daf82.png[/AVA]
- Лишних жертв? - громко переспросила Веалая и вновь рассмеялась, провоцируя очередные возмущения в магическом фоне. - Но, голубушка моя, я ведь даже не успела начать.
В этот момент, видимо, решив, что одержимая достаточно отвлечена, Аллатор с каменным лицом двинулся вперед. Жена, как казалось, до поры не замечала его, но стоило тому приблизиться на расстояние нескольких шагов, отчетливо скрипнула зубами, а в следующий момент все, кто оставался в сознании, оказались прижатыми к стенам, как и гвардейцы чуть ранее. При этом дуб ожил, запустив могучие ветви и корни глубоко в землю, вспарывая камень без малейший усилий. По полу пошли трещины, разраставшиеся к пленённым эльфам, и, когда они наконец достигли их, корни вынырнули наружу, оплетая своих жертв и лишая малейшего намека на спасение. Колдунья с синдорейской кровью прикрыла глаза, глубоко дыша.

НПРГ

С этого момента сцены разные, Линдэлин видит и слышит одно, Релеменил - другое

Релеменил

Наконец, все, кроме волшебника, оказались заключены в коконе из веток и корней, да и он сам мог лишь вращать головой.
- Так ничего и не предпринял, маг? - злобно усмехнулась Веалая, поворачиваясь к Релеменилу.
Она начала медленно подходить, не сводя с него взгляда, пылающего бирюзовым пламенем.
- Как, впрочем и всегда, не так ли? Вечно ждёшь момента, выжидаешь. Ты так наивно веришь, что она будет ждать вечно? - эльфийка кивнула в сторону Линдэлин. - Ох, не стоит удивляться, милый мальчик. С той стороны мне видно куда больше, чем простым смертным, поверь. Но, позволь спросить, о чем ты думал, когда молчаливо одобрял этот порочный союз между ней и моим, с позволения сказать, сыном? Разве не понятно, что до твоих интересов в итоге никому не будет дела, а твоя голубка упорхнет к более выгодной партии?

Линдэлин

Линдэлин оставалось лишь наблюдать, как всех остальных пеленает в древесный кокон. Её саму ветви дуба отчего-то не тронули. Веалая смотрела на девушку с нескрываемым любопытством, склонив голову чуть набок.
- Теперь мы остались вдвоем голубушка, поэтому можем поговорить откровенно, как дама с дамой. Признаюсь, меня очень позабавил твой разговор с моим, кхм, сыном. Нет, не нужно искать виноватых, мне никто об этом не докладывал, - поспешила она уточнить, - просто с той стороны мне видно куда больше, чем тебе. И оттуда же я прекрасно знаю, как легко и непринуждённо Элебор тебя дурачит. На что ты надеешься, милая моя? Что он действительно будет столь добр и щедр, что поделится с тобой властью? Он подомнет под себя Запад, а после вышвырнет тебя на улицу, это же очевидно! Или ты действительно решилась вверить ему свою судьбу? Боюсь, тогда тебе не стоит лезть в политику и строить планы по возвышению, о которым ты грезишь во снах.

+2

48

Девушка на мгновение сморщилась, когда смех одержимой ударил по эльфийским ушам. Однако начало положено и как минимум Линдэлин может попробовать протянуть время за разговором, пока в чью-нибудь более светлую голову не придет стоящая идея. Так она и думала ровно до тех пор, пока не увидела последствия чужой светлой идеи. Разумеется, чары Веалаи оказались не только действенными, но и впечатляющими, возвращая легкую дрожь страха и панически колотящееся сердце. Линдэлин медленно и осторожно обернулась, осматривая последствия вспышки раздражения одержимой. Собственная же избранность в данной ситуации совсем не радовала. Она бы с удовольствием поменялась местами с кем-нибудь из присутствующих (кроме отца Гельтороса разве что), чтобы не ощущать тяжесть ответственности как за чужие жизни, так и за собственную.
«Любое неверное слово…»
— Теперь мы остались вдвоем, голубушка…
Линдэлин испуганно дернулась, оборачиваясь на голос. Слова колдуньи, пусть и сказанные без резкости, звучали громогласно в застывшей молельне. Против своей воли девушка ощущала как каждая фраза находит свой отклик и поднимает ворох сомнений и опасений, припрятанный перед встречей с женихом. Слишком достоверна была нарисованная Веалаей картина для эльфийки, слишком часто она сомневалась в собственных силах против острого разума младшего Сантивала, да и их союз, построенный на выгоде, будет успешен до тех пор, пока оная выгода присутствует. Что же будет после того, как Элебор получит всё, что хочет от Анадорны? Ей пришлось мысленно напомнить себе не раз и не два, что то лишь слова демона, умно играющего с ней. И говорить что-либо на этот счет девушка решительно не собиралась, хотя ребячливое желание ответить на обвинения клокотало где-то в горле. 
- Почему… Откуда такая заинтересованность во мне? Даже если все твои слова окажутся правдивы, какое тебе дело до моей участи?

+2

49

Уже после того, как его приложило о стену, одним из краёв своего сознания Сельвиар прикинул, что, пожалуй, одержимая сплетала чары быстрее, чем это мог бы сделать он, если бы всё-таки что-то предпринял. Другой край сознания при этом пытался преодолеть дезориентацию, а третий – как-то повлиять на стремительно прорывающиеся сквозь пол корни; естественно, и то, и другое – совершенно безрезультатно. Веалая обернулась к нему. На каком-то отдалении,  причём словно с нескольких сторон сразу, раздался её голос, сочащийся злобной, презрительной насмешкой. Что-то о его медлительности, его чрезмерному пристрастию сложить руки и созерцать, как мир вокруг рушиться...
Маг не старался разбирать слова колдуньи. Вместо этого он, скорее, пытался отделить от её голоса перезвоны, распространяющиеся в магическом фоне. От них буквально дрожало всё вокруг; дрожь безо всякого труда проникла внутрь и отвесила пинка почти каждому нерву. Коварная лоза даже руки крепко перетянула, но шея сохраняла определённую значимую подвижность. Релеменил качнул головой из стороны в сторону. Чиркнув взглядом по потолку, выплюнул в воздух несколько гортанных звуков для пробы.
– Оо-о-о-о-оо!
Он успел прикинуть, что со стороны это может выглядеть так, будто он бессильно мечется в оковах и стонет, тщетно пытаясь освободиться; в сущности, это было последней мыслью о том, как что-то для кого-то выглядит. Против призрачно-тухлых бирюзовых огоньков во взгляде одержимой заплясали языки настоящего, алого пламени, вспыхнувшего в глазницах колдуна. Из приоткрытого рта полились новые глухо ревущие звуки, постепенно сплетающиеся в жуткий напев:
– Herätä, herätä, tulinen tulipalo! Tanssi, tanssi kanssani! Anna tämän noidan polttaa oksillaan!
Он продолжал качать головой из стороны в сторону, помогая почти что апокрифическим формулам разлетаться во все стороны и ещё сильнее сотрясать фон. Рель использовал именно их вместо классической формулировки заклинаний в надежде, что тонкая душевная организация противника будет изрядно потрясена такой кошмарной лексикой. Кроме того, древние слова давно умерших и забытых языков по сравнению с чем-то более привычным в меньшей степени ориентировались на академизм познаний заклинателя и в большей – на эмоциональное состояние, а выплеснуть сейчас все лишние переживания было делом благим и полезным. Беспокойство, злость на жрецов, тревога из-за великих замыслов Линдэлин и её кандидата на роль красивой семейной ширмы, страх за то, что эти замыслы легко пойдут прахом (или, точнее говоря, кровавой кашей), стоит Веалае послать чуть более сильный импульс этим своим дубовым корешкам – всё это возлагалось на костёр, который маг разводил буквально из себя самого. Треск того, что должно было стать не просто огненным обличьем, а целым пришествием могучего огненного духа, целиком заполнило его голову, заставляя забыть и о чокнутой ведьме, и об её смущающих речах, и даже о том, сколь выдающееся произведение магического искусства он сейчас собирался создать.

+2

50

[NIC]Элебор Сантивал[/NIC][STA]Флавиэль[/STA][AVA]https://i.paste.pics/e9def913afd3e5679e8a7784d30daf82.png[/AVA]

Линдэлин

- Так ведь мы, женщины, должны помогать друг другу, разве нет? - улыбаясь, ответила Веалая. - К тому же, у меня на тебя большие планы, голубушка. Ты поможешь мне получить то, чего я хочу, я же помогу исполнить твои сокровенные желания. Вместе мы добьемся величия и затмим всех, включая самого Элайнеля!
Будто бы вторя её словам, зал задрожал, однако, судя по тени волнения на лице колдуньи, такие эффекты в её представление не входили. С потолка посыпалась вековая пыль, а в стенах образовались явно магического происхождения бреши с неровными, обрывистыми краями, из которых ударил яркий голубой свет. Вода в нишах засияла тысячами крохотных фиалок и забурлила. Сквозь грохот пробился бесконечно далёкий, едва различимый голос Релеменила, выкрикивающего заклинания.
- Твой ненаглядный всё тут разнесет! - в злобе закричала Веалая, быстро приблизившись к Линдэлин, и схватила её за волосы, после чего могучим движением, будто бы куклу, усадила девушку на колени, задрав голову вверх. Теперь одержимая смотрела на неё ненавидящим взглядом свысока. - Кричи, чтобы успокоился! Потому что если нет, нас всех похоронит заживо.
Тем временем бреши всё разрастались, разрезая зал невыносимо-слепящими бирюзовыми клинками.

Релеменил

Голос волшебника явно заставил Веалаю нервничать. По уже изломанным стенам и потолку зазмеились новые трещины, а ствол дуба рвануло в разные стороны, буквально располовинив могучее древо на две части. Жена Аллатора замерла, расставив руки в стороны и высоко запрокинув голову, и Релеменил мог буквально кожей почувствовать, как помещение затопила необузданная, вольная магия, хлещущая без разбора и цели во все стороны. Казалось, в зал вцепились могучие руки гиганта, растягивая стены.
Слева от мага ветви зашевелились и из кокона показался Ларгос. Мешковатая коричневая мантия жреца исчезла, сменившись белыми сверкающими доспехами, руки эльфа соединялись лодочкой перед лицом, а глаза оставались закрытыми. Губы Ларгоса безостановочно шептали молитву, полностью заглушаемую начавшимся землетрясением. Однако, слова его, по всей видимости, действовали гораздо эффективнее, чем это могло выглядеть со стороны, и спустя короткое мгновение он уже упал на колени, полностью освободившись. В тот же миг глаза Ларгоса широко раскрылись, а в руке засиял сотканный из лучей света клинок.
- Останови его, Сельвиар! Останови или я убью её! - закричала Веалая и полностью переключила внимание на жреца, протянув в его стороны ладони. Монах Единого пошатнулся, будто от порыва сильного ветра, но устоял. Не переставая шептать молитвы, он сделал первый шаг вперед, очень медленно и с усилием, будто бы двигался в потоке воды.

+1

51

Линдэлин очень не нравилось, что какая-то одержимая имеет на неё большие планы. Она видела себя, при её не очень скромном, но в то же время бесполезном положении, разве что в качестве следующего сосуда для демона. С другой стороны, если эльфийка покажет абсолютную свою бесполезность, то Веалае не составит труда убрать её и приняться за следующего. Благо собрался скромный, но разноплановый цвет общества.
- Но ты так и не сказала чего хочешь… - немного с опаской произнесла Линдэлин.
Девушка испуганно оглянулась, поначалу решив, что волнение в зале вызвано её словами. Однако вскоре до её острого слуха донесся отдаленный голос мага.
- Релем… - прошептала она. Что за магия вызвала подобное? Она не могла понять что из арсенала чародея вызвало подобное, однако и знала эльфийка о нем далеко не всё. Надежда заставила сердце биться быстрее, затапливая всё нутро. Он всегда спасал её и в этот раз не подведет, судя по ненависти на лице одержимой. Та всё же подпортила настроение и эльфийка вскрикнула от вспышки боли. Вцепившись руками в ладонь, удерживающую её волосы, девушка встретилась взглядом с Веалаей.
- Кричи, чтобы успокоился! Потому что если нет, нас всех похоронит заживо.
Пальцы запорхали, едва ощутимыми прикосновениями нанося узор на тыльной стороне ладони одержимой. Линдэлин прорычала спусковое слово, проводя магию в тело синдорейки через начертанный сигиль. В следующий миг слух той должен был заполнить громкий и резкий звук, вызывая нестерпимую головную боль.
- Нет, - злорадно выплюнула девица.

Отредактировано Линдэлин (Среда, 17 октября, 2018г. 21:48:55)

+1

52

Постепенно ощущение жара, разливающегося по всему телу, сменилось размытием границы между первым и вторым. Живое пламя, в которое преобразился эльф, стремительно пожирало дубовые корни, отчего в воздух поднималась уйма дыма, но магу это сейчас нисколько не мешало видеть взволнованное лицо ведьмы.
Ведьма. В Альтанаре сжигают ведьм. Иногда. Кажется, сейчас почаще, чем пяток лет назад. То-то, наверное, порадуется этот воинствующий монашек – вот же ирония, что бы Единый на это сказал? – если удастся одарить одержимую теплом. Словно откликаясь на мысли, жрец показался из своего кокона в доспехах и позе молельщика. Почему-то Релеменил сейчас не мог вспомнить, как его зовут. Впрочем, вопрос именования кого бы то ни было его сейчас занимал менее всего...
Яростно алеющие языки пламени рвались из клубка ветвей к Веалае, которая продолжала сотрясать воздух, тем самым ещё сильнее распаляя колдуна. Огонь пополз вперёд по длинному корню, с каждым мгновением всё больше теряя хоть какое-то подобие фигуры гуманоида. Лишь время от времени среди дыма и искр вспыхивало нечто, похожее на глаза, сверлящие колдунью упрямым жгучим взглядом.
«Сельвиар ушёл, ведьма. Остался огонь. Тебе нечем на него надавить», – временно утратив язык, губы, гортань и прочую требуху, Рель лишился и дара речи, но всё ещё мог громко думать в надежде на то, что ставший донельзя чувствительным фон правильно передаст отзвук его мыслей. Впрочем, даже это дело требовало хаккарских усилий.
«Я уже близко. Сними свои чары, а не то...» – конец угрозы утонул в не требующем перевода на тилья треске пламени. Огню вообще не свойственно порождать сложные концепции и вести переговоры – для того, чтобы даже просто что-то подумать, магу приходилось преодолевать своё собственное (пусть и временное) естество.

Отредактировано Релеменил (Четверг, 18 октября, 2018г. 00:09:17)

+2

53

[NIC]Элебор Сантивал[/NIC][STA]Флавиэль[/STA][AVA]https://i.paste.pics/e9def913afd3e5679e8a7784d30daf82.png[/AVA]

Линдэлин

Узор вспыхнул, как свеча, и на ладони одержимой появился такой же надрез, как и по стенам. Как только из него ударил луч света, остальные бреши пришли в движение и начали стремительный рост, заполняя сиянием весь зал. Когда он уже потонул в их лучах, Линдэлин услышала крик, от которого закладывало уши. Звук нарастал, силился, отскакивая от стен и потолков, и вот уже всё вокруг обратилось в сплошной, жуткий вой, в котором смешивались и голос Веалаи, и низкий рёв демона.
Всё стихло внезапно, и эльфийка обнаружила себя лежащей на полу молельной.

Релеменил

- Нет! - зарычала Веалая, тщетно пытаясь противостоять чарам Релеменила. Ларгос продолжал шагать, медленно, но неостановимо. Подчиняясь настроению волшебника, помещение охватило пламя. Оно плясало всюду, даже на воде. Горел развороченный дуб, тело Гельтороса, древесные коконы трещали, чернея и съеживаясь. Наконец, огонь охватил и саму ведьму, которая, впрочем, мало обратила на это внимания, больше сосредоточенная на монахе. Когда до эльфийки оставался лишь шаг, та вдруг обмякла, а от её фигуры ввысь, смешиваясь с дымом, скользнула едва различимая тень. Ничем более не сдерживаемый, клинок света устремился вперёд.
В следующий миг Релеменил очнулся на холодном полу.

НРПГ

Дальше - общее

Безжизненное тело Веалаи лежало в центре, над ней, опершись на уже самый обычный меч, склонился Ларгос, опустившись на одно колено. От чародейки медленно расползалось  кровавое пятно, смешиваясь с выплеснувшейся из ниш фиалковой водой.
Остальные только начинали приходить в себя, с ужасом осознавая произошедшее. Всё кончилось.
- Еще встретимся, - услышали Линдэлин и Релеменил холодный шепоток где-то на грани сознания.

***

В маленьком камине плясал огонёк, прогоняя тени из гостевой комнаты. Одну из них отбрасывала замершая в мягком кресле фигура Элебора, бессмысленно глядящего куда-то вдаль. Младший из Сантивалов явно был сейчас далеко отсюда. И сильно раньше. Две другие фигуры принадлежали его сегодняшним гостям, отделёнными от Элебора низким длинным столиком. На нём, в окружении трёх хрустальных бокалов с изящными длинными ножками стоял пузатый графин с вином.
- Свадьбу придется отложить, - голос Сантивала звучал совершенно безжизненно, ровно как и окаменевшие теперь лицо, обычно живое и переменчивое. - Год или скорее даже два у нас есть в запасе, чтобы подготовиться к новым выборам основательно. У отца теперь никто не заберёт пост, если только он сам не уступит. Да даже если и так, замена будет временной.
Эльф наполнил бокалы до краёв и залпом осушил свой, после чего встал, бессмысленно походил в тишине по комнате и остановился у книжных полок, водя пальцем по пыльным корешкам.
- Вы можете оставаться, сколько хотите, но я бы советовал вам не задерживаться. Было бы неправильно просить вас остаться и вариться во всём этом.

+1

54

Маг сделал небольшой глоток, позволяя телу принять более расслабленную позу. Взгляд его был прикован к вину, а слух пытался сосредоточиться на голосе Элебора. Это было непросто, потому что огонёк из камина тоже пытался с ним заговорить.
Сказать, что последние полчаса прошли, как в тумане, было бы неправильно – Рель прекрасно помнил, как снова обрёл плоть, как убедился в том, что Веалая уже не шевелится, как поочерёдно обошёл всех эльфов, задавая пару кратких вопросов и беззастенчиво ощупывая ауру каждого (быть может, с кем-то обходясь более размеренно и деликатно). Но в то же время всё это время его сопровождал лёгкий звон, напоминающий о колдунских подвигах.
– Ничего ещё не кончилось, – медленно проговорил он, возвращая на стол едва тронутый кубок. – Наворотили жрецы дел сегодня. Дубоголовый отец Гельторос накрыл для Гъярхора стол и позвонил в колокольчик к ужину. Нигилистичный брат Ларгос расправился с твоей матушкой, на мой взгляд, самым неподходящим для этого образом. Одной Богине известно, куда теперь делся этот пакостный дух. Сбежал? Спрятался где-то в вашем особняке? Укрылся у одного из нас в голове?
Сельвиар потёр подбородок.
– Откровенно говоря, сейчас с нашей стороны было бы разумнее всего обратиться к той самой особе, под которую мы не так давно собирались усердно копать. Я про Первого Чародея, – на всякий случай пояснил он для своих в той или иной мере дезориентированных слушателей. – Элвилиор, несомненно, сочинит для тебя пространную нотацию о соответствии профиля консультирующего волшебника предмету консультации, но всё равно отправит... настоящего консультанта. Чтобы тот хотя бы проверил, не появилось ли у кого-то лишнего голоса в голове...
Мельком бросив тревожный взгляд на Линдэлин, он снова повернул голову к Флавиэлю. По чести говоря, учитывая его собственное некондиционное состояние в момент изгнания духа, девушка казалась самым вероятным кандидатом на подселение. Но опять-таки, его познания в этой области были крайне скудными... Это, разумеется, тревогу лишь подстёгивало.
– Согласен?

+2

55

- Хватит! - ладонь негромко хлопнула по столу. – Я прошу прощения за моего… Спутника.
Следом за словами последовал укоризненный взгляд в сторону означенного эльфа. Релеменил мог быть тактичным, когда хотел, но всякие подобные нюансы им напрочь забывались в моменты тревоги. А сказанное магом наконец пролило свет на все те странно-изучающие взгляды, что он бросал на неё в последний час. Она то, наивная, полагала, что Релем просто как обычно беспокоится за её состояние. Ведь нередко в их встречи ей выпадала роль жертвы, а ему доблестного спасителя. Линдэлин не могла отрицать того, что обладала некоей притягательностью для лысых головорезов и эльфийских бунтовщиков. Однако тут беспокойство о целостности её рассудка оказалось иного рода, что вызывало неудовольствие Анадорны – она, несмотря на собственные догадки, не считала, что встреченная сущность непременно вернется именно за ней для захвата души, тела, королевства и так далее. После случившегося становилось ясно, что с каждым была проведена индивидуальная беседа, где каждому было предложено что-то свое.
- Я полагаю, мне нужно остаться. – будет неприязненно странно, если невеста спешно покинет своего возлюбленного жениха в момент его скорби. – Я не буду докучать тебе, Элебор.
Линдэлин пыталась быть мягкой, хотя по Флавиэлю и не скажешь, будто его вообще волнует тон беседы. Впрочем, сдержанность всё равно доминировала в её речи. Будь её воля, она бы уже была на пути в Элладор, приводя в порядок мысли и попросту давая себе возможность поверить в случившееся. Боги, даже помолвка у неё не может пройти сколь-нибудь гладко!
- Несмотря на резкость Релеменила, он прав. К сожалению, нам не избежать гласности об… этом инциденте. Ради безопасности твоей семьи.

+2

56

[NIC]Элебор Сантивал[/NIC][STA]Флавиэль[/STA][AVA]https://i.paste.pics/e9def913afd3e5679e8a7784d30daf82.png[/AVA]
- Нет-нет, - растерянно кивнул Элебор, повернувшись к Линдэлин. - Я понимаю. Релеменил совершенно прав, мы должны удостовериться, что...
Голос эльфа предательски дрогнул, и он прикрыл глаза, успокаивая себя.
- В общем, Релеменил, ты прав, - продолжил он, глубоко вздохнув. - Мне действительно понадобится разговор с Элвилиором. Надеюсь, ты поможешь устроить его в спешном порядке. В таких вопросах, полагаю, медлить неприемлемо. Что же до тебя, Линдэлин, я не вправе говорить тебе, как поступить. Если думаешь, что правильно остаться, то я не стану возражать. Отец это оценит.
"Да и я тоже", - добавил он про себя, ощутив неожиданный прилив благодарности к девушке за столь участливое отношение. Ведь, несмотря на помолвку, они почти не знали друг друга, и младший из Сантивалов никогда не думал, что их деловые отношения будут смешаны с какими-то эмоциями.
В комнате повисла неловкая пауза, нарушаемая лишь мерным потрескиванием огонька в камине. Помедлив, Элебор двинулся к двери.
- Вы можете оставаться столько, сколько захотите, комнаты для вас подготовили заранее. Планировалось, что вы погостите подольше.... Если буду нужен, я буду наверху. Или просто сообщите кому-нибудь из слуг, они всё сделают.
Он чуть задержался у выхода, погруженный в невеселые мысли о хлопотах ближайших дней, и будто бы хотел сказать что-то еще, но передумал и удалился, оставив Линдэлин и Релеменила в компании друг друга.
В высокое окно заглядывали последние лучи закатного солнца, робко перебирая невесомыми бронзовыми пальцами по книжным полкам. Сейчас, на исходе дня, дом Сантивалов оглушал разительной тишиной, негласно охраняемой всеми причастными. Безумно долгий день, наконец, завершался, унося с собой печальные события, чтобы завтра начаться с привычно хлопотного утра. Но для кого-то оно уже никогда не будет прежним.

+1


Вы здесь » FRPG Энирин » Прошлое » Миссия: Запад


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC