FRPG Энирин

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » FRPG Энирин » #Эпизоды » ◆ Очередная Афера или Непредвиденные Потрясения


◆ Очередная Афера или Непредвиденные Потрясения

Сообщений 21 страница 27 из 27

1

[NIC]Болота[/NIC][STA]Гиблое место[/STA][AVA]http://sh.uploads.ru/6iwZu.png[/AVA][SGN]О, нищенская жизнь, без бурь, без ощущений,
Холодный полумрак, без звуков, без огня.
Ни воплей горестных, ни гордых песнопений,
Ни тьмы ночной, ни света дня.
Туманы, сумерки. Средь тусклого мерцанья
Смешались контуры, и краски, и черты,
И в царстве мертвого бессильного молчанья
Лишь дышат ядовитые цветы.
Да жабы черные, исчадия трясины,
Порою вынырнут из грязных спящих вод,
И, словно радуясь обилью скользкой тины,
Ведут зловещий хоровод.
[/SGN]

Очередная Афера или Непредвиденные Потрясения
Действующие лица:
Йингати
Нерия
Иеруша
Мириам
Алларис
Ковентина

Место:
Республика Гурубаши. Заболоченные земли, раскинувшиеся на пути к Гурубаши-Граду
Время:
Июль 1415 года. Сумерки.
Сюжет:
Желание эльфа и вампира со спокойной душой попасть в Столицу Болот, не встретив на своем пути каких-либо неприятностей, оказалось совершенно невыполнимым, как только между спутниками, изнуренными долгой дорогой и топкими болотами, разгорается спор, после чего оба идут искать более сухую и комфортную тропу. А заодно находят для себя очередные цели для очередного обмана.
Никто из них и подумать не мог, что совсем неподалеку…
Караван одного тролля, проходящий через местные болота терпит аварию и все может закончиться плачевно, древняя темная сущность медленно но верно ведёт своего носителя в новое место обитания, чтобы возможно найти себе новую куклу, знаменитая авантюристка хоронит какой-то секрет на болотах, где никто ничего не найдет, а молодой мечник наконец решился покинуть темные леса и также направился в ближайший город.
Слишком много шумных существ. Невозможно спать при такой бурной активности. Слишком много легкой добычи.
Огни над болотами напряженно замирают, как только издалека начинает доноситься жуткий гул...
Возможность присоединения игроков:
Отсутствует


     Болота всегда представляют собой нечто абсолютно безнадежное, мрачное, забытое. Это гиблые места. Нередко там пропадает множество существ, а затем их тела, практически идеально сохранившиеся, если не считать резкое изменение цвета тела, можно обнаружить в глубине трясины. Нередко путники забредают в эти места и немногие способны покинуть их в целости и сохранности, не провалившись под обманчивую поверхность трясин.
      Здесь тихо. Настолько тихо, что любой неожиданный звук, который доносится от случайно забредшего сюда странника, сравним с громом средь ясного неба. За каждым шагом, за каждым движением, за каждым судорожным вдохом беспрестанно кто-то наблюдает. Что-то следит. Нечто жуткое, отвратительное, покрытое илом и мхом, изуродованное бесконечным разложением, обезображенное бесконечной злобой, настолько глубокой и вязкой, что даже топь болот может показаться кристально чистой водой по сравнению с Этим. Оно ждет, чтобы затянуть расслабившегося слишком рано путника прямо в свою зловонную голодную пасть.
      Но это лишь параноидальные ощущения, что преследуют любого, кто случайно или нарочно забрел сюда.
      Прямо сейчас несколько странников были разбросаны по всей этой необъятной на первый взгляд территории. Все они преследовали различные цели. Каждый из них имел свой характер, свои желания, свои уязвимости. Но все они были объединены одним-единственным чувством.
     Напряжение.
     Напряжение заставляло их часто оборачиваться по сторонам, краем глаза замечать очередной блуждающий огонек и с ужасом оборачиваться в его сторону, ожидая увидеть нечто опасное. Напряжение было вызвано тишиной, ощущением, словно кто-то пристально наблюдает, водой, что заполняла сапоги, опасностью самого передвижения, ведь любой шаг может привести прямо в темную, влажную пасть болот, которая медленно затянет любого на дно.

Отредактировано Алларис (Понедельник, 8 июля, 2019г. 20:47:33)

+4

21

- Нерия.
Йин задумчиво наклонила голову набок и несколько раз проговаривает три слога вполголоса, пытаясь распознать его смысл. Живя в путешествиях, неизбежно учишь все языки понемногу, и, хотя поручиться она могла только за своё родное северное наречие и за высокий альтик (большая часть каравана, самый его костяк, была из валонов, да и самой Фран доставляло особенное удовольствие учить её непривычному звучанию), Йингати могла говорить на паре десятков языков – если считать речью произнесение нескольких базовых фраз.
Сказано было быстро – черноволосая девушка не дала ей возможности прослушать как следует темп и акценты слова. «Не’Рииа?», - попытались предположить голоса. – «Нерр хйа? Нери я? Нэрьян?». Каждое вспомнившееся созвучное слово повторяется несколько раз, ведь каждый голос, как и каждый живой человек, обладает собственным выговором, акцентом, дефектом речи. Удивительно, как много новых слов создают картавость, неверно поставленное ударение и простые оговорки. В некоторых языках даже скорость произнесения одних и тех же звуков может повлиять на их смысл. Йин призадумалась о значении короткого слова крепко, прикидывая самые разнообразные варианты от приветствия до призыва к какому-то действию. Она даже немного отстала от незнакомки, но, поняв это, заковыляла по неверной болотной земле быстрее, чуть прихрамывая на левую ногу, боль в которой приследовала её с детства и, почти всегда незначительная, усиливалась в нелегкие моменты.
Куда уж тут больший стресс...
Наконец в голову все же пришел вариант, который должен был прийти одним из первых. Во всяком случае он уж точно должен был прийти раньше воспоминания об огре, озабоченно повторявшем что-то похожее. Тем более что она все равно не поняла его тогда...
- Имя? – осторожно уточнила Йин на высоком альтике. Потом, на всякий случай, повторила на северном. Две крайности в вариантах произношения одного слова среди родственных языков. И не стала дожидаться ответа, решив, что знаком дружелюбия будет понадеяться на правильность догадки. – Йингати.
«Дочь Кага’йино», - зачем-то добавил принятое троллье представление голос, говорящий совсем по-родному. Йин отмахнулась и договаривать не стала. Людям всегда все равно, чья ты дочь, если ты не можешь оказаться дочерью кого-то из их знати. Йин, очевидно, к человеческой знати не относилась.
Йин поравнялась с Нерией и облегченно выдохнула, когда та заговорила на языке, почти полностью ей понятном, и предложила поторопиться.
- Да-да, - она энергично закивала, довольная намерениями спасительницы убраться из топи. – Здесь их много. Тех, чье внимание забирает... «что ты скажешь? Кровь? Жизнь? Сны?». Йин казалось, что последний вариант вернее всего, но не-шаманам первые два внушали больше опасения. Всегда. – ...чье внимание опасно. Болота все плохие, а это ещё хуже, - она поёжилась и невротично оглянулась, будто пытаясь заметить движение тех теней, что окружали её в её видениях, на примере реального мира. – Видела их? – замолкнув ненадолго, Йин задумалась, е стоит ли уточнить, и вызывает перед мысленным взором образы, преследовавшие её в болоте... и раньше.
«Янтарные глаза. Сгущение тьмы. «Это твой осознанный выбор». Голос. Чужой. Связь. Желтый. Черный».
- Особенно... – и тут же оборвалась.
Неудобное предчувствие щекотало нервы, и почему-то не хотелось говорить конкретнее. Йин видела много кошмаров за последнее время. Она была шаманкой и умела отличить нырок в нематериальный мир от игры подсознания. То, что появилось недавно, не было ни тем, ни другим. Йин вспоминала янтарные глаза и даже хотела поймать ответы...
«Много болтаешь», - осуждение. – «Чужая тебе. Никакого доверия. Чего ищет?»
Йингати вздохнула, понимая, что голоса, в общем-то, правы. Она примолкла, не желая ни попросту разозлить мечницу, все ещё вызывавщую в ней некоторый испуг, ни сказать что-то в самом деле лишнее. Ожидая ответа, шаманка невольно вернулась мыслями к крушению. Пока она беспокойно теребила пальцами завязки рубашки, периодически покусывая ногти и уперев взгляд в землю под ногами, перед глазами снова и снова вставал огонь. Шок пока не позволял ей полностью осознать своё положение, понять, что ничего не будет как прежде, что её паника и одиночество – не необходимость пережить пару мучительных часов, а новая данность её жизни. Она ещё не перестала ждать, пока все закончится, но это не мешало вспоминать.
Послышались крики.
Её собеседница не обратила на них ни малейшего внимания, потому что это были голоса. Повторяли за Фран. И другими. Йин больно прикусила язык, зная, что это фантом, но не зная, как избавиться.

Отредактировано Йингати (Пятница, 2 августа, 2019г. 14:42:02)

+1

22

Божья свеча. — Словно в ответ проговорил мечник. Она гордилась этим именем. Нерия действительно его любила. Весьма логично, дали столь странное имя родители, которых сейчас, к сожалению, нет в живых. Не самое удачное время вспоминать о них. Стоит ли в очередной раз говорить, насколько она не любила это место? Не думаю, это итак ясно. Даже ее каменное лицо изредка давало осечки, показывая все свое отвращение. То и дело слышалось бурчание, в которых ругательства были обычным делом. Благо оно было почти про себя, звука как такового не было, лишь губы приходили в движения беззвучно проговаривая ругательства. Тролль наконец назвался.
Йингати…— Нерия не сдержала голос. Имя было довольно интересным, пусть и трудным на произношение. Собственно, не беда. Мечник без особых проблем и забот сократил его до трех букв.
Буду звать тебя Йин, так проще. — Медленно проговорила черноволосая, облегченно вздыхая. Они наконец вышли на дорогу, и двинулись в сторону города. Тролль все еще не думал надевать плащ, слегка удручало, но это ее выбор. Нерия кротко кивнула на слова Йин, которые касались болот. А вот весьма странный вопрос заставил мечника задуматься, «Видела их?». Если призадуматься, то речь точно не могла идти о простых созданиях, вроде тех милых лягушек, что спокойно квакали по ту сторону дороги. Девушка почесала затылок, роясь в своих воспоминаниях о том событии. Как вдруг.
Тени. Они…не были нормальными. Жуткие, неправильные. — На одном дыхании выговорил мечник. Она явно засуетилась, пусть и сталкивалась с подобным раньше, но это, это было чем-то иным. Каждая тень имела свой цельный силуэт, который был слишком мал для этой картины. Они не танцевали в такт с пламенем, были статичными, и все как одна смотрели на Йин, которая, похоже тоже это заметила. Ужасное место. Мечник ускорил свой и без того быстрый шаг. Она была напряжена, и удивительного в этом не было.  Нужно было разрядить обстановку, по-другому никак.
Ты же к ближайшему городу направлялась? — спросила девушка, оглядываясь на спутника, — Я тебя проведу. Попробуем помочь друг другу. — Ненадолго прервалась девушка, пытаясь привыкнуть к столь длительному разговору, — Мне в город нельзя. Ты же, без особых проблем сможешь туда попасть. Так уж полу…— Она осеклась, поняла, что начала болтать лишнее, пока рассказывать причину рано, слишком рано. Йингати могла отказаться идти с ней, а этого допустить никак нельзя. Нерия безусловно не хотела падать в глазах тролля, который мог бы просто убежать от убийцы. Она кашлянула.
Потом про это. Нам обоим нужно что-то в городе. Мне — еда. Тебе, скорее всего тоже, — Нерия на несколько секунд замолчала, — Я не слишком богата, но деньги есть, — Мечник вновь замолчала, явно обдумывая свои дальнейшие слова, девушка никогда не скрывала подобного, — Дам тебе немного. Купишь еды. Если что-то еще будет нужно, на остатки возьмешь. — Поступок правильный с какой стороны не подступись. У Йин не было дома, пожитки почти все погорели. Еды нет. Она оказалась в том же положении что и Нерия. Им придется сотрудничать.
На счет денег не волнуйся. Потом отработаешь, — очередная пауза, — Надеюсь мы с тобой поладим. — Наконец наступила тишина. В глубине души трепетало волнение. Она впервые говорила так долго. Нерия действительно была рада, настолько что на лице невольно появилась легкая улыбка. Теперь у этого тандема появилась пусть и краткосрочная, но цель. Осталось достигнуть ее.
Ах, кстати. Накинь плащ, — добавила девушка в самом конце.

Отредактировано Нерия (Пятница, 9 августа, 2019г. 19:51:17)

+1

23

В непроглядной мгле и сырости болота нельзя было поймать и лучик света. Все так тоскливо, уныло, жутко. Однако какое дело до этого обычному медному кольцу? Будь оно на дне морском или в пучине топей, а может в глотках самых высоких скал. Кому до тебя есть дело, когда ты – обычная побрякушка… Это вселенское одиночество, окутывающее с ног до головы, не дает пробиться и быть единым с миром живых. Ты – вещь.

Так думал Иеруша в первые столетия своей жизни. Вырваться оказалось невозможным для древней сущности. Неужели чары настолько сильны? А стены кольца столь крепки? Неправда. Все ложь. Здесь нечто иное, более тяжкий случай. Ни одна попытка не увенчалась успехом – стальные оковы до сих держат Иеруша в узде. Но что, если это вовсе не заточение? Может, наоборот? С помощью кольца сущность обрела большее влияние, нежели прежде.

Сейчас жертвой демонстрации столь могущественной силы стала маленькая испуганная Мириам, которая озиралась с панически четкими рывками вокруг. Тело Иеруша, Бальд, стояло не так далеко, в нескольких ярдах, но пленка тумана застелила глаза бедняжки. Иеруша действовал без промедлений: во мгновение ока, вокруг Мириам все почернело. Словно черный песок скатывался с явившихся взору стен, а золотые языки гаснущего пламени где-то вдалеке напоминают о недавних жертвах «несчастного случая». Под ногами была лишь бездна, опусти глаза и пропадешь. Но что-то давало ногам девочки стоять твердо, как на камне. Силуэт, столь высокий и остроплечий, столь призрачный и мглистый, стоял посредине этого безграничного пространства. Черная тьма, как песок, спускалась с головы на плечи, с плеч на подол, с подола на пол, делая видимого владельца единым с этой комнатой. Внезапно на месте предположительного затылка появилось лицо, или его очертания. Не были видны ни губы, ни уши, ничего человеческого. Только силуэт и широкие, янтарные глаза. Они смотрели прямо на Мириам, и своими яркими лучами пробирается все глубже и глубже. Как червь, грызущий твое сердце. Так мерзко и противно…

Как ни подойди к силуэту – не приблизиться. Словно это «нечто» не давало к себе прикоснуться, приковывая взглядом. Откуда пошли его следующие слова останется немым вопросом, но вот что оно сказало:

- Я теперь ты, я теперь ты…
Тьма сползла с незамысловатого силуэта, и перед Мириам возникла…Мириам. Все в точности до клочка одежды, словно отражение. Но глаза остались прежними, присущими Иеруша. И теперь эта «новая» девочка заговорила со своей копией:

- Я испытала огонь и воду. Крик моя вторая природа. Я научилась любить и верить. Над моей головой нет бога. Я обращаю живое в падаль. Я извергаю изо рта пламя…
Жутко улыбнувшись, та вторая Мириам вмиг оказалась лбом ко лбу с настоящей. И смотря прямо в глаза, выедая всю душу, она завопила не своим, чудовищным и противным голосом.

- ВИДИШЬ НЕЗРИМУЮ ВЛАТЬ! СЧАСТЬЯ ГОЛОДНУЮ ПАСТЬ? ПРОСТО СКОРМИ МНЕ ВСЕ СНЫ! Я ТЕПЕРЬ ТЫ – Я ТЕПЕРЬ ТЫ! БОЛЬ И ЛЮБОВЬ – ЕСТЬ ОДНО!...СПОРИМ ТЫ ВЫБЕРЕШЬ ЗЛО?! КРОВЬ ОКРАПЛЯЕТ РУКИ – ОБЕКАЙ ИХ НА ВЕЧНЫЕ МУКИ!

В момент все исчезло: комната, огонь, страшная копия. Все словно оказалось мимолетным видением. Мириам лежала на сырой почве болот, а ее голову кто-то поддерживал теплыми руками. Судя по мутному от недавнего кошмара зрению, это был мужчина, что пытался привести в чувство маленькую девочку. Он слегка похлопывал по ее щеке, стараясь разбудить.

- Эй, вставай! Тебе плохо? Можешь встать?
Похоже этот путник не так давно обнаружил бедняжку, раз она успела замерзнуть. Но он успел сообразить и обернул ее спину своим пальто, которое согревал всю дорогу. А как только зрение проявилось, Мириам могла увидеть, как кто-то еще, прямо напротив, машет ей рукой. Черной, полупрозрачной рукой…

+3

24

- Я не побоюсь использовать кинжал! - Вскрикнула девочка еще раз вцепившись в кинжал еще крепче.
  Но в этот же момент все пропало. Болото, небо, назойливые лягушки и даже земля на которой стояла напуганная девочка. Сейчас Мириам больше походила на испуганную мышку, нежели на свирепого вампира который в любой момент готов был лишить тебя жизни только потому что ему так захотелось. Она стояла и не могла пошевелиться, от страха беднягу парализовало, из рук выпал кинжал и будто провалился в эту безграничную тьму,  он все равно ей не нравился.
  В момент когда появилось лицо с яркими янтарными глазами, которые будто прожигали душу девочки, даже несмотря на то что существо стояло спиной к ней, вампира охватил такой ужас, что лицо ее побледнело еще сильнее, она попятилась прочь от него, но лицо как будто и не отдалялось, оно следовало за ней. Его голос, холодный как лед озарил девочку и она застыла. Но что это? Её копия? Не может быть того! Что происходит? Иллюзии ли это? А может просто игры ее разума? Девочка потупила взгляд и молча уставилась на свою копию которая была точь-в-точь как она, за исключением этих гадких янтарных глаз которые пожирали ее, но они не могли наесться и поэтому требовали добавки.  Она закырала глаз когда ее "клон" начал говорить.
  Закончив свою речь, Мириам открыла глаз и почувствовала прикосновение ко лбу и в этот момент паника полностью охватила Мириам. Она не могла ничего сказать, глаза ее раскрылись шире обычного, а рот ее скривился так, будто она съела горькую конфету. Но стоило "второй Мириам" начать кричать, как паника охватила девочку еще сильнее, из ее глаз полились слезы а сама девочка упала на колени и закрыло лицо руками в надежде на то что все прекратиться. И оно прекратилось.
   Пропала темнота, которая окружала девочку секунду назад, пропал клон, пропало все но появился туман. Туман в ее голове, глазах. Что? Кто-то трогает ее? Руки такие теплые, да и ей самой тепло. Она резко открыла глаза, но увидела только силуэт, мужской кажется. Он бил ее слегка по щекам и говорил что-то, но вот что, она разобрать не могла. Мириам резко вскочила и подождала пока зрение придет в норму. Заметив силуэт, мурашки покрыли тело девочки. Решив проигнорировать это и спихнуть все на то что ей просто показалось, вампир ощупала землю рядом и нащупав свой кинжал, посмотрела в сторону незнакомца.
- Кто ты и почему на мне твое пальто? Сразу говорю что помощь мне ничья не требуется, так что забирай его и уходи! - Ее голос слегка дрожал, но несмотря на дрожь он все равно звучал совсем недружелюбно. Она осмотрела мужчину а затем слегка оскалила зубы. - Если ты не уйдешь сам, то я заставлю тебя уйти.
  Мириам была не очень уверена в том что сможет заставить мужчину как-то уйти, но ей же надо было показать ему что она не простая девочка! Да и может это из-за него ей приснился этот странный сон? А был ли это вообще сон?...

+1

25

Ярость. Злоба. Гнев. Одно и то же, но другими словами. Разрушительная, всепоглощающая эмоция. Неудержимое пламя, которое практически невозможно избежать. Первая искра рождается в глубине глаз, когда прежнее, столь раздражающее своим присутствием, радушие отступает, выдвигая на первый план едва появившуюся искру. И как только она появляется, огонь распространяется по всему телу. Он разрушает все. Прежние отточенные плавные движения, что так и пытаются закричать о невинности своего хозяина, сменяются резкой импульсивной жестикуляцией. Кажется, словно сам воздух становится плотнее и звенит от возникшего напряжения. Пламя пожирает человека, который и не подозревает, во что сам себя втягивает. Гнев разрушает ложь. Стирает в пыль все маски, не даёт сосредоточиться на своем добродушном образе и заставляет действовать необдуманно, допускать множество ошибок. Это сильное чувство, которое порождает пагубную одностороннюю искренность.
      Злобу порождает боль.
      Поразительно, как сильно может измениться человек, если хотя бы немного задеть больную для него тему. В подобный момент любые маски слетают, обнажая его истинную натуру. Лишь в такие моменты можно увидеть настоящее лицо человека перед вами. Даже самый устойчивый игрок способен чувствовать боль. Ее невозможно скрыть, только подавить, временно. Вспышка, искра в глубине глаз, дрожь уголков губ, неожиданное искажение мимики, всего на долю секунды не более, затем любые признаки должны исчезнуть. Но проявление слабости уже замечено. Однако порой болезненное покалывание оборачивается бурей, которую невозможно даже подавить. Искра обращается яростным пламенем, а лицо искажается до неузнаваемости. И в этот момент вы ощущаете в своих руках столь желанную власть.
     Алларис всегда питал слабость к подобным вынужденно-искренним моментам. Как только ему удавалось хотя бы слегка задеть собеседника, ему так и хотелось по-детски захлопать в ладоши, разразиться смехом и продолжать давить. Ему была интересна реакция, причины и ключевые слова, что вызвали это поведение. Он искренне наслаждался каждым словом, что в ярости произнес оппонент. Не столько из-за их якобы правдивости, сколько из-за причины их произношения. И сейчас он был готов расплыться в улыбке и взять инициативу игры уже в свои руки, чтобы выяснить до конца проблему поведения Ковентины. Почему она так забеспокоилась из-за упоминания ребенка? Она потеряла дочь? Но нет, на взгляд эльфа она выглядела слишком молодо. Впрочем, этого факта не стоит исключать. Возможно, что-то связанное с родственниками? Потеря сестры или брата? Родителей? Глубокая старая рана, которая продолжает гноиться и отзывается вспышкой боли каждый раз, когда ее касаются. Алларис ощущал, как разгорается интерес к этой девушке. Сперва он желал узнать все. Абсолютно. Затем девчонка может хоть утонуть посреди этих треклятых топей, плевать.
      Эльф сдержался. Он не стал улыбаться, не посмел. Это все равно, что начать шуметь листвой, когда наивная лань вот уже почти подошла достаточно близко для броска. Терпение и самоконтроль приведут мага к заветной цели. Вместо глупых смешков и заметного довольства на лице проступило явное удивление смешанное с беспокойством. Лишь в алых глазах на мгновение сверкнул хищный интерес к подступающей лани. Девчонка может и бросила игру, но он только начал.
— О боги. Я.., — эльф запнулся и широко распахнул глаза, словно осознавая весь ужас ситуации, — Я позволил ей гулять одной, она... Она сама выпросила, — он обхватил голову руками и взъерошил волосы, что не было свойственным для него движением в критической ситуации, однако у других людей всегда было показателем беспокойства. Схватись он за кристалл, жест можно было бы расценивать неоднозначно и он был бы не так убедителен, — Боги, я такой дурак! Я просто... — Алларис замолчал, наблюдая за тем, как девушка пытается успокоиться. Обычное действие, ничего примечательного, однако в этом кроется важная деталь. Упоминание покинутой девочки стало настолько болезненным уколом? Она едва ли сдерживала себя и теперь пыталась успокоиться. Какое яркое проявление боли. Эльфу определенно нравилось.
      Он вновь выпрямился и с интересом уставился на Ковентину, выслушивая ее план. "Распрощаемся навсегда, это уж точно. С того света мало кто возвращался" — сощурился маг, сдерживая улыбку. Она сама шла ему в руки и даже не сопротивлялась.
       Момент, когда она взяла Ала за руку, оказался довольно неожиданным. Никакого смущения или идиотских мыслей, скорее уж неприятное вторжение. Он предпочитал держать потенциальных жертв обмана на некотором расстоянии от себя. Тогда никто не проявляет крайней степени доверия, всем плевать и все в безопасности. Но Ковентина сейчас была слишком близко, что вызывало непонятную злобу. Ещё больший гнев вызывал тот факт, что в данной ситуации девчонка командовала им, а эльф подчинялся ради игры. А он всей душой ненавидел... Да даже слушать кого-либо. Властолюбие было одной из самых сильных черт его характера, что стало заметно по его поведению.
      Эльф молча перехватил ее ладонь так, чтобы показать свое главенствующее положение, и сжал крепче. Это было для него настолько важно, что именно ради мелкой показухи, он был готов пренебречь ролью невинного путешественника. Гордыня и властность явно в один прекрасный момент смогут его погубить. Однако самообладание вскоре было возвращено, и маг несколько ослабил хватку. Возможно, Ковентина спишет это на "волнение за дочурку". Проблема была в том, что он совершенно не знал, как далеко ушла Мириам. Если они не найдут ее и заблудятся, эльф будет проклинать себя целую вечность. Пока не умрет посреди болот.
— Тебя так задели те слова, — медленно и тихо протянул Ал, обернувшись на девушку, словно не был уверен в своих мыслях, — Ты кого-то потеряла? — глупый вопрос прямо в лоб. Но он и строил из себя глупца в роли родителя, ну разве он не был прекрасен в этой идиотской роли, — Прости, если сказал что-то неприятное, — в его голосе послышались тоскливые нотки, и он отвернулся, вновь внимательно следя за дорогой, — Надеюсь, с Мириам все в порядке, — тихо бросить, словно обращаясь исключительно к себе, голос удрученный, напряжённый, обвиняющий себя самого. Главным было не допустить той же ошибки с именем. Он заприметил ту искру понимания, когда он назвался Сангвином. Больше так отступаться он не планировал.
— Ммм, а ты не слышала тот странный шум вдалеке? — он указал другой рукой в том направлении, откуда некоторое время назад послышался пугающий шум. И куда направлялась Мириам, — Может, мне померещилось, но, кажется, я слышал лошадей.
      Ал уверенно шагал вперёд и вел за собой прекрасную временную спутницу. Даже утопая в грязи, он был готов громко смеяться. Она попалась. Попалась! И теперь осталось лишь довести проклятую девчонку до точки невозврата. Вот там-то они и расстанутся. Навсегда.

+2

26

Ковентина успела уже сто раз пожалеть про свои слова о том, что она поможет эльфу добраться до ближайшего поселения.  Сейчас, идя с ним за ручку по просторам болот, девушка размышляла о помыслах «Сангвина». Несомненно, его намерения радости не внушали. То, что он врет, она уже поняла. Только вот зачем врет и с какой целью понять сложнее. Впрочем, список невелик: убить, изнасиловать, ограбить.  Можно даже вместе и в произвольном порядке. Одновременно тоже, но такому доходяге подобное осуществить будет трудно.
     Сама Ковентина никого пытаться убивать не собиралась. Первой. В конце концов, она благородный вор, а не грязный головорез. Однако если какой-то дурак полезет в драку, она не останется в долгу. Приятное слово «самозащита» вертелось на языке, властно подминая под себя «кровожадность». Именно последнюю черту, которая время от времени бурлила в теле девушки, Ковентина и ненавидела.
     Она также расстроилась, что подвела своего учителя, который был самым большим лжецом всего мира. Лейв мог спокойно убедить даже герцога вампиров в том, что он на самом деле потерянная принцесса. По крайней мере, Король Воров так рассказывал Ковентине, а у девушки никогда не было причин сомневаться в нем. 
     Эльф, который, похоже, не собирался сбрасывать маску наивного дурачка, или же на самом деле был полным дураком, продолжил поток мыслей. Услышав их, Ковентина с трудом подавила желание стукнуть своего спутника по голове.
     — А, ну с кем не бывает. Про скопища бандитов и болотных тварей, о которых знает даже самый отбитый на голову гоблин, ты, наверное, просто не слышал.
     Пока Ковентина задумывалась о том, существует ли эта «дочурка» в принципе, эльф весьма неожиданно схватил её руку и с силой сжал. Конечно, она такого не ожидала, а потому даже не смогла сдержать тихого звука, свидетельствовавшего об удивлении. Вскоре «Сангвин» ослабил хватку, однако все это время девушка пристально рассматривала его лицо. Да, ничего хорошего ждать не стоит. Ну да ладно, все равно, можно с ним хоть поиграть.
     — Это так мило, Сангвин. Держимся за руки, идя по болотам ужаса. Романтично, — Ковентина кокетливо ухмыльнулась, придавая голову мягкие нотки.
     Девушка приторно вздохнула и посмотрела на эльфа грустным взглядом. Пусть думает, что ей стало его жаль.
     — Ты не подумай, что я такая злая. Уверенна, что ты правда не знал об опасностях этого места. По глазам видно, как ты любишь свою дочку! Сразу так заволновался….Просто я очень люблю детей, знаешь? Они-то, бедолаги, не смогут защититься в этом ужасном мире.  А взрослые с радостью подставляют их всяким ужасам.
     Вопрос, который должен был выбить девушку из колеи…это сделал. Немножко. Ковентина постаралась быстро взять себя в руки и не допустить больше прошлых ошибок. Нельзя открываться даже не мгновение. Кто знает, возможно, что новая минута слабости станет последней.
     «Засунь свои вопросики себе в задницу, эльф. Как раз туда, где находятся твои мозги»
     — Да, потеряла, — грустно молвила она и с абсолютно невозмутимым выражением лица добавила: — На самом деле я внебрачная дочь королевы Сабрины Сандорфайт. Ей на престоле очень скучно, знаешь? Вот она соблазнилась молодым трубадуром, а потом появилась я. А королю это страх как не понравилось. Вначале мама хотела выдать меня за дочку короля, но с волосами совсем беда была. Пришлось милому папе брать меня и бежать прочь, а то король грозился отрезать ему причинное место.  Четыре года назад ему это удалось. Наемники короля застали его врасплох, когда папа был в борделе. Они переоделись под девиц разврата, представляешь? И все. Был трубадур — нет трубадура. С тех пор я поставила целью своей жизни убить монархов Альтанара и взойти на законный престол.
     Глаза Ковентины выражали лишь искренность. Правда, девушка подумала, что с градусом сумасшествия истории в этот раз она переборщила. Ладно, можно списать на шутку. Но прежде чем девушка успела что-то сказать, эльф спросил про шум. Действительно, чувствительные уши дочери демона уловили чьи-то крики и подозрительный шум. Похоже, они были не единственной парочкой в лесу.
     — Да, — она серьезно кивнула. — Стоит торопиться, это может быть твоя дочка. Ну, или верная погибель, кто знает.
     Ковентина поспешила за эльфом, мастерски изображая покорную лань. Что же, к чему бы или кому бы они с «Сангвином» не шли, девушка не собирается становиться хладным трупом. Еще посмотрим, кто кого.

+1

27

Йин вздрогнула, услышав последнюю просьбу Нерии, и взглянула на данный ей плащ с искренним удивлением, будто только теперь заметила, что сжимала что-то в пальцах. Не то чтобы она понимала, зачем ей лишняя одежда; конечно, она не отказалась бы сменить рубашку, насквозь пропитавшуюся болотной водой после падения в омут, но плаща для этого явно бы не хватило... если соблюдать рамки приличия.
В любой другой ситуации она бы наверняка отказалась от ещё одного слоя невыносимой жары, которая медленно убивала северянку последние недели, но сейчас даже эти проклятые тропические широты с болотной духотой и безумным солнцем не могли изгнать из её тела озноб, поэтому она смирилась. Пару раз встряхнув плащ, по привычке проверяя, не выпадет ли что-нибудь, застрявшее между складок, Йингати накинула его на плечи и пробормотала что-то благодарственное.
На все прочие реплики спасительницы она никак не среагировала, только бегло кивнула, не задумываясь, чему именно из сказанного она кивает, после чего ушла в себя. Мысли бешено роились между висками и оседали по всему телу, проходили сквозь кожу, расползались змеями, терялись в топях, она не могла успеть осознать и не могла выбрать, за которым осознанием гнаться. Голоса забывали языки и шептали, бормотали, кричали все менее разборчиво.
Йингати шла, смотря под ноги и дергая себя за одежду, амулеты, волосы. Страх не оставлял, сердце так и билось неровно и ускоренно, и она не могла думать ни о чем, кроме того, что не слышит духов. Странная пустота в оценке мира; голоса, не чураясь эмоций, тем не менее почти всегда держали самоконтроль, и она почти всегда получала от них указания. Когда она рассказывала об этом другим, некоторые ужасались, слыша эти слова как признание шаманки в собственной безвольности, но сама она всегда ощущала волю духов как ориентир, компас, карту её собственного разума, позволяющую свободно пользоваться его соединениями, вовремя заставать эмоции, не терять логики. Теперь она не слышала слов, а невнятный гул никак не мог ей помочь, и как же ей было...
...страшно быть одной.
Исподлобья Йин покосилась на идущую впереди мечницу. Она хотела подумать о том, что может значить невозможность для незнакомки войти в город, и о том, какую роль лучше сыграть, чтобы извлечь из этого союза максимальную пользу и минимальную боль, но не могла. Мысли не давались, она видела, слышала, понимала, но не делала выводов, не связывала, не...
Пронзило адской головной болью.
Йин тихо всхлипнула и остановилась, тяжело опираясь на дерево. Руки мелко тряслись, ноги подкашивались; приступ мигрени - ...мигрени ли? – волной разошлась по всему телу, прошибая до костей, и она бессильно опала на землю. Кажется, её вырвало, а может, и нет – она просто не успела отследить перемещение жидкостей в собственном теле, она не успела ничего, она...

Она снова видит те же кошмары. Рожденная в снегах, она справедливо не любит пустынь, и каждый её кошмар неизменно сопровождается жаром и сухостью. Удушливая тьма и вспышки болезненно яркого света сменяются со сводящей с ума частотой. Она чувствует веревки на запястьях и ногах, и бьется в ужасе, потому что мало что может быть дороже телесной души, и она всю жизнь цеплялась за осознание цельности тела, за способность осущать мир в совокупности. Звуки, которые она издает, диссинхронизируются с её движениями, осязание кричит о том, чего не видно, и мир снова переплетается и скручивается в петлю, из которой ей никогда не выбраться.
Она снова видит черную тень. На тень наслаиваются новые и новые образы; знакомые и близкие, потом совсем чужие, но Йин отчаянно хватается за умение видеть дальше, которого она ещё не лишилась окончательно, и отбрасывает шелуху иллюзий.
Она не может, не может сейчас этого вынести, и она выскребает себе глаза, чтобы не слышать этого голоса, она отступает и истерически пытается выстроить стены, закрыться от этого мира, где совсем не имеет значения, где ты, потому что тебя все равно найдут. Она не слышит ни одного голоса, кроме того, что принадлежит тени, и так ей остается только отступать.

Приступ был совсем недолгий, но ей, конечно, показался вечностью. Не было времени заново резать руки, и Йин старалась вычертить на себе заученные стены грязью, лишь бы смочь вынырнуть, на время закрыв себе путь туда. Она много раз проклянет себя за это, потому что она шаманка, и она должна была принять на себя бремя нематериального мира. Это была слабость; будь с ней духи, она никогда не позволила бы себе такого, принимая все галлюцинации, что наслала бы на неё Та сторона; но она не слышала голос, не слышала, и ей было не под силу выдержать такое одной.
Головная боль ослабла до приемлемой. Она глубоко вздохнула.
Теперь кое-что она все-таки понимала.
Туда, - она говорила сипло, маша рукой, все ещё дрожащей, куда-то вперед, по дороге и дальше, куда её, не защищенную рунами, влекло сквозь слои иной реальности к эпицентру кошмаров, первоисточнику. – Идти не стоит.
Ей казалось, что никуда идти не стоило. Ей хотелось уснуть – впервые за долгое время уснуть настоящим сном – и потом ещё долго разбираться в произошедшем. Возможно, даже вернуться и заново посмотреть, что осталось от каравана. Ей хотелось... это никого и никогда бы не побеспокоило, наверно, но вот то, что она знала – возможно, заденет.
Вот только как описать ощущение, которое оставляют проклятые янтарные глаза...

+1


Вы здесь » FRPG Энирин » #Эпизоды » ◆ Очередная Афера или Непредвиденные Потрясения


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC