FRPG Энирин

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » FRPG Энирин » Завершённые и неактивные эпизоды » ◆ Лорган и Бурбарыш, лето 1937 Вариант знакомства - лиловый


◆ Лорган и Бурбарыш, лето 1937 Вариант знакомства - лиловый

Сообщений 1 страница 20 из 27

1

Вариант знакомства - лиловый


Действующие лица: Лорган, Бурбарыш

Место: форт Крыж, он же тюрьма славного города Гарч

Время:год 1937, лето

Сюжет: не лучшее место для знакомства, но это ведь не значит, что знакомство не принесет ничего хорошего, правда?

Возможность присоединения игроков:нет

,

Любой занюханный рассказчик знает, что все истории про искателей приключений должны начинаться в таверне, наша же берет начало в местах не столь отдаленных.  Гулкие шаги подкованных сапог стражников и их приглушенные ругательства далеко разносились по узким сырым коридорам темницы, заставляя узников вздрагивать, приникать к решеткам и напряженно вглядываться в темноту,  для обхода было слишком рано, а это могло значить только одно… Двое тружеников закона с красными от натуги лицами не вели, но волокли на себя находящегося в полубессознательном состоянии цверга, судя по его потрепанному виду и огромному синяку на пол-лица досталось изподгорному гостю преизрядно, поскольку размеры коридоров не позволяли нормально развернуться и двоим не то что троим людям стражникам приходилось несладко,  наконец, команда  конвоиров с наслаждением швырнула свою ношу на промозглый пол, словно мешок картошки, и старший впереди зазвенел ключами, младший же счел своим долгом приложить доставившего ему столько проблем заключенного сапогом под ребра.
- Все, допрыгался, паскудный недомерок! Чтоб тебя Хаккар в бездне безе передыху всю неделю дрючил!
- Эй, Зверина, просыпайся, сегодня твой счастливый день! Кормежка прибыла.  – в темноте камеры зажглись два багровых огонька и завозилось что-то очень большое.

Отредактировано Бурбарыш (Суббота, 25 июня, 2016г. 22:41:01)

+1

2

Лоргану всегда труднее всего давалось понимание людской души. И орочьей, но о них всё же как-нибудь потом.
С чего всё началось? Как бы это ни было очевидно, с таверны. Сидит себе наш гном, никого не трогает. Сидит, как обычно, у стены, возле окна. У этого места есть определённые плюсы: в свете дня из окна бьёт свет в глаза, привыкшие к полумраку таверны. При взгляде на лицо гнома сложно что-то разобрать, а значит, нельзя будет уловить его любопытный взор, и предъявить претензии, мол, «чё пялишься?».
А Бродяга любил наблюдать за людьми. Эта раса отличалась от остальных тем, что одинаковых среди людей не наблюдалось. Сколько гном бродит по свету, ему ни разу не попадались полностью идентичные душой и телом люди. Его это полностью устраивало, ибо человеческая душа – потёмки, в которые так хочется заглянуть… чем он и пытался заняться, когда к его столу подошла двойка громил, с предвкушающими ухмылками на лицах.
- Слышь, недоросль, ты занял наш стол! Свали-ка отсюда по добру, по здорову. Иначе мы сами тебя свалим! – Сказал лысый, со шрамом через всю бровь. Эта шутка показалась ему и его дружку жутко смешной, и они заржали. Люди и нелюди стали с интересом посматривать в сторону стола гнома. Бард, играющий на лютне историю про какого-то дракона, перестал играть.
- Красуешься перед подружкой? Она у тебя красотка. – Ухмыльнулся гном. Эти ребята ему не нравились. Быстро подойдя ко второму «гостю», патлатому и гладко выбритому, он шлёпнул его по пятой точке. По таверне пронёсся шелест смеха.
- Недоросль, да ты страх потерял! – Прокричал лысый, кидаясь на гнома. В его руке заблестел нож.
- Бард, музыку! – Крикнул Лорган, быстро отходя назад и переворачивая стол на громил. Полупустая кружка эля полетела на пол. Рауд, до этого сидевший на окне, спрыгнул на улицу. Бард заиграл быструю, ритмичную мелодию. Хозяин таверны бросился к выходу, наверняка собираясь растормошить спящего вышибалу. «Драка в таверне! Как давно этого не было» - С удовольствием отметил гном, обрушивая в прыжке дубовый табурет на голову лысому. Тот не отличался особо крепкой черепушкой, мгновенно рухнув навзничь. Патлатый успел достать из сумки, что весела на боку, дубину с вбитыми в неё корабельными гвоздями.
- На безоружного - с дубинкой? Куда подевалась ваша смелость, мазель? – С интересом взглянул на него гном, подбирая с пола две ножки от стула. – Потанцуем?
Патлатый крикнул что-то устрашающее и бросился на Бродягу. Лорган, парировав удар одной ножкой, второй хлестанул самоуверенного дурака по бедру, вложив в удар ровно половину силы. Ему хотелось проучить грубияна, а не вырубить его сразу. Патлатый вскрикнул от боли. Ещё больше распаляя себя и крича что-то про матушку гнома, снова кинулся на него. На сей раз, он получил по челюсти, потеряв два зуба.
- Фу, как некрасиво! Этому тебя твой любовничек научил? – гном кивнул на лысого, лежавшего без сознания. На голове того начала появляться здоровенная шишка.
С того момента, как бард заиграл, прошло всего десять секунд. Бой проходил быстро. В сторону драки быстрыми шагами шли хозяин таверны и вышибала.
- Убью!!! – В очередной раз крикнул патлатый, бросаясь на гнома с занесённой дубинкой. В какой-то момент гном отошёл в сторону и поставил подножку неудачнику, блокировав ножкой стула запоздалый удар дубинкой. патлатый улетел в окно. С улицы раздались брань и крики.
- Вон из моего заведения!!! – Крикнул хозяин таверны, подкрепляя слова указательным пальцем, указывающим на дверь и вышибалой, неутомимой машиной прущего на гнома.
На улице его схватили. Оказалось, что патлатый, пролетев через окно, упал прямо на голову местному главе. Добровольно гном не дался, перед тем, как его схватили, он успел уложить в безсознанку троих, и выбить примерно четырнадцать зубов. Потом его огрели чем-то тяжёлым по лицу, как он потом понял, это был щит. Бродяга провалился в мрак.
Очнулся Лорган, когда его тащили по грязному и холодному полу. Темница, понял он. Через три бесконечно долгие минуты его швырнули на пол, приложив ногой по ноющим рёбрам. Прорычав ему какие-то ругательства, охранники кинули гнома в камеру. За спиной захлопнулась решётка. С трудом разлепив глаза, в полумраке камеры Бродяга увидел силуэт чего-то большого, и два красных огонька глаза. После этого – мрак. Гном отрубился.

+1

3

Сколько Бурбарыш просидела в  узкой как пенал, вонючей камере? Она не знала. Достаточно долго чтобы в могучих мышцах поселилась предательская нервная дрожь, но недостаточно, чтобы сойти с ума и провозгласить себя крысиным пророком. Иными словами от нескольких часов до нескольких дней.  Время в подобных ситуациях порой шутит странные шутки и для любого другого заключенного подобная градация и сроки были бы малоприменимы, но учитывая деятельную и весьма  впечатлительную натуру узницы, а так же условия задержания, то объективно минуло не так уж много. Это камера была  у Бурбарыш не первая. Не потому что циркачка являлась по совместительству закоренелым преступником, просто нелюдя всегда очень просто обвинить во всех грехах, а такого как багбир и подавно. Правда конкретно в этот раз не то чтобы она была совсем не при чем, но Бур старалась об этом не думать. Вместо этого она думала о том, что семья всегда выкупала её. Всегда. Не будет исключением и этот раз. Снова и снова твердила она это себе находя в том утешение, но все-равно не могла далеко отогнать липкий ползучий страх. Нет, она ни на секунду не сомневалась в том, что папа-Элифас и остальные её не бросят, но…  Обычно подобные заключение не более чем дополнительный способ «взять налоги», но всегда есть «но». Труппе может нехватить денег, или судья может оказаться несговорчивым, или на них самих сейчас тоже повесили какое-нибудь обвинение и они сейчас находятся в похожем положение, или в город приедет королевский инквизитор, который самолично пожелает провести суд, или у них тут свирепствует безумный убийца в поимке которого срочно нужно отчитаться, или прямо посреди города всего час назад мог открыться портал в мир демонов, и все люди до последнего перебиты, а обитатели тюрьмы единственные кто остался в живых… Многое может прийти в голову когда ты сидишь скрючившись на соломе в крохотной комнатушке без связи с миром хотя бы пять минут, а ведь некоторые несчастные проводят так годы и годы. Хуже всего было именно ощущение каменного мешка стен вокруг и низкого потолка не давал развернуться, впрочем, багбириха четко осознавала что ей еще повезло, по сравнению с той конурой в которой ей довелось коротать ночь в прошлый раз это были настоящие хоромы. Пробудь уважающий себя тролль в подобном помещение хотя бы час, он бы точно впал в дикую ярость и воспылал бы жаждой убийства, но Бур была по происхождению пещерным гоблином и клаустрофобия, естественная для существа подобных габаритов загнанного в уничижительные рамки её не мучала.  Появление  «гостей-стражников» нового лица обозначенного как «кормежка»  и его  немедленный переход в бессознательно состояние заставило великаншу изрядно поволноваться. 

***

Сперва ничего не происходило. Потом пара багровых огоньков подалась вперед и из тьмы выступили неверные очертания конечности, слишком когтистой чтобы принадлежать человеку и слишком человекоподобной чтобы быть звериной лапой, руко-лапа пощупала пульс раненного, затем легла на лоб, потом осторожно прошлась по синякам и ссадинам бессознательного, и наконец когда исследование было завершено к ней присоединилась вторая точно такая же, словно выжидавшая до этого в засаде,  они вместе ухватили бесчувственное тело и рывком подняли поближе к тлеющим во мраке угольям глаз.

+1

4

Горы – место не безопасное даже для подгорного народца. В этот день боги решили сыграть с гномами шутку, устроив небольшое землетрясение. Гномы, как всегда, оказались в эпицентре.
Вообще, цверги вполне нормально переживали землетрясения. Многочисленные колонны, укрепления и многовековое, дотошное изучение тектонических плит позволяли им без проблем и разрушений пережидать тектонические сдвиги, теряя минимум населения и материальных  ценностей. Где-то колона упадёт, рухнув на одинокого гнома, где-то что-то, но вообще происшествий не было. Всё было достаточно тихо и безопасно, куда безопаснее, чем на поверхности. Грохот - грохотом, но даже мебель гномы пытались приколачивать накрепко, что бы ничего не поломалось во время землетрясения. Однако даже в идеальном гномьем механизме может сломаться шестерёнка, не говоря уже о дырявой, как эльфийский сыр, горе, веками разрываемой гномами и другими обитателями подземного мира.
Семеро маленьких гномов играли в подземном зале детского сада в воинов из древних легенд. Каждый из них представлял себя могучим героем гномьего рода, борющимся с врагами клана. Игра проходила с шумом и гамом, криками и визгом подрастающих гномов, звоном лёгкого, тупого оружия о не менее лёгкие, но прочные доспехи. Вдруг раздался звук рога, оповещающий подземный народ о надвигающемся капризе стихии. Через несколько мгновений зал детского сада затрясло. Где-то не выдержала опора, и на детей повалились камни. Крики ужаса были слышны даже в четырёх километрах от гор.
- Мама, мама! – на последних чувствах кричал маленький гном, которого ударило камнем. Он потерял сознание.
Очнулся маленький гном из-за того, что кто-то нежной рукой щупал его запястье. Затем погладил ударенную небольшим осколком породы, вполне хватившего для ребёнка, голову. Маленькому гному было больно. Потом руки незнакомца, а скорее незнакомки, прошлись по ссадинам, оставленным камнями, после чего гномика резко подняли с земли. Гномик открыл глаза, и он увидел заплаканную маму.
- Ма-ама…
                                                                                                 ***

- Ма-ама… - промычал гном, пытаясь разлепить глаза. Тело болело, будто он побывал под завалом камней. Руки и ноги словно налились свинцом, с трудом слушаясь команд хозяина. Едва разлепив глаза, Лорган подумал, что видимое ему померещилось. Закрыв глаза и открыв их ещё раз, он вскрикнул от неожиданности. Перед ним была огромная, мохнатая фигура какого-то существа, с горящими красными углями глазами. Гном с трудом высвободился из крепокой хватки поддерживающей его багбира, и отполз в сторону решотки. Прижавшись к прутьям. С трудом переведя дух, он спросил первое, что пришло на ум:
- Ты кто?

Отредактировано Лорган (Воскресенье, 9 августа, 2015г. 23:23:43)

+1

5

-Ма-ма… - услышав такое обращение Бур вздрогнула всем телом  ослабив хватку, и юркий бородач тут же воспользовался этим, словно рыба выскользнул из рук и стремительно отполз как можно дальше, даром что только что  выглядел умирающим!   Хотя и сейчас отчаянно цепляясь за решетку и кося на нее совершенно шалым заплывшим глазом он выглядел не сильно лучше. Кем он был? Что такого он совершил, что его так избили а потом кинули в камеру к монстру,  если не рассчитывая на сто процентов что тот его съест, то уж точно совершенно не заботясь о сохранности его жизни? Он вор? Убийца? Насильник? Псих расчленяющий маленьких детей? Каннибал?  Еретик? Торговец пыльцой счастья?  Колдун? Хаккаропоклонник совершавший человеческие жертвоприношения? Он переспал с женой градоначальника? Отказался сделать пожертвование церкви Единого? Варианты один другой страшнее роились под низким лбом зверянки словно пчелы, пришелец мог быть просто очередным невинно пострадавшим, как и она (ну ладно почти невинно) а мог легко оказаться душегубцем которому позавидовал бы сам легендарный Поторшитель, и самое противное, в таком состоянии как сейчас  точно определить невозможно. Праведник на последним издыхании ничем не отличается от грешника в сходном состоянии. Возможно смерть для него была бы сейчас милосердием… Бур тряхнула массивной башкой, прогоняя дурман. Теперь она не видела ни первого ни второго, просто несчастного испуганного гнома, которому нужна помощь. Дабы не пугать своего «постояльца» еще больше багбириха отодвинулась упершись спиной в стену.
- Я Бурбарыш. И я тебя не съем. – словно яростно желая опротестовать решение хозяйки именно в этот момент пустой желудок  великанши богатырски заурчал, так что его наверное услышали даже находящиеся на пол пути назад охранники.
-А ты кто? Тебе сильно досталось,  надо осмотреть раны.

0

6

После заверения о том, что багбир его не съест, гном немного расслабился. Однако тут заурчал желудок Бурбарыш, и Лорган напрягся ещё больше. Не долго думая, гном залез во внутренний карман жилетки, которую каким-то чудом не забрали при осмотре(видимо, побоялись), и достал оттуда длинный и тонкий кусок вяленого мяса, завёрнутого в чистую ткань. Ещё в горах мастер привил привычку таскать с собой кусок чего-то не скоропортящегося, ибо можно умудриться провалиться и не вылезти даже в родных хоромах. «Надо дождаться, пока придёт подмога и вытащит тебя, непутёвого! А для этого, желательно, не издохнуть с голоду» - повторял он. Протянув Бурбарыш еду, которую та с благодарностью приняла, он обессилено разлёгся на камнях.
- Я Лорган, путешественник. Друзья зовут Бродягой, зови и ты так, коль сразу не съела, - грустно попытался пошутить гном. – А ран особенно-то и нет, только по голове сильно съехали. А так я вполне живой, пусть и с больной головой. Хаккаровы выродки. Нет, ты можешь себе такое представить? Они затеяли драку, а в темницу меня! Всюду расизм, всюду взяточничество. – распылялся Лорган. Бура с интересом его слушала, жуя обед. Или всё же ужин? Странные темницы, окон нет, только вентиляции. Бродяга родился под землёй, и ему было вполне комфортно под землёй, но на свободе – лучше, чем в застенках. «Нужно пытаться отсюда выбраться. Они уже выписали мне приговор» - решил гном после недолгого раздумья.
Каков был реальный шанс того, что багбир его не съест сразу, слабого и без сознания? Минимальный. Тот факт, что Бурбарыш оказалась не обычной представительницей своего рода, как и он сам – чистого рода подарок удачи. Или богов?
- Слушай, ты тут давно? Я считаю нужно выбираться отсюда, да поскорее. Похоже, тебя решили держать вместо виселицы. А меня уже и со счёта успели списать. – грустно подытожил Бродяга.

0

7

Хотелось бы Бурбарыш сказать, что она вежливо поблагодарила соседа за подарочек в честь новоселья, они по-братски преломили мясо и не спеша культурно откушали за приятной беседой. Но нет, вяленный деликатес оказался у нее в горле быстрее, чем сердобольный гном успел сказать «Я Лорган» и был моментально слопан с совершенно недостойным воспитанной девушки громогласным утробным урчанием, чавканьем и алчным сопением. Покончив с невинным мясом  багбириха принялась причмокивая облизала пальцы  и только тогда заставила себя сосредоточится на словах сокамерника.
…меня! Всюду расизм, всюду взяточничество!
- Ургхххх! – горячо поддержала зверянка,  всей душой поддерживая праведный гнев в отношение проклятущих лицемерных законотворцев, не смотря на то, что первую половину фразы она начисто пропустила, хотя смутно догадывалась, что там речь шла о том, как «гость» тут оказался, но переспрашивать «так за что собственно тебя сюда?» посчитала невежливым.
-И не говори!  Людей хлебом не корми, дай только крайнего найти!  Видисты проклятые! Я тебя прекрасно понимаю, ммм…? - имя нового знакомого она тоже благополучно прозевала, но зато уже по крайней мере не думала о том, что он может оказаться пожирателем детей, как мало иногда людям (и не-людям) надо для установления контакта.     
-Я тут… не знаю, не очень давно… Нет, очень! С тобой точно все хорошо?   - зубастая морда выдвинулась ненадолго из мрака, чтобы повнимательнее осмотреть голову пострадавшего
-Выбираться? Как? Это же тюрьма, она специально сделана так, чтобы люди из нее не выбирались! Лучше сидеть тихо и не волновать охрану, и тогда когда придет моя семья и выкупит меня, я замолвлю за тебя словечко и может меднолобые запросят маленькую цену и все будет хорошо, папа и тебя тоже откупит.   

0

8

- Лорган я, – повторил гном, продолжая пялиться в потолок пустым взглядом, раздумывая над планом побега. «Может, ложкой подкоп сделать?», мелькнула шальная мысль, но сразу была отброшена. Вокруг каменная коробка, с зарешёченным проёмом дверей и дырой вентиляции в потолке. При всём желании, через вентиляцию с габаритами Бурбарыш и Лоргана было не пролезть.
- Одно понятно точно: ты не знаешь, сколько тут находишься. А за мое здоровье не переживай, кости у меня крепкие, а синяки да ссадины рассосутся, заживут.
С трудом встав с пола, хрустнув спиной под аккомпанемент болезненного стона и осмотревшись, гном хмыкнул. Делали помещение пусть и со знанием своего дела, но не капитально. Одним словом – не гномы.
- Выпросить маленькую цену у этих скряг – задача нереальная. И откуда у семьи багбиров так много денег? Или вас спонсирует какой-нибудь дракон, разочаровавшийся в жизни на старость лет и раздаривающий накопленные богатства бедным, несчастным багбирам? В любом случае, ждать помощи от других - не вариант, нас отсюда вряд ли выпустят даже за деньги. Тебя вон голодом морили, Бурбарыш! Посмотри, исхудала вся, что твоя семья подумает?! Но ладно ещё это, осмотрись вокруг: ни койки, ни горшка, так ещё и поместили в одну камеру мужчину и девушку. И ты будешь терпеть такое отношение к себе? Знаешь, я бы не ждал помощи, а помог бы себе сам. Заодно можно и капитал твоей семьи сохранить. Неужели ты не хочешь наверх, на свободу? Я хочу. Я сидел в пещерах столько лет… да, знаю что я гном, и что должен сидеть под горой, пить грог и эль, да радоваться жизни. Но не хочу! Иначе почему, по-твоему, меня Бродягой прозвали?

Отредактировано Лорган (Понедельник, 17 августа, 2015г. 21:56:32)

0

9

- Привет, Лорган. – механически повторила зверянка и яростно почесалась, с тех пор как дорога привела артистку в эту камеру  население её природной шубы явно переживало демографический кризис. 
- ..здоровье у меня крепкое…
-Это хорошо, а то если бы ты умер, правда, пришлось бы тебя съесть, чтобы не вонял.
-Откуда у семьи багбиров деньги? Или вас спонсирует какой-нибудь дракон, разочаровавшийся в жизни на старость лет…
- Ага, значит если я гоблин, моя семья обязательно нищеброды и побирушки, да? В лучшем случае каторжники клейменые, это ты хотел сказать, цверг? –  очень недобро сверкнули угольки глаз из темного угла, великанша резко подалась вперед сокращая расстояние
- Давай, развивай мысль, скажи, что твой народ нас из милости не додавил в Первой Подземной Войне! И шутку про то как из обычных гоблинов багбиры вывелись, тоже расскажи, а я посмеюсь, давай!  -  Лорган ступил на очень тонкий лед, еще секунду назад уныло-пассивная но одновременно и идиллически миролюбимая атмосфера крошечной камеры резко поменяла градус, и начала попахивать давлеными гномами. Гневно сопящая туша багбирихи как-то резко заполнила собой почти все свободное пространство каземата и клыкастое кровавоглазое лицо со скошенным лбом до того остававшиеся в тени придвинулось близко-близко.
-Если хочешь знать, моя семья - известные по всему Альтанару и уважаемые деятели искусства.– тихо и внятно произнесла она сдерживая ярость.
- Эвар Эребон Элифас – мой отец. Слышал это имя? Да где уж тебе, гном. Искусство, ха! Ваша вотчина киркой махать, да золотые считать, если чем-то нельзя рубить головы или на это что-то центнер самоцветов не навешан, вы в этом красоты ни в жизнь не увидите. – чуть успокоившись после всплеска эмоций циркачка надменно фыркнула и отодвинулась обратно в тень
-Кстати о семье, почему это тебя такого замечательного не выкупит клан, или гномьи банки вдруг резко все позакрывались?
- Тебя вон голодом морили, Бурбарыш…
- Обычно я ловлю на обед крыс. – недовольно буркнула зверянка, усилием воли подавив желудок который собрался было поддержать это заявление протестующим бурчанием   
-Будешь вежлив с тобой хвостиками поделюсь.
- Но ладно ещё это, осмотрись вокруг: ни койки, ни горшка...
- Прошлая моя камера была гораздо хуже, там я даже сидеть не могла. И тут есть дырка в полу.  Не волнуйся, я отвернусь. Ты надеюсь, тоже будешь джентльгномом. – что с сокамерником будет, если он вдруг не окажется «джентльгномом» озвучено не было, но в голосе нелюдихи читалось крайне отчетливо.
-так ещё и поместили в одну камеру мужчину и девушку.
- Поправка. Вспомни что сказал стражник, девушку и обед. – хмыкнула нелюдиха, хотя ей было приятно что карлик вежливо назвал её «девушкой», как ни странно редко кто додумывался до такого обращения, она все еще не до конца отошла от обиды.
- Знаешь, я бы не ждал помощи, а помог бы себе сам. Заодно можно и капитал твоей семьи сохранить...
- Можно. А можно в процессе получить копьем в легкое, булавой по башке и стрелу в колено. Нет уж я спокойно тут посижу подожду. Вот представь сбежали мы обманули стражников, вышли из башни, а дальше что? Ты маленький, нырк в шахту и только тебя и видели, а мне что? Меня внесут в список беглых преступников. Как думаешь, о Лорган, мудрейший из гномов, тяжело ли выследить багбира среди людей? А багбира-женского полу? 
- Неужели ты не хочешь наверх, на свободу? Я хочу. Я сидел в пещерах столько лет…  - Бур испустила протяжный вздох, не смотря на то что она была тут всего несколько дней, ощущения были такие же как у цверга от «столько лет». Ну, или ей только казалось, что такие же, в таком возрасте мир воспринимается особенно ярко. Но она упрямо сжала челюсти, тряхнула челкой и в очередной раз почесалась.
-Хочу. Именно поэтому ничего делать не буду.

0

10

На вспышку непонятного гнева гном обратил внимание, но вовсе не испугался. На не совсем удобные для себя вопросы отвечать Лорган не стал. Он взглянул на свою сокамерницу по-новому: эмоциональная, доверчивая, потасканная жизнью, но очень молодая. Лорган осмотрелся ещё раз, тяжело вздохнул и встал на ноги. Размявшись, он прошёлся у стен, простукивая их на уровне своего роста. Эти застенки были старыми, кривоватой работы, но надёжными. Однако с вентиляцией в камере обстояло очень плохо: коктейль из вони от испражнений, крысиного помета и сырости не прибавлял ни оптимизма, ни желания оставаться тут дольше, чем нужно. Плюс в подземелье довольно холодно, а у гнома нет шерстки багбира. Да и сокамерница вряд ли заключит Лоргана в свои мохнатые объятья. От этой мысли он усмехнулся. Подойдя к Бурбарыш, он сел рядом с ней и задумался. Циркачка, значит. Что-то он уже слышал про цирк в этом городе. Вспомнить бы ещё, что именно... а ведь точно!
- Бурбарыш, а ваш цирк, случайно, не разместился на старомонетной площади? - Задумчиво спросил гном. Он точно что-то слышал в таверне о том, что прошёл слух о цирке, мол у них с собой есть очень редкие и дорогие артефакты, которые они везут под видом цирковой труппы. Да и видел до этого, как какие-то типы подкупают стражу на этой самой площади.
- Дело в том, что в таверне, из которой меня и заграбастали, один из столиков активно обсуждал, как какие-то торгаши под прикрытием цирка отправили на перевозку несколько очень редких артефактов. Точнее не скажу, они особо не распространялись, но и не скрывались. Да и до этого, проходя мимо старомонетной, я видел, как какой-то тип подкупал стражника. А когда меня тащили в эти застенки, - Лорган показал рукой на противоположную стену, сморщился и зло сплюнул в сторону, противоположную собеседнице, – я очнулся и вполне отчётливо увидел вооружённый отряд бандитской наружности, направляющийся в сторону площади. Мой «конвой» тоже их увидел, однако один из этих показал какую-то бумажку, и стражник быстренько вернулся ко мне, приложив меня коленом по голове. Вот, шишка теперь... можешь мне не верить, но я бы даже под страхом остаться здесь не стал бы врать. Честь рода, знаешь ли. Не все гномы лгуны и гады. И не нужно на меня так зло смотреть, я ничего плохого тебе не сделал. И вообще, мы с тобой в одной лодке. У меня кот не кормленный.

0

11

Высказавшись Бурбарарыш отодвинулась обратно во мрак, и теперь гном вновь видел перед собой не зверодеву, но лишь массивную гротескную тень с тлеющими угольями вместо глаз. А еще слышал очень недовольно звериное сопение, для полноты картины только хруста человеческих когтей под лапами не доставало. Когда бородатый проходимец присел рядом, крупногабаритная заключенная сердито дернула ухом, но с места не сдвинулась.
- Бурбарыш, а ваш цирк, случайно, не разместился на старомонетной площади?
- Ну, а чё если так? – подчеркнуто грубо и односложно, как и положено «здоровому тупому гоблину» отозвалась акробатка, внимательный зритель мог бы заметить, как напряглись от этого простого вопроса  валуноподобные девичьи плечи.
- Дело в том, что в таверне, из которой меня и заграбастали, один из столиков активно обсуждал, как какие-то торгаши под прикрытием цирка отправили на перевозку несколько очень редких артефактов.
-Брехня! Папа-Элифас и мама-Вараша таким не занимаются! – решительно мотнула головой великанша недобро зыркнув на Лоргана исподлобья.   
- Они честные! Ну, почти всегда.
- Да и до этого, проходя мимо старомонетной, я видел, как какой-то тип подкупал стражника. – теперь уже невооруженным глазом было видно как зверянка взволнованно ерзает и прижимает уши к черепу
- очнулся и вполне отчётливо увидел вооружённый отряд бандитской наружности, направляющийся в сторону площади.
-Ты… ты думаешь, они могли идти к Радужному Цирку? По ошибке? – великанша попыталась вскочить пребольно стукнулась макушкой о низко нависший потолок и с шипением рухнула обратно схватившись за голову.
- Бандиты придут в ярость когда ничего не найдут! Мамочка, папочка, они же совсем беззащитны! Я должна быть там! Должна им помочь, прямо сейчас! – багбириха впилась в железные прутья когтями и затрясла так, что казалось сейчас вся тюрьма провалиться в преисподнюю, но, увы, только казалось, кто бы не построил здешние казематы сделал он это на совесть, решетка даже не пошатнулась под могучими руками гоблинши.

0

12

- Бандиты придут в ярость когда ничего не найдут! Мамочка, папочка, они же совсем беззащитны! Я должна быть там! Должна им помочь, прямо сейчас!
Эта истерика повергла в оторопь гнома. Только что Бурбарыш не хотела двигаться с места, сидела и угрюмо прожигала его угольками своих глаз. Однако, узнав, что её семье грозит беда – ринулась к решётке толщиной с его палец, в попытке выломать её из гранитных стен.
- Девочка, успокойся! Да успокойся, я тебе говорю. Прекратить истерику!!! – Во всю глотку крикнул гном, от чего не ожидавшая такого багбирша вздрогнула, а потом обернулась. В глазах её пылали гнев, ненависть, решимость и… страх. Гному стало жалко Бурбарыш. Он не знал, за какие грехи её кинули сюда, но вряд ли она сделала хоть что-то плохое. А её семье грозила опасность, он был в этом уверен.
– Послушай меня. У меня есть план, как нам отсюда выбраться, да побыстрее. Однако для этого тебе нужно успокоиться, сосредоточиться и выслушать меня.
Гном ещё раз осмотрел место их заключения, удовлетворённо хмыкнул. Камни из стены выпирали: где на сантиметр, а где и на два. Форма потолка была полукруглой. Вентиляционное отверстие было в потолке, недалеко от дальней стены камеры. Наверняка, одним из ответвлений вентиляции была комната, где отдыхали их стражники. Он отчётливо ощущал носом испарения алкоголя, даже через смрад камеры. Мрак помещения, рев багбира и перегар натолкнули его на немного авантюрную, но дельную мысль:
- Бурбарыш, не задавай лишних вопросов, если хочешь выбраться. План таков: я сейчас вскарабкаюсь на стену, и зависну над входом. Когда я скажу тебе «кричи», ты начинаешь кричать, что есть мочи, в вентиляционную дыру. Вон там, в потолке. Ты должна кричать, пока не откроется решётка камеры. Дальше действуем по обстоятельствам. Ни в коем случае не бросайся на стражника! Им займусь я, как бы там ни было. Что-то мне подсказывает, что у них там вовсю гуляет пьянка. Сейчас, наверно, уже ночь или как минимум вечер. Значит, у нас гораздо больше шансов убежать. Ну, да помогут нам Боги.
Глубоко вздохнув, гном начал лезть на стену.

0

13

Тщетность всех усилий была очевидна, но обуреваемая эмоциями узница набрасывалась на вдруг ставшую злейшим врагом решетку снова и снова, она не могла думать ни о чем, кроме того, что где-то там, на холодных темных улицах её родных подстерегает страшная опасность. Странный гном что-то бухтел за спиной, но она его не слушала, что важного он может сказать? Пока коротышка вдруг не рявкнул так, что привыкшая к командам дрессировщика Рингара циркачка по привычке попыталась вытянуться в струнку, подняв лапы перед грудью и снова приложилась макушкой о камень.  Голос и боль совместно отрезвили бедняжку в достаточной мере, чтобы она прекратила биться в истерике и уставилась на нового соседа ошарашенным потерянным взором сверху-вниз.       
– Послушай меня. У меня есть план, как нам отсюда выбраться, да побыстрее. – в остроге было хоть глаз выколи, поэтому Лорган никак не мог видеть всю гамму чувств от подозрительности и недоверия до восторженной надежде пробежавших по широкой выразительной физиономии багбирши всего за несколько секунд, за то он отлично видел, как ярко вспыхнули алые нечеловеческие буркала.
- П…правда?
- Однако для этого тебе нужно успокоиться, сосредоточиться и выслушать меня.
-Да-да! Я спокойна! Сильно-сильно спокойно! – затараторила гора мышц а затем дабы продемонстрировать сделал глубокий вдох и со щелчком захлопнула рот выжидательно глазея на Лоргара из тьмы. 
- Бурбарыш, не задавай лишних вопросов, если хочешь выбраться. – Бур медленно с какой-то обреченной туповатой покорностью кивнула и продолжала кивать на каждую следующую фразу хитрого коротышки. Еще минуту назад она, возможно, начала с ним спорить, что-то доказывать, а то и вовсе бы подняла на смех, но теперь он разжёг в ней надежду и она готова была слушаться его беспрекословно.
-Хоррррошо. –потом багбириха недоуменно моргая взирала уже снизу-вверх на то как гном аки обезьянка вскарабкивается по стене и раскорячившись аки паук замирает под низким потолком.   
-Мог бы попросить я бы подсадила. – буркнула она и придвинулась поближе к вентиляционной трубе, ожидая команды которая не заставила себя ждать. Бурбарыш суеверно осенила себя святым кругом, набрала в могучую грудь побольше воздуха и что есть мочи завопила прямо в черный зев дыры. Голосом наряду с прочими достоинствами матушка-природа Бурбарыш не обидела, со слухом дело обстояло хуже, не зря папа-Элифас категорически запрещал ей петь, даже на свадьбах. Нет, особенно на свадьбах. Истошный рев зверянки напоминал брачную серенаду лося, причем лося с отдавленными ушами. Но если лоси используют свои кличи чтобы отыскать партнера в лесу на огромных расстояниях, то тут в замкнутом помещении многократно отразившись от стен крик раскрывает свои истинный доселе скрытый потенциал, и заставив поверить всех крыс в радиусе полумили что пришел конец света, а храброго гнома возможно навсегда пожалеть о своем решении. Реакция в виде появления крайне не дружелюбного на вид, сквернословящего на чем свет стоит, красного как рак от злобы и алкоголя стражника не заставила себя ждать.
- Я те глотку подеру! Я те подеру глотку паскуда мохножопая! А ну иди сюда, мразь!  - солдат от души вмазал дубиной по прутьям клетки, но забившаяся в дальний угол и испуганно съежившаяся гоблинша была вне досягаемости.  Будь служивый трезвый он бы трижды подумал прежде чем лезть в клетку к «медведю», но пьяному море по колено, ключ тихо скрипнул в замке.
- Что, отродье, засмоткала гнома сголодухи не жуя и теперь животик бо-бо? Щас я тебе свинцовую клизму то поставлю! И массаж восстанавливающий такой пропишу, век Пьетро не забудешь! – держа дубинку на изготовку стражник с совершено зверским выражением лица шагнул в камеру, Бур  испуганно прикрыла голову лапами и завыла на новой надрывной жалобной ноте. И тут сверху аки ястреб с небес на него рухнул Лорган, охранник даже пикнуть не успел. В следующую секунду «запуганная» багбириха оказалась рядом и вырвала оружие из ослабевших пальцев.
-Дааа, у нас получилось! Лоррррргарррр, ты гений! Что дальше?             

0

14

Гном, поднявшись с оглушённого стражника, потёр затёкшие от напряжения запястья. Обыскав стражника, он забрал засопожный нож, с ухмылкой покосившись на «свинцовую клизму» в руках багбира, и связку ключей. Лорган тяжело вздохнул. От последнего крика Бурбарыш все заключенные знают, что замолчала она не потому, что стражник её приложил, а потому, что наоборот. Но гному в голову пришла очень интересная мысль, которую он собирался осуществить немедля. Лорган затараторил:
- И так, дорогая моя крикунья, у нас есть две минуты. Держи половину ключей. Ищи подходящий замок и отпирай, после чего говори нашим дорогим бандитам бежать наверх, на свободу, и бить стражу. По истечении шестидесяти ударов сердца бросаем это дело и бежим в противоположную сторону. Вон там, видишь, гнилая деревянная перегородка в стене? Я ощущаю, как оттуда тянет сквозняком. Значит там свобода, значит нам туда. Такой сильной девушке, как тебе, не составит труда выломать эти досочки. Поехали!
Конфликтов с заключенными у них не возникло. В большинстве своём, это были нелюди, которых затащили сюда по, чаще всего, вовсе невесомой причине. Этот город очень не нравился гному. «Как только выберемся и разберемся, что там с цирком – мне нужно делать отсюда ноги. Предварительно забежав в гостиницу и забрав вещи. Рауд, почти наверняка, будет ждать меня снаружи» - думал гном, отпирая тугие, ржавые замки и считая удары сердца. Они справились даже быстрее, чем он рассчитывал. Камер было не особо много, в большинстве теснилась куча народу. Когда они подлетели к перегородке, Лорган пустил Бурбарыш вперед. Та ударом ноги разнесла несчастное дерево в щепки. Протиснувшись сквозь дыру в стене, они осмотрелись. Это был продовольственный склад. По полу деловито шуровали крысы, по ящикам скакали облезлые кошки. «Не самое приятное место с едой, пожалуй» - успел подумать гном, тихо, но быстро проносясь сквозь склад к хлипким, низким дверям. За спиной сопела гоблинша, при этом она бежала даже тише, чем он. Почему Бурбарыш бежала за коротконогим гномом? Потому что он чувствовал, где выход.
- Так, стоп! Теперь тихо. Видишь дверь? Аккуратненько, тихонечко её выламываем. Дальше действуем по обстоятельствам. Надеюсь, ты умеешь лазать по стенам? Мы сейчас, скорей всего, выйдем во внутренний двор. Сейчас, после нашей выходки, там будет совсем немного стражи. Если увидишь стражника – бей по голове, но не сильно. Нам смерти не нужны. Главное, чтобы не подняли тревогу. Всё ясно? – Гном дождался утвердительного кивка, после чего жестом истинного джентльмена показал Багбиру на дверь. – Прошу на свободу.
С трухлявой дверью Бурбарыш разобралась быстро и тихо. Выйдя во внутренний двор, они рванули за первое попавшееся укрытие: десяток бочек, стоящих в стороне от входа на склад.

0

15

Бурбарыш все еще до конца не верила, что это происходит с ней, но план гнома работал! Вот она тяжко дыша стоит над поверженным охранником с дубиной в рук, вот в бешеном ритме отмыкает замки, вот кидает оставшиеся ключи шустрого вида рыжему заключенному с повязкой на глазу и с морской татуировкой на всю грудь, рыжие должны держаться вместе, вот выбивает старую дверь, а вот уже раз и она прячется за бочками и во все глаза таращится на то как цверг легко и непринужденно лезет вверх. Нет, Бур всегда знала что у карликов особые отношения с камнем, но что бы такие? Ей аж завидно стало. И почему папа-Элифас не брал гномов акробатами? А она-то всегда считала их толстыми и неуклюжими!  Раздумья Бур прервали тяжелые шаги подкованных солдатских сапог, гоблинша испуганно сжалась, думая, что их раскрыли, но это оказался не несущаяся вперед облава, а лениво шаркающий одинокий охранник, похоже досюда вести о побеге еще не добрались, иначе с чего бы ему быть таким вялым? Бур затаилась став настолько незаметным насколько это возможно когда ты огромный багбир во дворе форта который вот-вот будет поднят по тревоге . Сперва беглянка вообще не поняла что ему понадобилось у стены, а когда услышала характерное шуршание приспускаемых штанов чертыхнулась про себе. Она понимала, что медлить никак нельзя, в любую секунду может заголосить тревожный колокол, и тогда они покойники, и лезть пока он рядом тоже нельзя, вдруг он повернет голову? Гоблинша неслышно выскользнула из-за бочек, смотря на свою комплекцию Бурбарыш умела передвигаться совершенно бесшумно, сделала три шага и мягко опустила огромный кулак на затылок пребывающего на середине процесса опорожнения мочевого пузыря бедняги. Когда она начала карабкаться на гребень стены ей было немножко стыдно за свои действия. Лезть было тяжело. Не смотря на то, что Бур всю жизнь проработал акробаткой взобраться в темноте на сырую стену да еще, так что тебя никто не услышал и не увидел это вам не рыбку съесть. Багбириха распласталась по камням меховым ковриком,  и медленно в час по чайной ложке ползла вверх преодолевая силу притяжения и мысленно благодаря тюремную диету за поубавившийся вес (попа все-равно грозила перевесить) и молясь чтобы никто не обратил внимание на то что по стене ползет большое  и очень рыжее пятно. Взобравшись, наконец, на гребень она испустила вздох облегчения, но тут же одернула себя, радоваться было рано теперь предстоял спуск вниз.  Лоргана на верху не оказалось, и не удивительно юркий камнежитель сильно опережал её, Бур выдохнула еще раз и полезла вниз, конечно можно было рискнуть и просто скатиться, но переломанные ноги еще никого не делали счастливым. Она уже почти спустилась, как вдруг внизу прямо под ней послышалось шебаршение, и приглушенный голос предельно внятно произнес
- Если нас поймают - мой кот останется сиротой. А это будет уже на твоей совести. – в этот же самый момент когти скользнули по предательски выпавшему из кладки камню и Бур почувствовала, что летит вниз, летит прямо на этот четкий спокойный голос.

0

16

Когда оставалось меньше метра до земли, трясущиеся от напряжения руки Бурбарыш вырвали из кладки камень. Гном наблюдал, как судорожно сжавшись, несчастная гоблинша, которая пыталась не смотреть в низ, пролетает полметра, после чего подставил своё плечо под её спину, на уровне копчика. Благодаря такой нехитрой поддержке багбириха не упала на пятую точку и спаслась от удара. Преспектива травмы кого-то из участников побега не особо радовала Лоргана.
Спускаясь, он заметил, что Рауд уже встречает его. Как только ноги гнома оказались на земле, кот прыгнул ему в руки. Это зрелище могло умилить любого. Поглаживая любимого питомца по рыжей шёрстке, он наблюдал, как отходит от адреналина Бурбарыш. Им нужно было спешить, но в подобном состоянии его подельница вряд ли далеко убежала бы.
- Очухалась? – немного погодя, с заботой в голосе спросил гном. – Это хорошо. Знаешь, никогда бы не подумал, что эта авантюра, построенная на догадках и импровизации, будет столь лёгкой, да и в принципе - успешной. В этом городе стражники вообще не знают порядка, разленились в край. Ладно, нам нужно спешить. Ты же ещё не забыла, что твоей семье грозит беда? – Бурбарыш отрицательно замотала головой и что-то прорычала. Гнома это полностью удовлетворило.
- Тогда идем, только не торопись особо. Не стоит нам вызывать подозрение.
Летнее солнце уже сбежало за горизонт, напоследок оставив за собой лишь алое небо да неукротимо сгущающуюся темноту наступающей ночи. Культурное население закругляло уличные гуляния и пьянки, и плавно вливались в здания, с целью продолжить начатое днём уже там. Визг и крики детей, шум рынка сменились на лай собак, песни дошедших до определённой кондиции отдыхающих и скрип лапок одинокого сверчка. Воры-домушники выходили на дело. Карманники меняли дислокацию на переулки, сбиваясь в стаи. Открывались скупщики краденого. Городская стража забилась по углам, боясь шевельнутся. Начиналась другая, тёмная жизнь города.
Сквозь эту опасную, густую от напряжения тишину улиц и двигалась наша парочка «особо опасных», сбежавших из заключения преступников. Двигалась в сторону старомонетной площади, где, предположительно, семье Бурбарыш грозила опасность. Гном шёл, не смотря особо по сторонам. Он не в первый раз брёл по ночному городу. Более того, он чувствовал некую романтику в этом ночном путешествии. А вот Бурбарыш… Лоргану казалось, что ей немножко не по нутру их маленькое приключение.

0

17

Страх кольнул сердце ледяной иглой, падая Бурбарыш изо всех сил сжала зубы, чтобы вскриком не привлечь внимание стражников, сгруппироваться она уже не успевала. Циркачка умела падать без последствий, но срываться с крепостной стены ей еще не доводилось, Бур едва успела подумать, что если она сломает шею это будет кончина воистину достойная титула Королевы Дураков, как полет внезапно и резко кончился. Акробатка обнаружила, что совсем не падает, а очень даже сидит на чем-то теплом плотном и надежном, а в бедро ей упирается нечто округлое твердое и волосатое. Пока Бур с донельзя глупым выражением морды бессмысленно хлопала глазами силясь понять что случилось, и почему небеса выглядят как сидение на табуретке стоящей у битой временем стены, круглый предмет заговорил.
- Очухалась? – багбириха отрицательно помотала и вдруг осознала, что никакой это не «предмет», а голова гнома, а под её боязливой пятой точкой вовсе не табуретка и не тумбочка, а плечо этого самого гнома, который преспокойно ждал её внизу и даже не вздрогнул когда на него ведомые широкой попой плюхнулись сто тридцать кило неуклюжего пугливого груза. Поняв всю нелепость ситуации и, что падала она каких-то полметра, массивная туша смущенно хихикнула и сползла на землю с маленького, но крепкого как гранит «насеста» стыдливо алея ушами словно маков цвет, благо в темноте было не видно. Тоже мне акробатка! Испугалась с порожка свалиться! Но на этом ночь сюрпризов не закончилась, встав на ноги, белянка изумленно вытаращилась на товарища по не счастью, оказывается тот не просто стоял тут и ловил летучих гоблинов плечами, он еще в процесс держал на руках возникшего, наверное, из дыры на астральный план кота. Бур посмотрела на кота. Кот посмотрел на Бур. Смерил зверянку равнодушно-пренебрежительным взглядом, лениво зевнул и отвернулся. Бур закрыла рот. 
- Это хорошо. Знаешь, никогда бы не подумал, что эта авантюра, построенная на догадках и импровизации, будет столь лёгкой…   
- Ааааа… - маловразумительно отозвалась беглянка еще отходящая от событий
- Аааа откуда он тут взялся? Это демон? Дух? Фея? 
- Тогда идем, только не торопись особо...
- Аааа тут разве не должно быть лучников на вышках которые превратят нас в ёжиков? - но нет, богам не было угодно получить сегодня две новые подушечки для булавок (три, если считать кота) и парочка бывших заключенных  успешно покинули зону обстрела занятого своими проблемами форта и утонули в узких улочках славного города Гарч.  Бурбарыш развеселившаяся было после спуска теперь хмурясь с каждым шагом все сильнее следовала за Лорганом безоговорочно признавая его лидерство после продемонстрированным гномом талантов. Ночной город угнетал зверянку. Не пугал, нет, Бурбарыш была готова во всеоружии встретить то что он ей пошлет, за свою недолгую жизнь ей уже многое пришлось пережить на таких вот ночных улицах, но вызывал отторжение, она знала, что скоро ей придется делать плохие вещи и молилась чтобы с ей труппой похожие вещи не могли произойти уже. Когда она четко поняла что они отошли на безопасное расстояние и сориентировались где стоят сейчас она остановилась как вкопанная.
- Ну, вот и все. До старомонетной рукой подать, дальше я сама. Спасибо за все, гно…Лорган. Прости, что накричала на тебя. И ээ села на тебя. Знаешь, конечно, все гномы однозначно маленькие бородатые, пахнущие пивом уроды, но для гнома ты очень даже хороший и добрый!  – багбириха вымученно улыбнулась 
- Доброй дороги. Попытаться не оставить кота сиротой. – с этими словами она резко повернулась и перехватив поудобнее «свинцовую клизму» решительно зашагала вперед.

0

18

Долго ли, коротко шли они. Относительно тихие улицы ночного города располагали гнома на положительный лад, тем более, после заключения в вонючую, темную камеру. Пусть он и видел в темноте не хуже, чем при свете дня, его угнетало любое ограничение его свободы. По дороге Лорган объяснил новой подруге, что его кот – никакая не фея, демон и прочее. Что его зовут Рауд, и что он пусть огромный, но кот. Они старые друзья и чувствуют друг друга на расстоянии. Благодаря этому кот и его хозяин не раз выкарабкивались из сложных ситуаций, которые, бывало, грозили даже смертью. Рассказал, то что вероятнее всего лучники, дежурившие на вышках, или пялились на внутренний двор и даже не заметили их ( еще бы, после такой заварушки), или вовсе убежали помогать, а может даже и ретировались домой, дабы уберечь свою шкурку.
- Ну, вот и все. До старомонетной рукой подать, дальше я сама. Спасибо за все, гно…Лорган. Прости, что накричала на тебя. И ээ села на тебя. Знаешь, конечно, все гномы однозначно маленькие бородатые, пахнущие пивом уроды, но для гнома ты очень даже хороший и добрый!
Услышав это, гном сначала хотел оскорбиться, но увидев определённо не искреннюю улыбку на лице Бурбарыш, он всё-таки решил промолчать. Разборки можно оставить на потом, а вот ещё больше расстраивать гоблиншу не стоило. Даже просто потому, что гному было жалко её. Поэтому когда из уст багбирихи прозвучало такое своеобразное прощание, он сказал:
- Я решительно не отпускаю тебя одну. Что я за гном такой, если брошу товарища и его… её семью в беде? Нет уж, так не пойдёт. Мы с Раудом идём с тобой. Только сперва я захвачу свои топоры из гостиницы, и тебе уж придётся пойти со мной. Нет, Бурбарыш, это даже не обсуждается! Ты Рауду понравилась, а у него интуиция, как у кота.

0

19

В который уже раз за их недолгое знакомство гоблинша взирала на гнома сверху-вниз и недоуменно морщила лоб силясь понять серьезно ли он говорит и что вообще происходит.
- Со мной? Но…. зачем? – недоуменно выдохнула Бур, ища подвох и подозрительно щуря на Лагора красные зрачки.
- Ты же меня совсем не знаешь! Чего ради тебе рисковать собой ради вонючей горы меха которую ты встретил в камере? Гномы так не поступают! -  для придания убедительности своим словам косматая туша совершенно по-детски топнула ножкой
- Гномы ра-ци-о-наль-ны-е! И ум-ны-е! Они такими глупостями не занимаются! Никогда! Даже в пьесах гномы всегда ненавидят и обманывают глупых доверчивых гоблинов! Ты смеешься надо мной, да? – громадина сжала кулаки и недобро сопя, нависла над низкорослым спутником пышным бюстом. А потом, вдруг резко потеряв весь боевой задор отступила на шаг и жалобно шмыгнула носом.
- Мне и так жутко страшно, а он еще и издевается! –пожаловалась не то коту, не то звездному небу не то заплесневелым стенам багбириха, асимметричную морду жутко перекосило, было не понятно, не то она сердито хмурится, не то вот-вот расплачется.
- Иди своей дорогой, и не придуривайся, сударь гном. Знаем мы вашу помощь, потом всю жизнь проценты выплачивать!   

0

20

Гном слушал, слушал, а челюсть его обвисала всё ниже и ниже. Он просто диву давался: как можно быть настолько подверженным стереотипам? Ну нельзя же в реальности всё сравнивать с пьесами и постановками. Так просто послать кого-либо, будь то человек или гном, когда тот предлагает помощь – это точно не совсем нормально. В конце концов, гном сорвался и высказал всё, что думает:
- Гномы рациональные? Да! Гномы умные? Несомненно! Наверно, именно поэтому нормальные гномы сидят в горах, что бы всякие гоблины ни клеветали на них. Это же надо! – Причитал окончательно сорвавшийся гном. - Ты помогаешь ей сбежать из тюрьмы, а девчонка в ответ сомневается, что ты не ищешь корысти в том, что бы помочь ей в беде! Не нужно всех судить по предубеждениям, которые тебе в голову впихнули люди и нелюди, даже не встречавшиеся ни разу с представителями моего народа! Если мы знаем цену, настоящую цену, драгоценным металлам и камням, цену своей работы, это не значит, что мы не можем просто помочь! И вообще, если судить по твоим словам, то я бы уже покоился на дне твоего желудка. Не хочешь моей помощи - не надо! Всё! Я пошёл своей дорогой. Удачи.
Уже развернувшись и собираясь уйти, гном громко сказал:
- Страшно ей! Вот и иди сама к бандитам, если не веришь в доброту и поддержку ближнего. По улицам ночного города тоже сама иди, надеюсь, ты доберешься до площади целой.
На Бурбарыш с упрёком и печалью посмотрели глаза Рауда, гном пошёл в гостиницу.

Отредактировано Лорган (Суббота, 9 апреля, 2016г. 11:14:48)

0


Вы здесь » FRPG Энирин » Завершённые и неактивные эпизоды » ◆ Лорган и Бурбарыш, лето 1937 Вариант знакомства - лиловый


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно