FRPG Энирин

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » FRPG Энирин » #Эпизоды » И мертвые иногда отвечают


И мертвые иногда отвечают

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

И мертвые иногда отвечают


Действующие лица:
Эрзах
Бори Мясоед
Место:
Южные предместья Корта, Вермилон.
Время:
Май 1415 года
Сюжет:
Гномы и виверны издревле жили рука об руку. И издревле враждовали. Тысячи лет коренастые охотники добывали ценные кости и шкуры крылатых существ, превращая их уничтожение хоть и в очень выгодное, но крайне опасное ремесло.
Но что если чистый случай, а может и сама шутница-судьба, сведёт вместе двух непримиримых врагов? Что, если потерянный, безумный старый гном без дома и друзей встретит на своём пути человека, заточённого в теле огромного огнедышащего зверя, точно так же потерявшего всё?
Или, быть может...
Возможность присоединения игроков:

Приветствуется, наверное. Напишите кому-нибудь из нас, мы уточним. Определённо.

+1

2

Дрянная выпивка. Дрянная обслуга. Дрянной трактир. Дрянной трактирщик. Дрянные трупы. Дрянные боги. Дрянные эльфы!
Гном с силой стукнул кулаком по столешнице, из-за чего сидящие за соседним столиком посетители таверны обернулись на него, дёрнувшись. Бори не предал этому значения, оставаясь в своих мыслях.
Они разбавляли это и так никудышное пиво водой! В Карнборне за такое пиво трактирщику вмиг бы прилетело в его тупую головёшку! Впрочем, в любом другом месте, будь бы то Джерская Империя или Вермилон, любому трактирщику бы за такое надругательство над чудесным напитком прилетело бы.
Но в этом дырявом сарае, по недоразумению называвшемся трактиром “Золотая Вошь”, такое ужасное пиво ещё и разбавляли водой, отчего хмеля в голове у Мясоеда практически не прибавилось ни после третьей, ни после четвёртой кружки.
В голову разглядывающему грязную столешницу гному настойчиво полезли странные мысли о том, что это, возможно, происки очередных эльфийских засланцев, знающих, для чего он напивается, и для саботирования этого подливающих ему в кружку воды.
Засланцы-засранцы!
Впрочем, Бори сразу же отмел эти догадки, как слишком уж безумные и неадекватные. Да, эльфийское мировое правительство конечно знает о нём, но никогда не будет так мелочно ему препятствовать, подставляя тем самым самих себя.
Если хочешь что-то спрятать - положи это на самое видное место, а догадывающихся об истинной сути этого назови безумцами…
Гном тяжко вздохнул и огляделся.
Помимо него в небольшом, дымном зале, практически никого в этот поздний час не находилось. Лишь троица местных работяг, засидевшихся за выпивкой допоздна за соседним столиком, да пьяный спящий забулдыга,сидящий в дальнем тёмном углу. Тишину прерывал лишь треск огня в очаге, да переругивания трактирщика с кухаркой где-то за тканевой ширмой, разделяющей общий зал и кухню.
Бори выбрал это место в качестве остановки по двум причинам. Первая - стоимость. Кровать на ночь стоила тут сущие гроши, а выпивка и еда, пусть и ужасно дрянные, и вовсе были практически бесплатными.
С деньгами у гнома было последнее время туговато. Все, кому он предлагал свои услуги портного, либо просто отказывались, либо и вовсе посылали его куда подальше. С первыми он просто ругался, со вторыми дрался, из-за чего дважды за последнюю неделю получал коллективные сеансы воспитательной работы ногами от местной стражи. Лицо его от этого с левой стороны заплыло, придавая гному, вкупе с отрубленным ухом, просто чудесный вид законченного алкоголика. Но денег от этого у него больше не стало.
Вторая причина выбрать этот трактир заключалась в том, что он был дальше всего от местного кладбища. Бори всегда старался выбирать себе ночлег подальше от них, дабы не слышать сонма различных голосов, упрашивающих его вернуть их к жизни.
Но гном был бессилен. Он часто тренировался, постоянно пытаясь выполнить волю Шенгарта, поднять их, дать им возможность снова жить, но всё было впустую. Ничего не получалось...
Ничего!
Не!
— ПОЛУЧАЛОСЬ!
Пьяница в углу встрепенулся, проснувшись, а работяги за соседним столом вновь испуганно взглянули на неожиданного  заоравшего гнома и засуетились, принявшись собираться покинуть это злосчастное заведение, бросая украдкой на Мясоеда испуганные взгляды. Бори, зло глядя им в ответ, произнёс сквозь зубы:
— Если вы чем-то недовольны - говорите, со всеми разберусь. Главное - по очереди...
Работяги лишь трусливо смолчали. Гном сплюнул на пол, и вновь уставился на столешницу, залитую чем-то липким, и о природе чего Бори, наверное, знать не хотел бы.
Вообще раньше он был не таким. В самом начале своих скитаний он ко всем окружающим относился достойно, так, как и должен относится к окружению успешный гномий мастер. Но в этом была его ошибка.
И он уже не был успешным мастером, и окружали его вовсе не благородные и честолюбивые гномы.
Окруженному человеческими отбросами сложно самому не стать отбросом.
Поэтому Бори подметил, что либо эти отбросы боятся тебя, либо ты их. Но становится трусом в его планы не входило, поэтому он вёл себя максимально грубо и агрессивно, и тем самым успешно выживал уже долгие десять лет.
Опрокинув в себя остатки выпивки, гном громко стукнул кружкой по столу и спрыгнул со стула, засунув в карман алюминиевую вилку, разумно прикинув, что в хозяйстве сей прекрасный столовый прибор обязательно пригодится, и направился на выход.
Его ждало дело, и трезвая голова не помешает ему выполнить его.
Конечно, второй раз идти туда было несколько глупой идеей, ведь предыдущее его дельце наделало много шума, подняв на уши все местное население, но в тот раз он даже не успел всё раскопать до конца, и потому попрактиковаться у него не вышло.
Однако в этот раз всё должно было пройти, как по маслу. Народ, испугавшись, нынче реже выходит по ночам на улицы, а безлунная ночь обеспечит ему темноту, так нужную для сокрытия его экспериментов…
Лёгкая улыбка тронула губы Бори, стоящего на крыльце трактира, и оглядывающего тёмную округу хозяйским взглядом, однако тут же сошла на нет, стоило лишь гному спрыгнуть с этого самого крыльца.
— Почему ты не хочешь помочь мне? — раздался тихий девчачий голосок прямо у него в голове, звучащий будто из бочки.
— Отстань. — Буркнул снова похмуревший Мясоед, — Мне не до тебя.
Голос не послушался.
— Он перерезал мне моё горлышко и закопал меня прямо в подполе… — Не унимался голос. — Почему ты не хочешь помочь мне?!
—Заткнись! — Сжав кулаки, и направившись в темноту, ответил Бори. — Я уже сказал, что пока не в силах помочь тебе!
— Но ведь я же страдаю...
Но Бори Мясоед не стал её слушать, стойко игнорируя этот настойчивый детский тоненький голосок в своей черепушке. Если бы он прислушивался к каждому покойнику, что пытался от него чего-то добиться - он бы, наверное, сошёл с ума.
Сжав в кармане покрепче украденную вилку, которая почему-то придавала ему уверенности, он скрылся во тьме, направившись в сторону местного человеческого кладбища.

+2

3

Громкий звук колокола эхом раздался по округе, разбудив виверна, задремавшего в лесу. Неподалеку находился женский монастырь Единого, в котором прямо сейчас звонарь собирал всех на вечернюю молитву. Рядом располагалось небольшое кладбище за которым следили монахини. Лес огибал монастырский комплекс и подходил почти к самой реке Канф, через которую был перекинут крепкий каменный мост. На другой стороне виднелись окраины Корта.
Виверн потянулся всем телом и широко зевнул. Наспех созданная в неглубокой впадине лежанка жалко хрустнула. Эрзах замер, прислушавшись. Прошло пару секунд. Нет, никого. Виверн медленно поднялся на ноги, стараясь издать как можно меньше шума. Засыпать так близко к людям не стоило, но выбирать не приходилось. По дороге в горы Кхазад-Дара он был вынужден делать остановки чтобы дать отдохнуть крыльям. Эта местность была довольно густо заселена людьми, поэтому приходилось пережидать день, отправляюсь в путь ночью. Днем виверна могли увидеть, а просыпаться из-за копья в бочине не хотелось. Как и соваться в Темнолесье. В паре километров от монастыря лес считался священным и местным не приветствовалось ходить туда. За редкими травами, конечно, пробирались, но те еще не созрели, так что в округе было тихо.
Не смотря на опустившиеся сумерки, Эрзах не спешил улетать. Из здания вышла группа монахинь и он решил посмотреть что будут дальше. Лес находился на небольшом возвышении, поэтому они были как на ладони. Девушки и матроны постарше начали шествие вокруг монастыря со священными символами в руках. Потом они запели. "Богиня, как они поют". По телу виверна прошла волна мурашек от их проникновенных голосов. Эрзах резко осознал насколько отвык от всего человеческого, тоска сжала сердце.
Виверн продолжил наблюдать, тихо притаившись в высокой траве. Затем он приметил монашку, незаметно юркнувшую в тень деревьев, когда шествие проходило мимо них. Заинтересованный, он аккуратно проследил за ней. Девушка не стала углубляться в лес, а сразу направилась к реке. Вдоль пологого берега росли ивы, ветви которых касались воды. Перемещаясь от одной тени к другой, она медленно подошла к воде, внимательно озираясь вокруг. Пара мальчишек на другому берегу тут же юркнули в траву. Эрзаху показалось странным что монахиня их не заметила. Тем не менее она начала нарочито медленно скидывать свои одеяния, с каждой секундой убеждая мага, что темноволосая красавица в курсе о слежке и открыто наслаждается вниманием. Открывшиеся формы того стоили, всколыхнув память о приятных моментах прошлого. В глубине сознания, в его Звериной части возникло какое-то ощущение. Эрзах с трудом интерпретировал его как смесь удивления и согласия, но не был уверен что понял смысл.
Совершенно нагая, девушка окунулась в воду, несколько минут поплавала и вылезла на берег. Она бережно вытащила полотенце из под корней ближайшего дерева, насухо вытерлась и уложила обратно. Затем быстро оделась и помчалась к монастырю. Шествие еще не закончилось, делая энный круг. Монашка аккуратно вернулась в ход возле тех же деревьев. Вскоре они все вернулись в здание, а Эрзах решил остаться здесь еще на день. Есть не хотелось, а выспался он днем, поэтому виверну ничего не оставалось как смотреть по сторонам.
Вдруг его внимание привлекло движение на кладбище. Подобравшись к самой кромке леса, едва не выглядывая мордой из-за кустов, он заприметил метрах в ста небольшую фигуру. Вначале он принял её за карлика, но потом узнал в ней гнома. Тот методично работал лопатой, оскверняя одну из могил. Было очевидно, что дело не богоугодное, но маг не стал мешать. Посмотреть было на что - до виверна то и дело долетал тихий бубнеж, перемежающийся парой громких слова. Эрзах предположил что гном общается с кем-то с помощью артефакта - эта магия была ему знакома.
Гном покрепче ухватился за лопату и с силой воткнул её в землю. Раздался душераздирающий скрежет, как будто металл чиркнул о металл. В окне монастыря зажегся огонь. Вскоре из дверей стремительно вышли две монахини. Эрзах вновь перевел взгляд на гнома, но того уже и след простыл. Монахини осветили кладбище фонарями и вскоре нашли полуразрытую могилу. Одна из них прижала руки к лицу, уронив светильник. Затем они о чем-то коротко обмолвились и обе побежали к монастырю. Через пол часа кладбище бурлило от негодующего люда и виверн поспешил убраться подальше, пока ситуация не поутихнет. Что в лесу тоже будут искать, он не сомневался.
Переждав пару дней в другом месте он вернулся чтобы еще раз насладиться пением и может даже чем-то еще.. И верно, в этот вечер женщины опять пели свои молитвы, а одна из них снова оголялась, наслаждаясь чужим вниманием. Но было кое что еще. Засада. Эрзах видел как в монастырь вошло несколько мужчин. Похоже, не хотели мерзнут на кладбище. И как их только пустили? Осквернение могил считается куда более тяжким преступлением? А затем у окон мелькнули фигуры. Утром они убрались, но следующей ночью пришли вновь. И гном тоже.
Эрзах заприметил его издали. В отличие от людей, он знал как выглядит осквернитель и хотел дать ему шанс спастись. Потому что.. ну, огненный маг нередко становился на сторону проигравших. К тому же ничего по настоящему ужасного тот не сделал.
— На твоем месте, я бы не стал этого делать. В монастыре засада. — В голове гном раздался уверенный голос.

Отредактировано Эрзах (Суббота, 7 марта, 2020г. 19:47:17)

+2

4

Из кустов, зашумев листвой, выпорхнула мелкая пташка. Гном, выдохнув прохладный майский ночной воздух, остановился и огляделся. Он находился на небольшом пригорке, откуда открывался просто потрясающий вид на окружающие красоты. Высоко над головой мерцали неярким, тихим светом звезды, давая как раз столько света, что бы привыкшие к сумраку гномьи глаза могли видеть все, что требовалось.
Небо, подернутое редкими облаками, плавно перетекало из иссиня-черного на востоке до слегка красно-синего на западе, напомнив тем самым Бори давно забытые гномьи сказания, расказанные ему еще в далеком детстве его дедом.
"Там, на западе, далеко за морями, есть земля. И земля та сплошь покрыта горами, богатыми и на куприт, и на мальдонит, а железняка и кварцита там, что у нас песчанника!" - рассказывал дед, покуривая трубку, - "И живут в тех горах гномы, и столь у них великие мастерские, что давно они уже сплавили целые горные гряды, и плавильни у них столь большие, что когда остужают их - долго они еще светятся неярким красным светом, угасая потихоньку к ночи, освещая небосвод…"
Далеко на севере виднелись огни Корта. Мерзкий городишко по большей части, как минимум потому, что для личностей, подобных гному, он подходил идеально. Целые толпы сброда тянулись туда в поисках работа и жилья из Джерской Империи, наивно полагая, что они спасаются от войны. Но Бори знал, что скоро война придет и сюда. И тогда мертвых, умоляющих его, снова станет очень много. Но пока Корт представлял из себя огромные трущобы, хотя и окруженные живописной местностью.
Прямо под холмом, где стоял гном, протекала река Канф, на берегу которой приютился небольшой монастырь.
Вообще, рекой это зеленое недоразумение с, по большей части, заболоченными берегами, назвать было сложно. Она ни в какое сравнение не шла с Ингиркой, берущей начало у подножий Кхазад-Дара. Бурные, ледяные потоки чистейшей ледниковой воды собирались воедино, что бы дать начало одной из крупнейших рек материка…
Если б Ингирка была гномом, то Канф был бы эльфом. Хотя Ингирка и Канф сливаются, значит выходит какое-то кровосмешение…
Гном чертыхнулся и в очередной раз зло сплюнул, процедив негромко:
— Эти сраные эльфы даже в моей собственной аналогии умудрились нагадить!
Покачивая головой, Бори принялся спускаться к монастырю, стараясь не обращать внимания на пока еще негромкие голоса в своей голове.
Однако с каждым шагом громкость их возрастала, и просто не обращать внимания уже было недостаточно, поэтому Бори принялся использовать собственноручно придуманный метод отвлечения от звуков в голове - прислушивание к звукам вне головы.
Гном принялся подмечать окружающие его звуки.
Шаги гнома. Один. Другой. Третий. Стук случайно отправленного в полет ногой камушка по гравию. Легкий шелест травы и листвы. Негромкое подвывание ветра где-то в кронах деревьев. Дыхание гнома. Шум листвы. Шаги гнома. Шум ветра. Стук сердца гнома.
Шум мертвой природы.
Шум гнома.
Что-то было не так.
Бори Мясоед остановился как вкопанный, настороженно оглядывая окрестности и напряженно вслушиваясь. Казалось, даже мертвецы притихли, испугавшись.
Спустя несколько секунд гном понял, что его так насторожила.
Ни единого живого звука.
Бори много лет провел на улице. Приходилось ему ночевать и в городских канавах, и в лесных овражках, и под корнями деревьев, и в чистом поле. И всюду, где бы он не пережидал ночь - всюду его окружала жизнь. Стрекотали сверчки, квакали около водоемов лягушки, лаяли собаки в деревнях, ухали совы, пели свои песни зарянки, куковали кукушки… Так было всегда. Но не сегодня.
Вокруг стояла оглушительная тишина.
Гном снова сжал вилку, будто ожидая, что она сможет помочь ему, если случится что-то.
Молчащие животные - это всегда плохо. Они молчат в двух случаях. Первый - прирученная смерть. Звери хорошо чувствуют некромантию, и практически поголовно боятся ее, за исключением особо крупных хищников. Второй - это эти самые крупные хищники. Ползучие падальщики, виверны, порождения бездн, драконы и псевдодраконы.
Веверн тут быть не может, так как они, как и гномы, любят горы, и никакой виверн по своей воле горы не покинет. Порождения, как и псевдодраконы, нынче слишком редки, да и скрытничать они не умеют.
Остаются драконы и падальщики.

Бори хмыкнул и продолжил свой путь.
Возможно, это прилетел дракон и поднимает себе армию мертвецов, ага.
Только вот беда - я бы это уже знал от мертвецов.
Значит остается только падальщик. Мерзкая зверина.

Мясоед видел несколько раз этих существ, шастающих по лесам в поисках мертвечины. Огромные, склизкие, неповоротливые, но крайне стремительные в нападении, эти порождения мерзости не представляли угрозы для проворного и внимательного гнома, вызывая у того лишь здоровое отвращение.
Скорее всего одно из них заползло в эти края. Тем лучше.
За этими думами гном практически достиг кладбища, однако очередная странность вновь заставила его застыть на месте прямо на краю погоста. Если бы за ним кто-то наблюдал - то постоянно останавливающийся семенящий маленькими ножками гном,, наверное, выглядел бы комично. Однако Бори было не до смеха. В привычный хор мертвых голосов в голове вклинился неожиданно четкий и уверенный голос:
— На твоем месте, я бы не стал этого делать. В монастыре засада.
В этой фразе все было не так. Дело в том, что мертвецы никогда ничего, кроме воскрешения, не просили и не говорили. Да, они совершенно по разному делали это. Кто-то умолял, кто-то давил на жалость, кто-то пытался подкупить обещаниями, а кто-то - даже соблазнить. Но никто и никогда не предупреждал Мясоеда о чем-либо.
Но что было еще страннее - так это то, что после этих слов в голове гнома наступила оглушительная тишина.
Хриплым голосом, сглотнув, Бори тихо произнес:
— Что? Что… Кто ты?
Ответа не последовало. Лишь тишина, как в голове, так и вне ее, оглушала Мясоеда, пугая своей непривычностью.
Все стало казаться нереальным. Он около кладбища, но в черепушке - блаженная, но пугающая тишина.
Это невозможно.
Драконы могут разговаривать сквозь пространство…
— Ты… дракон? - так же хрипло произнес гном, борясь с дрожью в голосе. Давешние мысли о поднимающем мертвецов драконе перестали казаться ему таким уж бредом.
Но ответа не последовало. Лишь, словно стая испуганных магическим хлопком псов, вновь заговорили голоса, медленно, но неумолимо набирая свою силу.
Бори потребовалось несколько минут, что-бы прийти в себя. Впрочем, легкая дрожь в коленях не унималась.
Если там засада, то я должен это проверить.
Нерешительно потоптавшись на месте, решая, идти ему, или нет, гном все же направился между могилами туда, где его чуть не обнаружили тремя днями ранее.
Разумеется, то место, где он копал, оказалось засыпано, однако земля еще не успела осесть, оставаясь мягкой и потдатливой.
Постояв около надгромного камня с пустующим взглядом, гном достал из кармана вилку и с силой ударил ею по могильному камню. Звон, раздавшийся в этой мертвой тишине, показался ему громом.
В монастыре, в нескольких сотнях футов от могилы, подтверждая предупреждение неизвестного благодетеля, раздались мужские крики и тяжелые шаги, сопровождающиеся глухим звоном металла о металл, подсказывающим, что орут там явно не монашьи любовники.
Дожидаться местных фанатов монашества в планы Мясоеда явно не входило. Перехватив поудобнее свою вилку, он бросился наутек к ближайшим кустам, и дальше, прямо сквозь них, потарапливаемый злобными криками за спиной.
Однако гному сложно бегать сквозь кусты.
Ветки хлестали по лицу, и бежать пришлось, прикрываясь руками, практически вслепую.
Преодолев таким образом с полмили, запыхавшийся гном вылетел на небольшую полянку и, уперевшись руками в колени, несколько раз глубоко вдохнул, восстанавливая дыхание, а затем вытянулся во весь рост.
Впрочем, вытянулся он лишь на секунду, после чего упал на задницу с открытым ртом.
— Гнооомья срака… — Лишь сумел выдавить из себя гном.
Перед ним, слегка наклонив на бок огромную голову, сидела виверна.

Отредактировано Бори Мясоед (Суббота, 7 марта, 2020г. 17:42:33)

+1

5

Гном его точно услышал. Эрзах видел как после его слов тот встал как вкопанный, неуверенно озираясь вокруг. Кажется, что-то произнес, но на таком расстоянии было не разобрать ни звука. Маг ожидал что он развернется и уйдет прочь, но гном направился к той самой могиле, которую пытался раскопать в прошлый раз. Придя на место, он достал что-то маленькое и с силой ударил этим по камню. Виверн никак не мог понять намерений гробокопателя — он проверял Его слова что ли? Почему один? Где лопата?
Эрзах отвлекся на эти вопросы и не заметил как гном дал деру. И не куда-нибудь, а в Его сторону! Запоздало дернувшись, виверн сделал пару нелепых шажков назад, балансируя крыльями. Затем умудрился развернуться, снеся хвостом пару молодых побегов, после чего сложил крылья и быстро ринулся в обратную сторону. Бежать вперед виверн мог несоизмеримо лучше, чем пятиться. Мощные задние лапы позволяли легко перепрыгнуть поваленные деревья, а сложенные крылья не цеплялись за мелькающие мимо деревья. Откуда-то позади доносился звук погони, но что-то конкретное Эрзах не мог разобрать за собственным шумом.
Лес неожиданно кончился — виверн выбежал на небольшую поляну. Он хотел было сразу взлететь и убраться подальше, как вдруг в его голову пришла идея, заставившая остановится и посмотреть назад, в сторону доносящихся звуков.
— От кого я убегаю? От того гнома? От преследующей его толпы? — Виверн окончательно развернулся телом в ту сторону, откуда прибежал, а затем немного прижался к траве.
— Они готовы сражаться большее — против человека.
Послышался громкий шорох сухой травы и на поляну, прикрыв голову руками, выбрался давнишней гном. Виверна он заметил не сразу, а когда заметил..
— Гнооомья срака… — Как ни странно, эти слова заставили виверна почувствовать себя лучше. Контекст Эрзаху был не так важен, как тот факт что слова были адресованы ему или хотя бы из-за него.
Виверн поднял голову выше, кидая взгляд поверх гнома (что, в общем-то, несложно) на лес, и прислушался к звукам. Затем вновь повернул морду к нему.
— Через пару минут толпа будет здесь. Еще успеваешь сбежать. — В голове гнома раздался тот же уверенный голос. Эрзах смотрел спокойно, крылья сложены, корпус полуразвернут, ничто не выдавало желания напасть.
Задержаться в этом лесу определенно было хорошей идеей. Дни здесь сильно отличались от последней пары лет животного существования. Благодаря монахиням маг понял как соскучился по речи, а сейчас ощущал как ему не хватало разговора. Произносить слова, даже таким способом, было восхитительно. Упускать гнома не хотелось — из него мог выйдет собеседник. А для этого он должен остаться в живых. Эрзах думал как помочь ему сбежать, но подходящих вариантов на ум не приходило. Подпиленные гребни на месте всадника отросли с тех пор как напарник ушел. К тому же, без снаряжения и банальной веревки гном свалится при первом же прыжке. Нести в лапах не хотелось — виверн помнил как его самого так транспортировала красная драконица и был уверен что приятному знакомству это не способствует. Поэтому решил просто дождаться реакции гнома.

Отредактировано Эрзах (Суббота, 7 марта, 2020г. 19:46:34)

+1

6

Что такое "патовая ситуация"?
Это когда на небольшой, окруженной березняком и редким сосняком, полянке сидит на заднице полутораметровый гном, и с открытым ртом смотрит на занимающего практически все местное пространство огнедышащего шестиметрового змея.
Что такое "нереальная патовая ситуация"?
Это когда этот змей еще и дружелюбно с гномом общается.
— Через пару минут толпа будет здесь. Еще успеваешь сбежать. — прозвучал в черепе Бори знакомый уверенный голос, разгоняя бубнеж мертвецов и тем самым почему-то успокаивая Мясоеда.
Странно.
Этот голос вызывал доверие. Нет, не какой-то магической теплотой или силой в нем, а тем, что мертвецы, что десятилетиями не отпускали гнома, услышав этот мягкий, но четкий голос, замолкали, даря тем самым Мясоеду покой того же рода, что дает спящему тишина, наступившая после долгого постоянного шума. И отчего-то гном был уверен, что голос этот происходит именно от сидящего перед ним существа, а не от кого-то еще.
В голове Бори зароились сотни десятки вопросов, подгоняемые адреналином, но ответов пока не было.
С тихим щелчком закрыв рот(в воцарившейся на полянке тишине это было отчетливо слышно), Бори окинул взглядом виверна. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы осознать всю необычность ситуации, в которую он умудрился попасть.
Мясоед за свою долгую жизнь в горах не раз, и не два видел виверн различных видов. Встречал он и мирных, похожих на маленьких дракончиков, клиссовых виверн, видел издалека и пустынных с болотными, забиравшихся по Ингирке в горы во время гона. А однажды, во время демонического кризиса сорок третьего года, в горах южнее Карнбора завелась демоническая виверна. Сам Бори лично ее не видел, однако ходили слухи, что для подавления ее сопротивления и последующего уничтожения ударному отряду Тарр-Дума пришлось использовать целого дракона.
Однако все эти виверны обыкновенно особой опасности не представляли. Все, кроме огненных.
И именно на огненную виверну гному посчастливилось нарваться. К тому же, судя по изумрудно-зеленому окрасу и размерам, на наиболее опасную их версию - версию с лишней дыркой в филейной части.
На самку огненной виверны.
Гном тяжело сглотнул, ошалело посмотрел на свои руки, в одной из которых он до сих пор держал вилку, а затем поднялся на ноги, пытаясь сфокусировать зрение на виверне.
Первый шок прошел, и на смену ему пришло осознание того, в какую глубокую задницу он угодил.
Позади слышался шум приближающейся погони. 
Ох, зря я решил испытать судьбу, ох зря!
— Это чё, получается это ты меня спасла? — спросил гном виверну, глядя то на нее, то на кусты, из которых он прибежал, — Хотя в жопу, не до этого, удачи!
Выпалив последние слова, Бори резво принялся обходить крылатого змея, однако сделав с десяток шагов, остановился.
Они его видели. На этот раз абсолютно точно видели. Они знают, что злобный и агрессивный безумный гном и есть тот самый расхититель могил, терроризирующий окрестности.
И они его ищут. Прямо сейчас. Он от них не убежит.
И тут его озарило. Он безумно улыбнулся и с широко открытыми глазами посмотрел на виверну.
На шее он не усидит, так как короткие гномьи ручки просто не удержаться за неё. В лапах виверна нести его не сможет, так как велик шанс размазать его по земле при посадке. Оставалось только одно.
Это было безумием, но Бори уже давно привык к тому, что его называют Безумцем. Настало время доказать, что до этого момента он был абсолютно нормальным.
Настало время доверится говорящей виверне.
Посмотрев в огромные желтые глаза виверны, гном все с той же безумной улыбкой произнес:
— Подруга, а ты когда-нибудь таскала в пасти живых гномов?

+3

7

Казалось, гном отошел от первоначального шока. Он довольно резво поднялся, при этом зачем-то удерживая вилку.
— Он именно ею ударил о надгробие? — Вопросов у Эрзаха возникало всё больше.
— Это чё, получается это ты меня спасла? — Удивление сквозило в каждом слове. Гном поглядывал то на виверна, то на кусты из которых вывалился. Спасла? Хм. Надо его просветить, когда всё уляжется.
— Хотя в жопу, не до этого, удачи! — Даже Эрзах понимал, что из-за этой заминки гном не успевает скрыться. Тот, похоже, тоже это осознал, так как резко остановился и задумчиво посмотрел на виверна.
— Подруга, а ты когда-нибудь таскала в пасти живых гномов? — Не сказать чтобы слишком, но Эрзах удивился. Даже слегка пасть приоткрыл, но сразу захлопнул, чтобы не пугать гнома.
Шум из лесу стремительно приближался, люди грозили вот-вот высыпать на поляну. Высказанное предложение маг отмел сразу. Потому что нет, не таскал. К тому же, отсюда только улетать, а в воздухе всё внимание на крыльях — пасть могла случайно захлопнуться. И тем не менее, у него созрел план.
— Есть идея получше. Но ты должен закрыть глаза и уши. — Виверн повернул морду в сторону гнома. Несмотря на содержание фразы, в голосе ощущались искры веселья.
— И не открывать пока я не скажу. Чтобы ни случилось, как бы земля ни тряслась — стой здесь и глаза не открывай. — После этого виверн отошел от него на десяток метров, с силой оттолкнулся от земли, одновременно делая уверенные взмахи крыльями и подымая тело в воздух. Несмотря на лунную ночь, света было недостаточно чтобы разглядеть гнома с воздуха.
Стоило набрать высоту, как из леса показались факелы, осветившие опушку. Медлить Эрзах не стал и резко спикировал обратно к земле. Было неважно, заметят или нет люди падающую тень. Погасив скорость отработанным маневром, он с грохотом приземлился на землю, причем спиной к людям. Затем Эрзаха как подменили. Гном должен был закрыть глаза и уши чтобы не увидеть дальнейшего. Такое кого угодно ввергнет в ужас..
Оцепеневшие люди видели как чудовище обернулось на них, раскинуло крылья в стороны, открыло пасть и громогласно зашипело. Звук долетал волной, больно резонируя в ушах. Затем тварь резко прыгнула в их сторону и зашипела еще раз, вынуждая забыть про гнома и оставляя только одну мысль - Бежать! Оцепенение быстро спадало, заменяясь паникой, — ноги сами потащили к лесу. Так же быстро как выскакивали из него, люди начали убегать обратно, растворяясь в тени деревьев. Похоже, уровень угрозы дошел не до всех или местный дурачок решил прославиться. В огненную виверну метнулись вилы, которые вонзились в землю, не долетев метров пяти. Тварь чутко отреагировала, мигом повернувшись к круглолицему парню, лицо которого резко стало растерянным. Особенно видя как та хищно покачивается всем телом, готовясь наброситься. Ноги уже несли его к лесу, когда чудовище прыгнуло в воздух, стремительно догоняя парня и казалось уже готовое ухватиться за него когтями. Однако стоило тому пересечь барьер леса, как тварь резко свернула, не смея пересекать черту священного места. Напоследок раздался громкий шипящий вопль, отбивая охоту возвращаться обратно.

Опустившись на землю, Эрзах сделал несколько плавных движений телом, сбрасывая напряжение. Было на удивление спокойно, как будто в громком звуке растворились все его переживания.
— Не удивлюсь, если к утру монастырь и окрестности эвакуируют, а к вечеру здесь будет толпа охотников. — Виверн глубоко выдохнул. Затем направился к месту, где в последний раз видел гнома, надеясь что тот последовал его совету.
— Можешь открыть глаза. Всё закончилось. — Мысленная фраза разлетелась по округе.

+1

8

— И не открывать пока я не скажу. Чтобы ни случилось, как бы земля ни тряслась — стой здесь и глаза не открывай.
Ага. Вот прям щас.
Настороженность вновь овладела гномом. Довериться здоровому чудовищу - уже безумие, но подчиниться - это уже практически унижение.
Гномы пред опасностью не прячутся под одеяло.
Крылатая туша, не дожидаясь ответа, неожиданно ловко для своего размера ударила в землю крыльями, поднимая себя в воздух выше верхушек осин. Казавшаяся чёрно-белой в лунном свете, виверна на миг показалась Бори чем-то нереальным, чем-то, что его уставший от голосов мозг выдумал, и чего, на деле, вовсе и не было.
Впрочем, подумать над смыслом бытия Мясоеду не дала куча факелов, вывалившихся на опушку. И против горящих неровным светом палок Бори был бы вовсе и не против, однако в комплекте с ними шла такая же куча разгневанных мужчин.
И разгневал их именно он.
— Она что, собирается просто улететь? - мелькнула в голове гнома шальная мысль. - А глазки мне закрыть, чтоб этой деревенщине меня поймать проще было?
Мужики, завидев гнома, бросились в его сторону, на что Бори сжал до крови вилку и обреченно выставил её в сторону злобной ватаги, намереваясь хотя бы воткнуть её кому-нибудь в задницу напоследок.
Помирать - так с оружием в руках, как истинный гном!
Раздался страшный грохот. Виверна, которую испуганный Бори на время потерял из виду, приземлилась на землю мордой к Мясоеду, между ним и толпой, подняв в воздух клубы пыли и раскидав во все стороны ошмётки травы и веточек. От такой неожиданности гном приземлился на пятую точку и, закрыв лицо рукой с вилкой, грязно выругался.
Тем временем виверна, развернувшись и расправив крылья (отчего стала выглядеть совсем уж огроменной), на мгновенье замерла, а затем издала…
Что-то. Это было похоже на шипение выходящего из пневмомагистрали воздуха, но такой громкости, что, казалось, оно сейчас порвёт перепонки. Относительная до этого тишина лопнула, сменившись звоном и болью в ушах, заставив гнома снова выругаться, ещё грязнее, чем прежде, и зажать уши ладонями, выронив вилку.
Впрочем, за криком виверны сам себя он не расслышал.
Будто оглохший, гном наблюдал погоню за парнишей-дурачком, что решил своими вилами потягаться с виверной. Бори отчётливо видел, что виверна имела все шансы догнать и порвать на части тупоголового героя, однако не стала этого делать, ограничившись лишь ещё одним подобным криком ему вслед.
Вся ситуация напоминала гному дворовую драку ребятни, когда малец, убегающий от толпы хулиганов, прибегает к старшему брату, и тот, оторвав штакетник от ближайшего забора, одним своим видом решает все проблемы, так и не прибегнув к насилию.
Хорошо быть здоровым и сильным.
Виверна развернулась и направилась в сторону гнома, рыская глазами по сторонам, будто бы ища его.
Зрение у неё что ли плохое?
— Можешь открыть глаза. Всё закончилось. — Раздался в голове гнома знакомый голос.
— Я их и не закрывал. — Стуча ладошкой по правому уху в попытке избавиться от звона ответил гном громко. — Мощно ты их, подруга. Уважаю!
Бросив бесполезное дело, он пошарил в траве около себя, подняв вилку, и неуклюже встал на ноги.
Это было странно, однако гном теперь не испытывал ни капли страха перед виверной, хотя поводов, казалось бы, прибавилось. Если бы она представляла опасность - она бы не стала рисковать, спасая его, а просто бы улетела. Или бы убила и его, и его преследователей.
И нет, Бори прекрасно оценивал её противников. Деревенские бастарды с родовым слабоумием по шкале опасности, для такого существа как огненная виверна, находились примерно между злым гусём и дохлой собакой, если не ниже (собака хоть воняет неприятно, а гусь и ущипнуть может).
Но дело было в том, что раньше Мясоед не слышал о виверне. А это значит, что о ней никто не слышал.
Она скрывалась. И сегодня, прямо сейчас, она полностью и бесповоротно сдала себя. Уже к утру тут будет не продохнуть от карательных отрядов и куч всяческого сброда, считающих себя охотниками на чудовищ.
И вот уже этих ребят будет сложно удивить расправленными крыльями и криками.
И разумеется, они сложат два и два, и решат, что сумасшедший расхититель могил и так удачно защищающая его виверна действуют заодно.
Погано. Очень погано.
Во рту ощущался привкус крови от прикушенного во время бега или крика языка. Бори сплюнул на землю и произнёс:
— Похоже, подруга, мы с тобой в одной лодке. Рвать когти отсюда надо. Я тебе очень это, благодарен, но теперь мы с тобой в одной вагонетке. А сидя бок о бок лучше дружить, чем… — Гном задумчиво почесал бороду. — Ну... Чем не дружить, понимаешь? Помогать друг другу надо! И в рамках этой вот нашей, ээ, взаимопомощи я предлагаю куда-нибудь свалить подальше, где потише, и где нам в задницу не засунут вилы по самый черенок. Вооот… Есть варианты? А то у меня - ни единого.
Посмотрев на окровавленную вилку в своей левой руке, гном добавил, протягивая правую в сторону виверны, как глупо бы это не выглядело:
— И это… Бори. Бори Мясоед. Гном.

+1


Вы здесь » FRPG Энирин » #Эпизоды » И мертвые иногда отвечают


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно