FRPG Энирин

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » FRPG Энирин » Завершённые и неактивные эпизоды » ¶ Побережье Тронхолдского залива\Хорратор


¶ Побережье Тронхолдского залива\Хорратор

Сообщений 81 страница 87 из 87

81

Под додуманный предсмертный писк задушенного врага неукротимый дух принца с ликующим хохотом устремился назад в тело, однако, достигнув цели, практически сразу понял, что здесь что-то не так. Последнее было делом нехитрым, ибо его, оное тело, пронзило острой кинжальной болью, кажется, в сотне мест одновременно. Доспехи давили на руки-ноги, грудь и череп, мешая не то, что пошевелиться, но даже вздохнуть, а воздух с солоноватой ноткой в запахе немилосердно жёг лицо и ноздри. Принц закатил глаза, но яростным усилием воли удержал себя на положенном месте внутри, э-э, себя, или, во всяком случае, решил, что удержал.
Инстинктивное А-А-А-А-А! попыталось сорваться с его уст, однако вместо крика послышался лишь жуткий обрывистый хрип. Фредерик заметил, что вместе с ним брызнула кровь; ею же, верно, тут же наполнилась глотка, рот и Хаккар знает, что ещё, но в горле определённо болтался здоровый ком, от которого чрезвычайно сильно першило. Даже сквозь хрип и боль он почувствовал, как по спине под железом и шерстью пробежал холодок: таким нехитрым образом он захлебнётся собственной кровью ещё до того, как... Как хоть что-то случится.
До сего момента он не возвращался в мыслях к чудищам, мертвецам, своим сопровождающим, вообще ко всей своей армии и к замку, да и после сего момента решил также их отложить, сосредоточившись на левой руке, вцепившейся в поверхность под ним. Дерек слабым движением опрокинул голову набок, плюнул и зашёлся в кашле, одновременно пытаясь "дотянуться" до раздираемых болью конечностей. Нужно хотя бы частично перевернуть себя со спины на правый бок.

- Ох-х, - вздохнул рыцарь, глядя на трясущееся внизу тельце. Подтверждение того, что патрон ещё жив, радовало не меньше, чем страшила перспектива увидеть, как бьющийся в конвульсиях патрон сверзится с обрыва.
- Сир, не шевелитесь! - уж в этот раз он мог докричаться до того, до кого нужно было докричаться - и этим нужно было воспользоваться. - Вы можете упасть!
Прикусив губу, Эктор посмотрел наверх, посмотрел вниз, снова посмотрел наверх и, тихонько бранясь, поспешил продолжить восхождение, чтобы поскорее привести подмогу. Ох уж эта паскудная магия! Получи Сандорфайт своё при обычной, нормальной осаде, он мог бы просто оттащить его подальше от стен, закрыв щитом и собственным телом, а тут... Тут магия превратила славное дело в какой-то балаган. Только шутов не хватает, хотя кто-то точно страстно хотел надеть на всех гостей по шутовскому колпаку.

"Растак тебя да разэдак", - неласково отозвался принц в мыслях своих, услышав свалившееся откуда-то сверху сочетание "не шевелитесь" - других слов гвардейца он как-то не расслышал. Раз было сказано не шевелиться, должно быть, какое-то основание под этим советом есть - но, откровенно говоря, сейчас было не до того, чтоб выяснять... Он готов был отдать правую руку, чтобы облегчить страдания. Всё равно болела она немилосерднее всего, а потом можно и новую отрастить...
Фредерик попытался открыть глаза, чтобы немного сориентироваться. Чтобы хотя бы увидеть, что есть справа и слева...

0

82

Фредерику многих усилий стоило перевернуться с одного бока на второй. Он ощущал, что в некоторых местах (особенно это касалось рук) его кожа не выдерживала и лопалась. Ядовитый гнойный запах исходил от этих ран. И в следующее мгновенье, тот же «вонючий гной», что все еще сочился из ран, окутывал их, и они снова затягивались, принося с собой не менее ощутимую боль. Потом, очередное движение и все заново. Сколько раз происходил этот цикл, сменяя одну боль на вторую, сказать принц, не мог. Но все же ему удалось разглядеть темный горизонт наполненный бурей и молниями, что двигался в их сторону. С другой же стороны, были кусок серый стены, с кое-где уцелевшим мхом и мелкой травой. Сверху на него взирал Эктор. Разглядеть рыцаря достаточно не было возможности, но скорей этого не требовалось, ведь главное что тот выжил, и не бросил своего господина.

Небо содрогнулось от громового голоса, и тут же очередная молния рассекла горизонт. Порывистый ветер повернул в сторону обрушенного замка, а вместе с ним первые капли дождя, которые он смог собой принести. Черные птицы облаков стремительно мчались над принцем и его верным рыцарем, предвещая приближающуюся опасность, когда изнутри замка начал пробиваться стук, подобный биению огромного сердца.

0

83

- О-ох, мать... - каждое движение отзывалось болью, а сил жрало столько, что не приведи Господи. Поэтому, оказавшись на боку, принц замер, дабы не вызывать новых спазмов, и задумался о том, в каком дерьме нынче оказался. Хуже всего, собственно, было не то, что он шевелился с трудом, а ощущение, будто кожа рвалась, когда он хоть как-то двигался... И смрад, который ощущался, когда, вероятно, рвалась кожа.
- Бездна, я, похоже, гнию заживо, - процедил он, щурясь на горизонт. Где-то там, на задворках разума, размахивал ледяным мечом Ужас, но сейчас, лёжа без движеия и ощущая боль и вонь не так сильно, как пару секунд назад, Сандорфайт уже думал лишь о том, как бы поскорее это всё закончить.
БУМ-М!
Это, кажется, откуда-то из глубин... Из глубин скалы под замком. Скорее ощущение, чем звук, но и звук, кажется, тоже был, очень тихий - как если прислушаться к биению сердца, прижавшись ухом к чьей-то груди. Сердце... Забавно будет, если скала сейчас оживёт, как легендарный силлуровый тролль. Правда, вероятнее всего, когда тролль встанет, принц свалится с обрыва в море. Тогда тоже всё закончится, хоть и не самым наилучшим образом...
Наилучшим образом оно бы, пожалуй, закончилось, если бы он через мгновение проснулся в своей палатке и сказал: "Господи, приснится же такое - лорд Георфор, велите магам обрушить Хорратор в море вместе с утёсом".
БУМ-М!
Посыпались камешки, самые мелкие и те, что самую малость покрупнее... Но это не удар их выбил, нет. Другое. Сапоги.
- Сир, обопритесь на меня, нужно уходить, буря близко...
Фредерик непроизвольно зарычал, когда его потащили наверх, но, как мог, вцепился одной рукой в горжет гвардейца, а другой - в ремень, на котором висел меч. Кажется, у него только что лопнула кожа на костяшках пальцев...
- Я нынче совсем не ходок, - пробормотал он. - Придётся тащить...
- Потащу, - хмуро отрезал Эктор прежде, чем начать новый сеанс страданий своего патрона. Говорить тому было тяжело, поэтому большую часть ругательств он или прокручивал в голове, или беззвучно складывал одними губами, но отдельные особо ощутимые импульсы таки заставляли его голос прорезаться.
- Экто-ор...
- Да, сир?
- Если издохну, пусть... пусть экзорцист посмотрит тело прежде, чем жрецу отдавать.
- Да, сир.
Не хотелось бы очнуться от предположительно вечного сна, чтобы опять вляпаться в ту же заразу...
Интересно, каковы ощущения сразу после воскрешения? Кажется, многие, кого коснулось "чудо Господа", обращались в веру...
БУМ-М!
"Хаккар-р-р, как же больно..."
- Клэмов доставить в Тронхолд... И отдать Мяснику на допрос...
- Да, сир.
- Пускай обделается, но хоть клещами из них вытянет, кого они к себе в замок впустили... И доложит королю.
- Да, сир.
Усталый, слегка охриплый голос заставлял нашейные пластины едва заметно дрожать, но дрожащие от боли и напряжения пальцы вибрацию улавливали. Кроме того, Фредерик чувствовал, что его тащат волоком, держа только одной рукой... Верно, склон слишком крут, или во время боя с тварями там, внизу, вторая рука рыцаря не уцелела. Будь ситуация иной, сердце Сандорфайта прониклось бы уважением и благодарностью к защитнику ещё более сильными, чем прежде, но, увы, прямо сейчас он был слишком занят удержанием себя в сравнительно спокойном и тихом психоморальном состоянии.
- Потом снять головы, нахрен, со всех троих... А Джейсона инквизиторы спалят, если очень охота.
- Да...
Да. Вот так. Нужно сосредоточиться на делах. Тогда будет меньше времени думать о том, как всё скверно. Не то, чтобы мысли о распоряжениях на случай своей смерти были очень уж вдохновляющими...
Но принц и так на такой случай держал небольшой сундучок с бумагами, который должен быть вскрыт после того, как могильная плита опустится на своё место.
- Ар-р, Хаккарово пламя... Эктор! Долго ещё ползти?!
- Сир, мы едва начали подъём...
Подавляя вздох, Фред невольно чуть сильнее прежнего сжал гниющие пальцы. "Всё обернётся просто чудом мира, если я увижу конец пути..."

+1

84

Верность рыцаря была похвальна. Но его силы на исходе. Сломанная рука, каждый раз напоминала о себе, и как он не пытался ее щадить, все попытки оставались успешны. Тащить умирающее тело принца стало единственной целью. Где-то в душе он сопротивлялся мыслям, что Единый призовет души обоих к своему престолу еще до того как буря дойдет до них. Но лицо выдавало. Он соглашался со всем о чем бредил принц, желая что хоть что-то сбылось из того о чем шептал сюзерен.
Мысли о мести не утешили, но и не подпускать их к себе, он не смел. Оттащив тело принца как можно дальше от края он подтянул его так. Чтобы Дерек мог присесть и сам видеть, как разрастается буря. Мужчина сел рядом. Стиснув зубы, он уложил не работающую руку себе на колени.
Фредерик Сандорфайт слушал своего боевого товарища, и скорее всего, понимал, почему последний перестал бороться.
Каменное сердцебиение только усилилось. Камни непреступной крепости дрожали подобно телу ребенка, промозглому под дождем. А рядом… рядом запел Эктор (несмотря на все обстоятельства принц мог бы оценить голос рыцаря по достоинству):

песня

Я брошен в темноту,
Чтобы столкнуться с неизвестным.
Только пустота поможет мне удержаться,
только у теней могу я искать помощи.

Вооружи свое сердце достоинством,
Но будь готов к утрате и боли.
Не позволяй страху поглотить тебя изнутри,
Принимай свои слабости с гордостью.

И даже если ты раздавишь мое тело
И осушишь его до последней капли,
Ты никогда не сможешь коснуться моего духа,
Ты никогда не сможешь коснуться моей души.

Неважно, насколько мрачно и как безнадежно,
Неважно, насколько сильно и как далеко,
Тебе никогда не удастся сломить мою волю,
Отделить ее от желания.

Брошенный в огонь,
Укутанный в пепел и тлеющие угли,
Ожесточенный в уничтожающей огненной стихии,
Закаленный в бессмертной вспышке пламени,

Сквозь смерть и бедствия,
Я пройду сквозь пламя конца,
Восстану, став только сильней,
Отрекусь от прошлого ради настоящего.

Не позволяй страху и неудаче вести тебя,
Сейчас или никогда.
Просто прими все это.

Голос Эктора тщетно пытался перекричать нарастающий шум. Но Дереку и вовсе не требовалось слышать его голос, он слышал песню ранее, и она сама собой звучала внутри.
В метре переде ногами, откололся кусок платформы, на которой сидели двое и, поднимая пыль, скатился в море. Рыцарь даже не сбился. Он смотрел, как расцветает горизонт под игрой молний. Его глаза были закрыты, а лицо с облегчением и смирением принимало капли дождя. Расколы подобно змеям поползли к ногам людей, оплетали стену позади, расширялись в полости изнутри. Время неизбежно приближало принца к финалу…

Слева от них (там, где ранее была потайная комната) камни вздыбились, и в расколе молнии, взлетели в воздух. Оглушительный взрыв, прервал песню Эктора, прежде чем платформа откололась и обоих мужчин, унесло вниз. Ощущение свободного падения окрыляло, но тень возродившейся над руинами замка была более восхитительна, чем любое магическое творение, которое довелось видеть принцу доселе. В отличие от многих, наблюдавших со стороны двора, лицезревших пыль и дым, он видел росчерки магических потоков, рисунок, которых формировался в облик змея-дракона вырвавшегося наружу. И прежде чем Фредерика поглотила тьма, змей кинулся на него, и его пасть сомкнулась на теле принца…

Змей-дракон

http://i031.radikal.ru/1309/48/af673022b2c3.jpg

Время больше не имело значения, но пробуждение принесло боль...

Где-то рядом ветер ярил парусину шатра. Темнота и огонь, резали глаза почище солнечного света. Рядом мелькали тени. Кто-то склонялся над ним, кто-то стоял просто рядом, но их лица размывались, скрывались, убегали от попытки сосредоточиться. А еще голоса, существа, окружившие его, явно о чем-то говорили, но, как и приглушенный свет, звуки только раздражали.

+1

85

В какой-то момент сквозь "деловую эгиду", воздвигнутую вокруг разума, таки пробилось полное осознание окружающей обстановки - не слишком скоро, но раньше момента, когда бедный гвардеец окончательно выдохся и вновь усадил патрона. Принц снова сжал зубы до скрипа, но из груди всё равно вырвался спровоцированный болью стон.
Впрочем, в положении недвижного застывания у хладной скалы был тот единственный плюс, что новые источники резкой боли тут перестали возникать, отступив перед источниками старыми, расространявшими тяжёлые, ноющие ощущения в десятке мест сразу. Только лишь их можно было вытерпеть какое-то время на одной голой смеси гордости и достоинства, а потом уже ничего и не нужно будет. Оскалившись, Сандорфайт с железным скрипом шлема по камню поудобнее передвинул голову, прильнувшую к базальтовой подложке, несколько раз моргнул. Виделось уже лучше, но всё равно не слишком хорошо - а жаль. Буйство стихии воистину прекрасно (во всяком случае, принц всегда так считал), было бы неплохо насладиться его видом.
"Что за унылая баллада, мать твою", - едва не плеснуло из него, когда усевшийся по левую руку Эктор затянул песню, разрезав громыхающий фон бури, но для того, чтобы говорить, было маловато сил и желания... Вскоре Фред решил, что оно и к лучшему. В конце концов, рыцарь имел вполне приличный голос, а что до сюжета... Бывшему певцу он не был незнаком. И сейчас, прислушавшись и призадумавшись, он заключил, что повествование очень хорошо и уместно. Иные предпочитают такому нечто в духе "наточен меч и опущено забрало, готов я смерть принять, но плена не приму", но сейчас куда милей сердцу была такая, менее агрессивная, но не менее стойкая ария.

Биение камня меж тем становилось всё более ощутимым и наконец-то нашло выход в большом шандарахе, на этот раз над головами... Платформа поползла вниз, к бушующим волнам. Происходящее сверху Фредерика не слишком занимало: он уже приготовился скучно и мрачно скользить вниз по настилу в воды залива; однако там, наверху, раздался такой полуслышимый-полуощутимый рёв, что не оглянуться было невозможно. И он оглянулся. И узрел он нечто трудно вообразимое в состоянии трезвом и вменяемом, быть может, даже для опытных волшебников, чьё воображение может быть и более красочным и богатым, нежели его собственное. Огромный бескрылый дракон - такого в геральдике называют "змеем" - вырвался из замка в потрясающей мысль суперпозиции магических полотен и потоков, сиявших ярче полной луны.
- Во-от дерьмо, - слабо протянул Фред, наблюдая за тем, как длинное могучее тело изогнулось, направляя огромную уродливую башку твари прямо к ползущей вниз платформе. Мертвецы, твари придонные, колдовское гниение, море и волшебный дракон - как много вокруг желающих вкусить благородного мяса, и как мало поблизости пригодных в пищу принцев крови!
Фредерик закрыл глаза, будучи не в состоянии обнажить клинок и направить его прямо вперёд, чтобы был хоть шанс, что скотина подавится заточенной сталью. Собственно говоря, судя по весу ремня с ножнами, меча у него вовсе не было - остался лежать где-то там, внизу. Или вверху. Хаккар его теперь знает...

- Ууууууу-у-унгх, - тяжело, судорожно вздохнул принц аки освобождённый от воды в лёгких утопленник - и через мгновение сообразил, что может дышать. Уши слышали, как хлопает на ветру полог шатра и как тихо переговариваются люди, быстро, нервно открытые глаза видели шатёрную полутьму, огонь жаровни и силуэты людей (тихо переговаривающихся, должно быть), но что слух, что зрение сильно подводили, выдавая кучу шумов, сбивающих с толку и изрядно раздражающих. Слабая плоть желала вернуьтся обратно в объятия сна, но бешеный дух, напротив, не желал покидать сию обитель источников раздражения... Дух понятия не имел, что произошло и как он здесь оказался, но он отчётливо чувствовал, что здесь, где людно и шумно, есть жизнь, и уходить прочь от жизни совсем не хотел.
Как бы не хотелось руке лежать на своём нынешнем месте, дух принудил её подняться и ухватить за шиворот того, кто склонился над полумертвецом в позе то ли заботливого лекаря, то ли коварного избавителя от мук. Ну, или хотя бы попытался принудить подняться и ухватить - чего бы дух страстно не желал, даже ему не под силу заставить шевелиться отсутствующую конечность.
- Что... - Голос, должно быть, звучал ужасно. Фред и сам плохо слышал, что говорил. Но, ему казалось, он говорит более-менее понятно.
- Где..? - А если речь и не разборчива, то, Хаккар подери, неужели так сложно самим догадаться, чего хочет человек, который только что чуть Господу душу не отдал?
- Что... тут... было... Гм-м?

0

86

- Он открыл глаза… Значит жив… Хвала Единому – с облегчением говорил седовласый мужчина склонившись к груди Фредерика, он слушал как бьется его сердце и мало обращал внимания на бормотание принца. Лишь слегка потом похлопав того по плечу, мол утешая, что не стоит так сильно волноваться.
- Доложите всем, что с принцем все будет в порядке. Теперь я в этом уверен. Пусть его не беспокоят, а то знаю я этих вояк, понабегут сейчас. Принесите лучше чистой теплой воды, вскоре нужно будет сделать перевязку.
Вскоре Фредерик смог узнать человека стоящего подле его ложа. Его звали Вильгельм Даст, но кажется многие его просто Виль (кажется принц никогда не интересовался почему), он был один из лекарей лорда Коха, а следовательно подкрепление прибыло.
Не прошло и нескольких минут, как вокруг стала разноситься приятная весть, встреченная криками. Возле шатра с раненным принцем уже образовалось суета. Кажется, каждый норовил быть первым и выказать принцу свое почтение и восхвалить небеса за щедрость его спасения. Но Виль стойко держался до последнего. К нему присоединились еще несколько знакомых принцу голосов принадлежащие рыцарям, что сопровождали его и остались во дворе замка. По телу палатки поползла высокая тень и раздался голос Вемура, обещающий пустить в палатку лекаря только после того как сломает кому-то что-то, и ему потребуется соответствующая помощь. Конечно, огр был более лестным в словах и щедрым на описания, которым пестрила его угроза.
Когда принесли воду, опять появился Виль и еще двое людей, среди них был один из магов-целителей, что сопровождал принца в замок. Часть лица была обожжена и затянулась свежей розовой кожей, но кажется, человек к ней успел попривыкнуть, потому, как его улыбка не причиняла боли.
- Мой принц! – Обратился спокойным голосом Виль: Я вынужден сделать вам больно. Постарайтесь это вытерпеть. Я всего лишь сменю повязки на ваших руках, и почищу раны от старой кожи. Ничего не говорите, а я постараюсь сделать все быстро и расскажу кое о чем.
Лекарь замолчал, после о чем-то стал перешептываться с коллегами, и вскоре на губы принца лег тампон с маковым сиропом:
- Наши отряды как раз были на подходе к замку, когда что-то взорвало его. Мы видели, как кусок стены упал в воду, и представить не могли, что кто-то там был, и уж, тем более, что был бы способен выжить после такого. Когда мы добрались ворот замка, нам рассказали о произошедшем. Несколько спасательных отрядов пытались добраться к вам, расчищая руины. Как сверху окрикнули, что видят тело, что несет волнами к противоположному берегу. Волей Всевышнего это оказались вы…
Маковый сироп делал свое. Все это время лекарь с остальными снимал повязки, тупая боль укутывала тело, но все это отходило на задний план. Накатывалось желание спать, а тем временем Виль продолжил рассказ:
- Мы нашли только вас. У вас были сломаны множество ребер, кровь была внутри и только провидением Господа, она не сдавила чрезмерно сердце, но поджала легкие, благодаря чему вы не наглотались морской воды. Еще у вас сильно изуродованы обе руки, часть спины от плеч и меж лопаток, грудь слева над ключицей и несколько на уровне воротника. Но особенно пострадали кисти и предплечья. Я еще никогда не видел подобных изменений, но Дуглас, - он как раз перевел взгляд на обожженного мага-лекаря: рассказал, что подобное произошло и с остальными, кто пытался использовать магию. Им повезло меньше.
Виль взял небольшие щипцы и стал осторожно вынимать волокна ткани, что прилипла к «новой коже».
- Мы пытались использовать магию, что излечить раны, - виновато повествовал лекарь, - но отчего они оказались устойчивы к ней. Нам удалось только стабилизировать ваше состояние, и вот уже с пять дней мы ждали, когда вы сами вернетесь к нам. И Единый услышал наши молитвы.
Кажется, мужчина закончил, снимать повязки с одной руки и теперь аккуратно ее перебинтовывал чистым материалом. Маковый сироп увлекал принца в забвение, Виль что говорил и дальше, но слова становились тягучими и бессмысленными. Фредерик в очередной раз уснул, зная что жив.

думаю твой пост может быть завершающим, напиши мне вопросы, ответы на которые тебе важны в ЛС, в ином случае еще есть возможность чуток продолжить

0

87

Вскоре правый глаз наконец смог сфокусировать взгляд настолько, чтобы различить лицо хотя бы того, кто стоял ближе всех к нему. Левый глаз... Левый глаз не открывался, ибо открыться ему мешало что-то таоке, о чём Фредерик вообще не хотел думать.
- Даст?.. - вопрсоительно просипел он, уже принявшись сверлить лекаря обыкновенным своим пронизывающим взглядом - или полувзглядом, если уж быть точным. "Или он Дуст?" Откровенно говоря, имена рыцарей и даже солдат принц запоминал лучше, чем имена целителей... Может быть, это оттого, что с целителями он общался, в основном, по необходимости, а необходимость такая возникала нечасто. И не потому, что он такой великий воин, что уже превзошёл отца, увы.
Нет, кажется, всё-таки Даст. Виль Даст. Хаккар его знает, почему так.
- Мой принц! – Виль был просто само почтение и предупредительность. Так хотелось ответить чем-то в духе: "Внимательно слушаю, мой мучитель!" - Я вынужден сделать вам больно...
- Врррррххх, - принц даже не попытался выдать что-то членораздельное, просто прохрипел нечто, похожее на согласие, и шевельнул рукой. Тут же ему в рот сунули вату с чем-то, по вкусу сильно смахивающим на мак. Метис немедля оскалился и собрался было выплюнуть дурманящую штуку, но спустя мгновение заключил, что не стоит - он, похоже, уже окончательно вернулся в себя, так что... Наверное, не стоит заставлять себя терпеть боль от, кхм, "перевязки", а лекаря заставлять себя уговаривать, как капризного мальчика. Когда младший Сандорфайт был мальчиком, он прилежно жрал все лекарства, что давали.
Он пошевелил головоЙ, отгоняя наваждение, чтобы сосредоточиться на ровной речи Даста.
- Мы нашли только вас...
"Ты был храбрым воином и праведным человеком, добрый сир Эктор", - туповато-машинально отметил принц. - "Твой долг передо мной погашен. Requiescat in pace." Нечто такое он произносил над могилами всех своих гвардейцев. Откровенно говоря, это как-то умиротворяло и успокаивало, будто он вот эдак снимал с себя ответственность за душу присяжного рыцаря и перекладывал её на Единого. К тому же, такая показуха полезна для создания образа...
Наверное, сейчас ему следовало бы почувствовать стыд и отвращение к самому себе, но ничего такого и близко не было. Только тупая, приглушённая маком боль по всему телу - и особенно по рукам.
"Значит, магия идёт к демонам", - отстранённо прозвучало в голове. Лицо Виля снова расплывалось и отдалялось, но на этот раз бешеный дух уже успел немного успокоиться и не стремился сцапать его снова. Дух наблюдал за тем, как здоровенный ворон с красными глазами кружит над ним по геометрически строго выверенной кольцевой траектории. Правда, снизу глаз было не видать, только лапы да перья, но когда ворон сел на грудь, Фред сумел убедиться, что всё-таки был прав. "Вороны, вороны, вороны", - пробормотал он, поднимая руку и приглаживая чёрные перья. Рука опять двигалась... нормально двигалась.
Откуда-то издалека доносился чей-то глухой бубнящий голос - но это был явно не Виль Даст, а кто-то другой, тоже знакомый. Имя, правда, в памяти не всплывало, но всплывали образы, расплывчатые, но подсознательно воспринимаемые как скверные и неприятные. Принц нахмурился и погрузился в самую глубь Забвения, чтобы не слышать это бормотание, а ворон так и остался сидеть у него на груди.

0


Вы здесь » FRPG Энирин » Завершённые и неактивные эпизоды » ¶ Побережье Тронхолдского залива\Хорратор


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно